The Lost Time

— Работа помогает собраться с мыслями, — спокойно замечает он.

— Статья уже почти закончена, осталось внести небольшие поправки и можно отдавать редактору. Но если хочешь, я зайду домой за ноутбуком и приду к тебе.

— Хочу. Пива купить?

— Давай, лишним не будет.

Вернувшись в город, мы первым делом зарулили в «Ленту» и, купив такой запас пива, что этого количества хватило бы напоить целую футбольную команду, направились в гости к Коту. Про ноут со статьей мы благополучно забыли. Честно говоря, мне было слегка не по себе — спустя столько лет снова оказаться в этой квартире. А она совсем не изменилась, только появился запах пустого жилища, не знаю, как его описать. Пока я оглядываюсь, Костя относит пакеты на кухню и принимается шуршать ими, разбирая.

Рядом со мной раздается громкое мурчание. Смотрю под ноги, ну конечно, сидит, красавец — глаза два блюдца, усищи растопырил, как ребра у селедки, а попу какую отъел… Раза в два больше, чем была.

— Ну привет, друг Конрад, — присаживаюсь рядом с ним на корточки и принимаюсь чесать его за ушами. Мурчание усиливается. — Слушай, вот ты растолстел на заграничных харчах. А был-то мелкий, тощий, хвост в нитку…

— С котом беседуешь? — поднимаю голову и вижу, что Костя стоит, прислонившись плечом к косяку, и улыбается.

— Ага, давно его не видел, — смеюсь я, поднимаясь на ноги.

— И по кому же ты больше скучал? — ехидно спрашивает он.

— Уж точно не по тебе, — в тон ему отвечаю я.

— Даже и не надеялся, — обиделся, уходит. Я бы тоже на его месте обиделся. — Иди пиво пить, пока не нагрелось, — зовет Кот.

В этот вечер мы умудрились упиться так, как не получалось уже давно. Причем в процессе потребления алкогольной продукции выяснилось, что у нас есть не только пиво. Откуда-то нарисовалась еще и водка. За этот вечер мы поговорили обо всем на свете — я рассказывал истории из жизни: про Мишу, про Серегу с Владом, про Лорку. Не знаю, как удалось сдержаться и не выдать сестрин секрет, но у меня получилось. И на утро, проснувшись с больной головой и гадким ощущением тошноты, я чувствовал неимоверную гордость за себя любимого. В конце концов, Лорка когда-нибудь сама ему все расскажет.

Кости дома не было. На кухонном столе я нашел запасной ключ, тот самый, что был у меня еще в школе, и записку, в которой Кот предупреждал меня о том, что он поехал на работу. Бедняга.

Дома меня ждал чем-то очень недовольный Серега. Признаваться в чем дело он не пожелал, предпочитая отмахиваться и сверлить взглядом стену. С матерью что ли поругались? Не успел я начать допрос с пристрастием, как раздался звонок моего телефона и перепуганный Алексей сказал, что Лоре стало плохо и ее увезли в больницу. Он очень просил меня приехать. Быстро переодевшись, я схватил с вешалки куртку и, десять раз пожалев, что не забрал машину, поперся в метро.

Глава 11

Говорят, что вся наша жизнь — театр, ну раз так,

то тогда любовь — это её лучший спектакль (с)

Игорь Хоботов

Егор

В роддом я летел на всех парах, буквально расталкивая локтями пассажиров метро. Через минут двадцать пути в мозгу проскользнула запоздалая мысль, что надо было взять такси, но она потеряла свою актуальность в тот момент, когда я взглянул на время — час пик. Долго бы мне пришлось добираться по Питерским пробкам.

На всех парах заскочив в холл больницы, я узнаю в регистратуре как найти палату и на предельной скорости несусь к лифту. Алексей находится почти сразу, он сидит в коридоре второго этажа и пытается успокоить плачущую Верочку. Как видно, безуспешно, поэтому он просто рассеянно перебирает непослушные светлые кудряшки — обычно собранные в аккуратную косичку, сейчас они больше напоминают пушистое облако. Взгляд у моего зятя потерянный, как у человека, потерявшего всю надежду и доверившегося вероломной судьбе. С трудом отдышавшись после своего забега, подхожу к ним.

— Леш, я приехал. Объясни мне толком, что случилось? — он вздрагивает и смотрит не на меня, а куда-то в стену, как слепой.

— Отслоение плаценты… в результате падения, — голос звучит надтреснуто. Вижу, что он на грани истерики.

— Где Лорка? — черт, вот дурочка, как это она упасть умудрилась?

— Ее сейчас оперируют, — тихо отвечает он, а Верка начинает рыдать еще громче.

— Верочка, солнышко, иди ко мне, — присаживаюсь на корточки, протягивая к ней руки. Как ни странно, идет, выкручиваясь из рук Алексея, который видимо сейчас пребывает в каком-то ступоре. Подходит ко мне и утыкается мокрым лицом мне в плечо. Обнимаю девочку, она же тем временем из всех своих детских сил вцепляется мне пальцами в свитер. Того и гляди — порвет. — Какие прогнозы?

— Скорая быстро приехала. Врач сказал, что шансы большие, — нет, с этим определенно надо что-то делать, а то еще немного и он умом тронется.