Фандом: Гарри Поттер. Война закончилась совсем недавно, и герои стараются делать вид, что в их жизнях царят мир и благополучие. Но тогда почему Гарри Поттер не может заснуть без палочки в руках, а Гермиона Грейнджер разучилась улыбаться? Северус Снейп выжил в последней битве, но окончательно потерял цель. Вылечить всех может только один человек — «полоумная» Луна Лавгуд, однако ей самой нужна помощь
Добавить в моё избранное
453 мин, 37 сек 17508
Да и если бы у него была профессиональная метла… Разговор стал неожиданно приятным, и Рон, немного поскромничав, расслабился и начал получать удовольствие от её восхищения его талантами.
Когда начало смеркаться, Лаванда покраснела, извинилась и сказала, что ей пора домой. Как бы невзначай, Рон спросил:
— Ты завтра работаешь в ателье?
И так же невзначай Лаванда ответила:
— Да, до трёх часов.
После этого девушка помахала ему и аппарировала. Рон остался один, но впервые за несколько месяцев чувствовал себя полностью довольным собой и совершенно спокойным. Правда, где-то в глубине шевельнулась мысль о том, что гулять с другой девушкой — это почти измена Гермионе, но он быстро опроверг её. Изменой было бы, если бы они с Лавандой были на свидании. А это просто дружеская прогулка. Что плохого в том, что он немного пообщается со своей старой знакомой?
Дома Рону всё показалось куда более приятным, чем обычно. И ужин был вкусней, и мама веселей, даже Джордж сегодня вышел к общему столу. Засыпая, Рон улыбался собственным мыслям. Собственные страхи, переживания и кошмары войны отступили сегодня на второй план, всё затмила одна мысль: он не так плох и бесполезен, как ему всегда казалось.
Точки жили в человеческих головах и, в зависимости от настроения и мыслей, меняли свой цвет и размер. Когда человек задумывался, точки начинали толкаться и мельтешить, а когда расслаблялся, то они почти замирали и становились прозрачными.
Луна ещё в детстве прозвала эти точки «мозгошмыгами» и даже пыталась рассказать о них другим людям, но ей почему-то не верили. Единственным человеком, который точно знал, что Луна не выдумывает, был её отец. К сожалению, он не пережил войну. Луна очень скучала по нему, ведь он был единственным, кто полностью понимал её и любил. Правда, у неё остались её друзья. При мысли о них, Луна улыбалась, и чужие мозгошмыги временно переставали её беспокоить. Друзья стали самым большим чудом в её жизни. Конечно, они считали её странной и даже немножко сумасшедшей, но они заботились о ней и любили её. Сейчас всем её друзьям было непросто, и Луна очень хотела бы помочь им. Она не раз пыталась разговорить Гарри и Гермиону, ободряла Рона и выслушивала Невилла. Но на самом деле, им нужна была другая помощь. Луна не видела, а скорее чувствовала, что в их головах что-то сломалось после войны, или, говоря простым языком, их мозгошмыги совсем отбились от рук.
Вздрогнув, Луна вернулась в реальный мир и разогнала собственных мозгошмыгов по местам. Сегодня у неё была важная задача — купить одежду и учебники к школе, отвлекаться не стоило. Впервые в жизни она пришла на Косую аллею одна, и от этого было грустно. Впрочем, отец всегда говорил, что грустить по мёртвым не нужно, поэтому Луна взяла себя в руки и зашла в первый магазин — «Флориш и Блоттс». Увидев её, продавец улыбнулся и помахал рукой:
— Здравствуйте, мисс Лавгуд! Здорово видеть вас здесь в такой замечательный день! Вам нужны учебники за седьмой курс?
Луна тепло поздоровалась с ним. На Косой аллее её хорошо знали и всегда тепло встречали, потому что девушка искренне интересовалась делами продавцов и хозяев лавок, с удовольствием поддерживала разговоры о погоде, домашних животных и «нынешней молодежи». Когда два года назад стало известно, что Луна хорошо знакома с самим Гарри Поттером, её едва не завалили вопросами о знаменитом мальчике, но она легко прекращала эти разговоры одной фразой: «Гарри очень хороший друг». Эти слова, подкреплённые задумчивым взглядом её серых, чуть навыкате глаз, удивительно отбивали желание задавать бестактные вопросы. Вот и сейчас продавец ни словом не обмолвился о знаменитых товарищах волшебницы, решив завести спокойный разговор о новых поступлениях — «Гигантских книгах о гигантах», для которых пришлось оборудовать отдельное помещение с чарами, расширяющими пространство, и о «Биографии Того-Кого-Уже-Можно-Называть» авторства Риты Скитер, которая должна была выйти в свет в ноябре.
— Мне кажется, это не самая лучшая тема для книги, — протянула Луна, глядя чуть поверх головы собеседника. Она почти всегда так делала во время разговора, иначе мельтешащие перед глазами мозгошмыги совсем сбивали её с толку.
— Я слышал, книга выйдет только после министерской цензуры, — ответил продавец.
Он с радостью продолжил бы беседу, но тут зазвонил колокольчик и вошли новые посетители, которыми он был вынужден заняться. Луна помахала ему рукой и пошла дальше.
Почти во всех лавках, куда она заходила, сценарий был одинаков. Торговцы встречали её, расспрашивали о делах и рассказывали последние новости.
Когда начало смеркаться, Лаванда покраснела, извинилась и сказала, что ей пора домой. Как бы невзначай, Рон спросил:
— Ты завтра работаешь в ателье?
И так же невзначай Лаванда ответила:
— Да, до трёх часов.
После этого девушка помахала ему и аппарировала. Рон остался один, но впервые за несколько месяцев чувствовал себя полностью довольным собой и совершенно спокойным. Правда, где-то в глубине шевельнулась мысль о том, что гулять с другой девушкой — это почти измена Гермионе, но он быстро опроверг её. Изменой было бы, если бы они с Лавандой были на свидании. А это просто дружеская прогулка. Что плохого в том, что он немного пообщается со своей старой знакомой?
Дома Рону всё показалось куда более приятным, чем обычно. И ужин был вкусней, и мама веселей, даже Джордж сегодня вышел к общему столу. Засыпая, Рон улыбался собственным мыслям. Собственные страхи, переживания и кошмары войны отступили сегодня на второй план, всё затмила одна мысль: он не так плох и бесполезен, как ему всегда казалось.
Ловец мозгошмыгов. Потерянная опора
Перед глазами Луны Лавгуд крутились разноцветные точки. Они то сбивались в стайки, то разбегались в разные стороны. В общем-то, Луна к этим точкам привыкла. Они не причиняли никому никакого вреда и даже почти не мешали ей читать или рисовать. Они просто означали, что рядом есть люди.Точки жили в человеческих головах и, в зависимости от настроения и мыслей, меняли свой цвет и размер. Когда человек задумывался, точки начинали толкаться и мельтешить, а когда расслаблялся, то они почти замирали и становились прозрачными.
Луна ещё в детстве прозвала эти точки «мозгошмыгами» и даже пыталась рассказать о них другим людям, но ей почему-то не верили. Единственным человеком, который точно знал, что Луна не выдумывает, был её отец. К сожалению, он не пережил войну. Луна очень скучала по нему, ведь он был единственным, кто полностью понимал её и любил. Правда, у неё остались её друзья. При мысли о них, Луна улыбалась, и чужие мозгошмыги временно переставали её беспокоить. Друзья стали самым большим чудом в её жизни. Конечно, они считали её странной и даже немножко сумасшедшей, но они заботились о ней и любили её. Сейчас всем её друзьям было непросто, и Луна очень хотела бы помочь им. Она не раз пыталась разговорить Гарри и Гермиону, ободряла Рона и выслушивала Невилла. Но на самом деле, им нужна была другая помощь. Луна не видела, а скорее чувствовала, что в их головах что-то сломалось после войны, или, говоря простым языком, их мозгошмыги совсем отбились от рук.
Вздрогнув, Луна вернулась в реальный мир и разогнала собственных мозгошмыгов по местам. Сегодня у неё была важная задача — купить одежду и учебники к школе, отвлекаться не стоило. Впервые в жизни она пришла на Косую аллею одна, и от этого было грустно. Впрочем, отец всегда говорил, что грустить по мёртвым не нужно, поэтому Луна взяла себя в руки и зашла в первый магазин — «Флориш и Блоттс». Увидев её, продавец улыбнулся и помахал рукой:
— Здравствуйте, мисс Лавгуд! Здорово видеть вас здесь в такой замечательный день! Вам нужны учебники за седьмой курс?
Луна тепло поздоровалась с ним. На Косой аллее её хорошо знали и всегда тепло встречали, потому что девушка искренне интересовалась делами продавцов и хозяев лавок, с удовольствием поддерживала разговоры о погоде, домашних животных и «нынешней молодежи». Когда два года назад стало известно, что Луна хорошо знакома с самим Гарри Поттером, её едва не завалили вопросами о знаменитом мальчике, но она легко прекращала эти разговоры одной фразой: «Гарри очень хороший друг». Эти слова, подкреплённые задумчивым взглядом её серых, чуть навыкате глаз, удивительно отбивали желание задавать бестактные вопросы. Вот и сейчас продавец ни словом не обмолвился о знаменитых товарищах волшебницы, решив завести спокойный разговор о новых поступлениях — «Гигантских книгах о гигантах», для которых пришлось оборудовать отдельное помещение с чарами, расширяющими пространство, и о «Биографии Того-Кого-Уже-Можно-Называть» авторства Риты Скитер, которая должна была выйти в свет в ноябре.
— Мне кажется, это не самая лучшая тема для книги, — протянула Луна, глядя чуть поверх головы собеседника. Она почти всегда так делала во время разговора, иначе мельтешащие перед глазами мозгошмыги совсем сбивали её с толку.
— Я слышал, книга выйдет только после министерской цензуры, — ответил продавец.
Он с радостью продолжил бы беседу, но тут зазвонил колокольчик и вошли новые посетители, которыми он был вынужден заняться. Луна помахала ему рукой и пошла дальше.
Почти во всех лавках, куда она заходила, сценарий был одинаков. Торговцы встречали её, расспрашивали о делах и рассказывали последние новости.
Страница 10 из 128
