Фандом: Гарри Поттер. Война закончилась совсем недавно, и герои стараются делать вид, что в их жизнях царят мир и благополучие. Но тогда почему Гарри Поттер не может заснуть без палочки в руках, а Гермиона Грейнджер разучилась улыбаться? Северус Снейп выжил в последней битве, но окончательно потерял цель. Вылечить всех может только один человек — «полоумная» Луна Лавгуд, однако ей самой нужна помощь
Добавить в моё избранное
453 мин, 37 сек 17669
Помахав старшим, он громко начал сзывать первокурсников — их оказалось больше, чем обычно, потому что в этом году в школу приехали и те магглорожденные, которые не получили писем в прошлом. Когда малышей увели к лодкам, Гарри и его компания направились к каретам.
— Так значит, — тихо спросила Гермиона, — это и есть фестралы?
Джинни, Рон и Невилл громко сглотнули — они тоже увидели похожих на рептилий лошадей впервые. Луна рассеянно погладила зверя по носу, и тот ткнулся ей в ладонь. Она никакого страха или трепета перед ними не испытывала, странные кони ей нравились.
Карета с трудом вместила их всех, но до замка доехали без приключений. Недалеко от ворот замка карета остановилась, первым вышел Малфой, и это спасло всех остальных.
Стоило Гарри ступить на землю и оглядеться, как его взгляд остекленел, на лице появилось выражение ужаса, и с палочки посыпались мощные атакующие заклинания.
Гарри снова сражался с Пожирателями, и в ушах гремел ледяной голос Волдеморта: «Отдайте мне Гарри Поттера». Его худший кошмар стал реальностью, Волдеморт вернулся и снова атаковал родной замок, снова убивал самых близких людей. Боковым зрением он заметил поднимающего против него палочку Малфоя и тут же с яростью подумал: «Он под Империо!». Он хотел было расколдовать его, но друг оказался быстрее. Гарри замер.
Сквозь картины битвы начал проступать посторонний звук:
— Война закончилась. Мы все в безопасности, — говорил голос. Битва отступила, Хогвартс был тих.
Малфой держал Гарри за запястья и смотрел в глаза. Во время боя все блоки пали, и Драко видел все, что видел Гарри.
— Все в порядке, — повторил Гарри, постепенно приходя в себя.
К счастью, они ехали в последней карете, и минутного безумия Гарри никто не видел.
— Что это было? — спросил Поттер механическим голосом. После пережитого его колотило, в глазах стоял туман, а в ушах звенело.
— Это называется триггер, — прошептала безумно напуганная Гермиона, — я…
— Читала, Грейнджер, — достаточно резко сказал Драко, — давай к сути дела.
— Если человек переживает что-то страшное, то, оказавшись в том месте, где все произошло, он может… мысленно провалиться в прошлое.
— Нам нужно сейчас пойти на ужин. Гарри, хочешь, я успокою твоих нарглов?
— проговорила Луна, беря парня за ледяную руку.
Гарри кивнул и заглянул в серые глаза Луны. В них был космос, и они обещали спокойствие. Дрожь проходила, а мир снова наполнился привычными звуками, запахами и красками.
— Спасибо.
Они неспешно пошли в Большой зал, Гарри тяжело опирался на плечо Малфоя, Джинни придерживала его, но перед входом пришлось выпрямить спину, нацепить на лицо улыбку и найти силы идти самостоятельно. Их компании предстояло разделиться на пиру, и Гарри заранее было страшно представить, что произойдет, если во время очередного его срыва рядом не окажется Драко.
Перед тем, как толкнуть дверь, Драко внимательно посмотрел на гриффиндорцев и мрачно сказал:
— Следите, чтобы наш герой не прибил кого-нибудь. И не вздумайте сами его останавливать.
— Кто тебя спрашивает, Малфой, — рыкнул Рон, но его слабым жестом остановил Гарри.
— Мы спарринговались все лето. У тебя или Гермионы против меня просто не будет шансов. Я убью вас раньше, чем пойму, что вы хотите мне помочь.
Они наконец вошли в зал и разошлись по факультетам. Рядом с Гарри встал Рон, готовый подставить плечо, если понадобится. Гарри с трудом сел на лавку, на автомате помахал рукой всем, кто приветствовал его громкими криками и был счастлив, когда друзья окружили его. Справа и слева сидели Джинни и Рон, а напротив — Невилл и Гермиона. Недалеко села довольная жизнью Лаванда Браун, которая поздоровалась с героями радостно, но вежливо.
После распределения, которое в этом году проводил Флитвик, профессор МакГонагалл поприветствовала учеников и пожелала удачного учебного года. О войне и потерях сказано не было ни слова. Гарри подумал, что очень странно начинать пир, не слыша полусумасшедших или полугениальных речей Дамблдора, его любимого «Олух! Пузырь! Остаток! Уловка!». Странно не натыкаться на мрачный взгляд одетого вечно в черное Снейпа. Странно не слышать вспышек фотоаппарата Колина Криви. Многие маги пережили войну и постарались ее забыть. Гарри Поттер продолжал воевать каждой клеткой своего тела, каждым вздохом. Он не умел жить в мире и безопасности. И он знал, что его ждет очень трудный учебный год.
— Так значит, — тихо спросила Гермиона, — это и есть фестралы?
Джинни, Рон и Невилл громко сглотнули — они тоже увидели похожих на рептилий лошадей впервые. Луна рассеянно погладила зверя по носу, и тот ткнулся ей в ладонь. Она никакого страха или трепета перед ними не испытывала, странные кони ей нравились.
Карета с трудом вместила их всех, но до замка доехали без приключений. Недалеко от ворот замка карета остановилась, первым вышел Малфой, и это спасло всех остальных.
Стоило Гарри ступить на землю и оглядеться, как его взгляд остекленел, на лице появилось выражение ужаса, и с палочки посыпались мощные атакующие заклинания.
Гарри снова сражался с Пожирателями, и в ушах гремел ледяной голос Волдеморта: «Отдайте мне Гарри Поттера». Его худший кошмар стал реальностью, Волдеморт вернулся и снова атаковал родной замок, снова убивал самых близких людей. Боковым зрением он заметил поднимающего против него палочку Малфоя и тут же с яростью подумал: «Он под Империо!». Он хотел было расколдовать его, но друг оказался быстрее. Гарри замер.
Сквозь картины битвы начал проступать посторонний звук:
— Война закончилась. Мы все в безопасности, — говорил голос. Битва отступила, Хогвартс был тих.
Малфой держал Гарри за запястья и смотрел в глаза. Во время боя все блоки пали, и Драко видел все, что видел Гарри.
— Все в порядке, — повторил Гарри, постепенно приходя в себя.
К счастью, они ехали в последней карете, и минутного безумия Гарри никто не видел.
— Что это было? — спросил Поттер механическим голосом. После пережитого его колотило, в глазах стоял туман, а в ушах звенело.
— Это называется триггер, — прошептала безумно напуганная Гермиона, — я…
— Читала, Грейнджер, — достаточно резко сказал Драко, — давай к сути дела.
— Если человек переживает что-то страшное, то, оказавшись в том месте, где все произошло, он может… мысленно провалиться в прошлое.
— Нам нужно сейчас пойти на ужин. Гарри, хочешь, я успокою твоих нарглов?
— проговорила Луна, беря парня за ледяную руку.
Гарри кивнул и заглянул в серые глаза Луны. В них был космос, и они обещали спокойствие. Дрожь проходила, а мир снова наполнился привычными звуками, запахами и красками.
— Спасибо.
Они неспешно пошли в Большой зал, Гарри тяжело опирался на плечо Малфоя, Джинни придерживала его, но перед входом пришлось выпрямить спину, нацепить на лицо улыбку и найти силы идти самостоятельно. Их компании предстояло разделиться на пиру, и Гарри заранее было страшно представить, что произойдет, если во время очередного его срыва рядом не окажется Драко.
Перед тем, как толкнуть дверь, Драко внимательно посмотрел на гриффиндорцев и мрачно сказал:
— Следите, чтобы наш герой не прибил кого-нибудь. И не вздумайте сами его останавливать.
— Кто тебя спрашивает, Малфой, — рыкнул Рон, но его слабым жестом остановил Гарри.
— Мы спарринговались все лето. У тебя или Гермионы против меня просто не будет шансов. Я убью вас раньше, чем пойму, что вы хотите мне помочь.
Они наконец вошли в зал и разошлись по факультетам. Рядом с Гарри встал Рон, готовый подставить плечо, если понадобится. Гарри с трудом сел на лавку, на автомате помахал рукой всем, кто приветствовал его громкими криками и был счастлив, когда друзья окружили его. Справа и слева сидели Джинни и Рон, а напротив — Невилл и Гермиона. Недалеко села довольная жизнью Лаванда Браун, которая поздоровалась с героями радостно, но вежливо.
После распределения, которое в этом году проводил Флитвик, профессор МакГонагалл поприветствовала учеников и пожелала удачного учебного года. О войне и потерях сказано не было ни слова. Гарри подумал, что очень странно начинать пир, не слыша полусумасшедших или полугениальных речей Дамблдора, его любимого «Олух! Пузырь! Остаток! Уловка!». Странно не натыкаться на мрачный взгляд одетого вечно в черное Снейпа. Странно не слышать вспышек фотоаппарата Колина Криви. Многие маги пережили войну и постарались ее забыть. Гарри Поттер продолжал воевать каждой клеткой своего тела, каждым вздохом. Он не умел жить в мире и безопасности. И он знал, что его ждет очень трудный учебный год.
Мозгошмыг первый. Ремиссия
За месяц занятий Лавгуд стала постоянным гостем в доме Северуса. После его замечания она начала одеваться куда нормальней, старалась избегать кричащих расцветок в одежде и странных украшений, а потому стала куда меньше его раздражать. На пятом занятии они решили попробовать легиллименцию, Луна расслабилась, но первая же легкая попытка обернулась для Северуса сумасшедшей силы ударом.
Страница 42 из 128
