Фандом: Гарри Поттер. Война закончилась совсем недавно, и герои стараются делать вид, что в их жизнях царят мир и благополучие. Но тогда почему Гарри Поттер не может заснуть без палочки в руках, а Гермиона Грейнджер разучилась улыбаться? Северус Снейп выжил в последней битве, но окончательно потерял цель. Вылечить всех может только один человек — «полоумная» Луна Лавгуд, однако ей самой нужна помощь
Добавить в моё избранное
453 мин, 37 сек 17684
Здесь и сейчас он существовал, плясал на острие ножа, рисковал своей жизнью и упивался ее вкусом и красками. Пара любимых им «Бомбард» перекрыли Малфою пути к отступлению, сам Гарри запрыгнул на одну из стоящих у стены парт, отбивая легкими щитами атаки противника, постепенно лишал его возможности двигаться. Драко быстро понял, что его тянут в ловушку, и попытался из нее уйти, перепрыгнув образовавшиеся завалы и уничтожив парту, на которой стоял Гарри, но тот среагировал быстрее, вернувшись на пол до того, как опора под его ногами обрушилась. Остальные студенты быстро расступились, освобождая Гарри и Малфою пространство, но они этого даже не заметили. Для обоих все посторонние в комнате превратились просто в помехи. Пока они не двигались, они были не опасны и неинтересны, но стоило им сделать резкое движение, как они попали бы под двойной удар.
Ни одного заклинания вне школьной программы не прозвучало, но уровень дуэли становился все выше. Гарри, пользуясь своей большой магической мощью, выпускал заклятья одно за другим, чередуя простейшие чары левитации с достаточно опасными, но все-таки разрешенными дуэльными заклинаниями. Пару раз ему удалось достать Драко, и тот теперь сильно припадал на левую ногу. Потом обломок парты распорол самому Гарри плечо. Боль привела его в настоящую ярость, и сила атаки увеличилась. Боковым зрением он увидел, как что-то со стороны раненой руки бросается к нему, и, отмахнувшись от «Экспеллиармуса» Драко, быстро вырубил новую опасность. Драко отвлекся и получил оглушающее заклятие. Победа осталась за Гарри.
Он выдохнул и огляделся. Однокурсники смотрели на него с неприкрытым восторгом, класс обратился в руины. Профессор, оказавшийся той самой непонятной опасностью справа, лежал без движения. Раздались сначала робкие, а потом и громовые аплодисменты. Пока Гарри расколдовывал Драко и профессора, среди студентов раздавалось: «Не удивительно, что он победил Сами-Знаете-Кого».
Гарри пожал Драко руку, они обменялись понимающими улыбками — оба были довольны дракой. Профессор тяжело дышал.
— Мистер… Поттер! — рявкнул он, — Вы напали на педагога! Мы немедленно отправляемся к директору. Малфой! Уберите здесь все. Остальные свободны.
Гарри сложил руки на груди и покачал головой:
— Сэр, я настаиваю, чтобы с нами к директору пошел мистер Малфой, а также любые два студента из присутствующих здесь. Например, мисс Гринграсс и мисс Браун, — он специально назвал тех, кто к нему лично никаких чувств не испытывал.
Треккот сверкнул глазами, но согласился.
Впятером они направились в кабинет к МакГонагалл. Горгулья, отреагировавшая на пароль «Слезы феникса», пропустила их в круглый кабинет, сменивший за последние полтора года уже двух обитателей. Гарри огляделся. Теперь здесь почти не осталось непонятных жужжащих артефактов, зато появилось несколько удобных кресел, изящный резной шкаф и мягкий ковер на полу.
— В чем дело, Джордан? — спросила профессор, увидев Треккота, а потом удивленно приподняла очки, — Чем обязана вашим визитом, господа?
— Директор, — ответил Треккот, — сегодня мистер Поттер напал на меня на уроке Защиты от Темных Искусств.
Женщина приподняла одну бровь, хотя по ее виду было понятно, что в такую версию событий она не поверила.
— Мистер Поттер, что произошло?
— Директор, — в тон Треккоту произнес Гарри, — я предпочел бы, если вы посчитаете это возможным, просмотреть мои воспоминания и воспоминания других участников событий. Со своей стороны могу только отметить, что не нападал на профессора Треккота.
МакГонагалл молча призвала Омут памяти. Гарри понимал, что, будь на его месте другой студент, реакция могла бы быть иной, не жалел, что пользуется своим положением.
Воспоминания были помещены в сосуд, и в течение пятнадцати минут директор внимательно их просматривала. Портреты наблюдали за всем этим с любопытством, а Дамблдор грустно улыбался поверх своих очков-половинок. К удивлению Гарри, портрета Снейпа в кабинете не было. Это было странно и вызывало смутные подозрения, но оформиться они не успели. МакГонагалл подняла голову от Омута и произнесла резко:
— Профессор, я считаю, студенты совершенно не виноваты в этом происшествии. Думаю, будет разумно отпустить их. А с вами мы немного побеседуем. Вы можете идти, господа, — отпустила четверых студентов директор.
Уже на выходе Гарри услышал:
— … непедагогично! А бросаться наперерез боевому магу, когда тот проводит дуэль — неразумно и противоречит понятию «самосохранение».
Больше ничего услышать не удалось, но Гарри улыбнулся. Начало положено.
Больше пар у них не было, поэтому девушки быстро ушли по своим делам. Гарри и Драко медленно пошли по коридору.
— Не думал, что скажу это, но я сегодня всерьез скучал по твоей заспанной физиономии. Утро без возможности словесно унизить тебя оказалось крайне тоскливым, — патетично заметил Гарри.
Ни одного заклинания вне школьной программы не прозвучало, но уровень дуэли становился все выше. Гарри, пользуясь своей большой магической мощью, выпускал заклятья одно за другим, чередуя простейшие чары левитации с достаточно опасными, но все-таки разрешенными дуэльными заклинаниями. Пару раз ему удалось достать Драко, и тот теперь сильно припадал на левую ногу. Потом обломок парты распорол самому Гарри плечо. Боль привела его в настоящую ярость, и сила атаки увеличилась. Боковым зрением он увидел, как что-то со стороны раненой руки бросается к нему, и, отмахнувшись от «Экспеллиармуса» Драко, быстро вырубил новую опасность. Драко отвлекся и получил оглушающее заклятие. Победа осталась за Гарри.
Он выдохнул и огляделся. Однокурсники смотрели на него с неприкрытым восторгом, класс обратился в руины. Профессор, оказавшийся той самой непонятной опасностью справа, лежал без движения. Раздались сначала робкие, а потом и громовые аплодисменты. Пока Гарри расколдовывал Драко и профессора, среди студентов раздавалось: «Не удивительно, что он победил Сами-Знаете-Кого».
Гарри пожал Драко руку, они обменялись понимающими улыбками — оба были довольны дракой. Профессор тяжело дышал.
— Мистер… Поттер! — рявкнул он, — Вы напали на педагога! Мы немедленно отправляемся к директору. Малфой! Уберите здесь все. Остальные свободны.
Гарри сложил руки на груди и покачал головой:
— Сэр, я настаиваю, чтобы с нами к директору пошел мистер Малфой, а также любые два студента из присутствующих здесь. Например, мисс Гринграсс и мисс Браун, — он специально назвал тех, кто к нему лично никаких чувств не испытывал.
Треккот сверкнул глазами, но согласился.
Впятером они направились в кабинет к МакГонагалл. Горгулья, отреагировавшая на пароль «Слезы феникса», пропустила их в круглый кабинет, сменивший за последние полтора года уже двух обитателей. Гарри огляделся. Теперь здесь почти не осталось непонятных жужжащих артефактов, зато появилось несколько удобных кресел, изящный резной шкаф и мягкий ковер на полу.
— В чем дело, Джордан? — спросила профессор, увидев Треккота, а потом удивленно приподняла очки, — Чем обязана вашим визитом, господа?
— Директор, — ответил Треккот, — сегодня мистер Поттер напал на меня на уроке Защиты от Темных Искусств.
Женщина приподняла одну бровь, хотя по ее виду было понятно, что в такую версию событий она не поверила.
— Мистер Поттер, что произошло?
— Директор, — в тон Треккоту произнес Гарри, — я предпочел бы, если вы посчитаете это возможным, просмотреть мои воспоминания и воспоминания других участников событий. Со своей стороны могу только отметить, что не нападал на профессора Треккота.
МакГонагалл молча призвала Омут памяти. Гарри понимал, что, будь на его месте другой студент, реакция могла бы быть иной, не жалел, что пользуется своим положением.
Воспоминания были помещены в сосуд, и в течение пятнадцати минут директор внимательно их просматривала. Портреты наблюдали за всем этим с любопытством, а Дамблдор грустно улыбался поверх своих очков-половинок. К удивлению Гарри, портрета Снейпа в кабинете не было. Это было странно и вызывало смутные подозрения, но оформиться они не успели. МакГонагалл подняла голову от Омута и произнесла резко:
— Профессор, я считаю, студенты совершенно не виноваты в этом происшествии. Думаю, будет разумно отпустить их. А с вами мы немного побеседуем. Вы можете идти, господа, — отпустила четверых студентов директор.
Уже на выходе Гарри услышал:
— … непедагогично! А бросаться наперерез боевому магу, когда тот проводит дуэль — неразумно и противоречит понятию «самосохранение».
Больше ничего услышать не удалось, но Гарри улыбнулся. Начало положено.
Больше пар у них не было, поэтому девушки быстро ушли по своим делам. Гарри и Драко медленно пошли по коридору.
— Не думал, что скажу это, но я сегодня всерьез скучал по твоей заспанной физиономии. Утро без возможности словесно унизить тебя оказалось крайне тоскливым, — патетично заметил Гарри.
Страница 50 из 128
