Луна Лавгуд и коллекция мозгошмыгов

Юная ведьма, видимо, только закончившая медицинские курсы, проводила Гермиону и ее спутников на шестой этаж, где располагались пациенты с недугами разума.

— Это к Грейнджерам, — пискнула она полноватому мужчине в лимонном халате. Тот сразу же подошел к Гремионе.

— Вы дочь Грейнджеров? Я целитесь Редрик, лечу их.

— Здравствуйте, сэр, — ответила Гермиона, — как они себя чувствуют?

— Вы ведь получали мое письмо, мисс Грейнджер?

— Разумеется.

Целитель нахмурился, и его прежде добродушное лицо сделалось жестким:

— Тогда что вы здесь делаете? Хотите свести их в могилу?

— Я хочу помочь им.

— Вы уже помогли, — отрезал целитель. — Одного взгляда на вас им сейчас хватит, чтобы получить удар.

— Со мной один из сильнейших легиллиментов Британии, — тихо сказала Гермиона, а за ее спиной раздался голос:

— На пару слов, Тони.

Целитель повернулся, и его лицо снова сделалось добрым и улыбчивым:

— Северус? Ни за что не узнал бы тебя. Выглядишь так, словно только что восстал из могилы.

— И я рад тебя видеть, Тони, — сказал Снейп таким голосом, словно больше всего на свете хотел смерти целителя. Но руку все-таки протянул первым.

Целитель пожал его ладонь с энтузиазмом:

— И не надеялся еще раз увидеть твою физиономию!

— Смотрю, зелья ты забросил.

— А вот ты, смотрю, носа из котла не высовываешь, как и в Академии.

Снейп спорить не стал, а перешел к делу:

— Покажи мне Грейнджеров, я собираюсь поправить им мозги и вернуться в Британию до обеда.

Родрик покачал головой:

— Я бьюсь с ними уже третий месяц, не могу вытащить. Твоя… студентка наворотила такого, что в страшном сне не увидишь.

Снейп хмыкнул:

— С чего это ты решил, что Грейнджер — моя студентка? Снейп-учитель — это как-то фантасмагорично звучит, не находишь?

Студенты синхронно прикусили языки.

Родрик начал объяснять:

— У них на мантиях — эмблемы Хогвартса, кроме того…

— А честно? Мы торопимся и вполне обойдемся без фокусов.

Целитель рассмеялся и ответил:

— Читал в газете про тебя. В общем, не нравится мне твоя идея, но иди. Тебе я доверяю. Но Грейнджер остается здесь, это мое распоряжение.

Гермиона вздохнула и согласилась.

— Я тоже подожду здесь, — сказал Драко и взял девушку за руку.

Целитель, Снейп и Луна скрылись за дверью, Драко обнял Гермиону и уверенно сказал:

— Все будешь хорошо. Эти двое кого угодно вылечат.

— Двое? Я подозревала, что у Луны есть интересные козыри…

— Скорее, дар. Мне всей правды, как ты понимаешь, не сказали, но я думаю, что это либо стихийная легиллименция либо…

— Эмпатия.

Драко посмотрел с недоумением, и Гермиона начала рассказывать, стараясь не думать о том, что происходит в палате, где лежат самые дорогие ей люди. А примерно через сорок минут дверь открылась, и раздался голос целителя:

— Заходите.

Ловец мозгошмыгов. Безобидные мозгошмыги

Когда Северус сказал Луне, что она поедет в Австралию вместе с ним, она сильно удивилась, но не спорила, особенно если учесть, что сообщил он ей эту новость, назначив отработку у себя в кабинете.

— Ты считаешь, что мне следует поехать?

Северус кивнул, хотя и напомнил, что с предсказаниями дружит плохо, а потому просто высказывает предположение. В тот вечер он был не в настроении, из-за чего-то переживал, и Луна, приближаясь к нему, сидящему за своим столом и что-то злобно черкающему в работах студентов, чувствовала себя укротительницей драконов. Она подошла к нему и очень медленно положила руку на плечо.

— Я работаю, — мрачно сообщил он, но плечом не дернул и руку не сбросил.

— Я знаю. Но работа не занимает и десятую часть твоих мыслей.

Северус отложил в сторону перо и откинулся на спинку стула. Луна чувствовала сельдерейную горечь его сомнений, но не знала, как их развеять. Несмотря на оптимистичные заявления он жил под тяжелым грузом своего прошлого и принятых решений, о которых он сожалел. Луна обняла его со спины и вздохнула. Если бы можно было легко забрать его боль, она сделала бы это, но увы. Она чувствовала, что прежде чем человек, который так глубоко поселился в ее сердце, научится искренне улыбаться, пройдет немало времени.

В Австралии она держалась рядом с ним, и когда он проник в сознание отца Гермионы, Луна взяла Северуса за руку. Она не могла помочь ему в тончайшей работе с разумом, но укротить его мозгошмыгов на время была вполне способна. Когда сначала отец, а потом и мать Гермионы пришли в себя, Северус отошел в дальний угол палаты, Луна последовала за ним и шепнула:

— Это волшебно.

Северус пожал плечами, но по его лицу было видно, что похвала ему приятна.