Луна Лавгуд и коллекция мозгошмыгов

Гарри ничего спрашивать не стал, он просто вспомнил, что Снейп был крестным отцом Драко, и представил, как бы он почувствовал себя, если бы выяснилось, что Сириус выжил, а ему не написал даже записки.

— Я был на его похоронах, Грейнджер. Знаю, вы его ненавидите, он был для вас злобным профессором, потом — убийцей Дамблдора, но для меня он был крестным отцом. Не то чтобы он был очень сентиментальным со мной или оставлял свой тон, который означает: «вы все слишком тупы, чтобы понять хотя бы половину моих слов». Но он подарил мне мою первую метлу, отвечал на мои бесконечные вопросы, вытирал мне сопли и слезы, когда я ругался с отцом. И он даже не догадался прислать мне гребаную записку со словами: «Извини, крестник, я тут выжил, но решил спрятаться от всего мира». А знаешь, что меня бесит больше всего? Если ты думаешь, что он отправился мир спасать или свое счастье строить, то ты ошибаешься. Он забился в нору и жалеет себя!

Голос Драко сорвался, парень закашлялся, явно скрывая слезы.

Гарри положил ему руку на плечо и почти шепотом сказал:

— По крайней мере, он жив.

Драко поднял на него глаза и тут же опустил, почувствовав стыд. Он настолько привык, что Поттер — сирота, который никогда не видел своих родителей, что не подумал о том, каково ему будет узнать, что чей-то еще родной человек выжил, а вот все его близкие погибли. Однако Поттер удивил его:

— Я рад, что он жив, хотя он и законченный мерзавец временами, — сказал он.

— Я думал, ты сейчас скажешь, что желаешь ему страшной смерти. Он ведь убил Дамблдора.

Поттер покачал головой.

— Я не виню его в этом. Он многое сделал для нашей победы.

— Кстати, — вздохнул Драко, — я до сих пор не знаю, ни на чьей стороне он сражался, ни как «якобы погиб».

— На нашей, — ответил Поттер, — всегда на нашей, а точнее — на моей. Подробностей не расскажу, их, кроме меня, Снейпа и Дамблдора никто не знает, и это к лучшему. Но даже Директора он убил по его собственной просьбе. А погиб, или, вернее, чуть не погиб, когда Лорд натравил на него свою змею.

Драко покачал головой:

— Ты явно чего-то недоговариваешь.

— Недоговариваю, — согласился Поттер. Гермиона, до этого времени хранившая молчание, спросила:

— Мы будем его искать?

Малфой засмеялся:

— Гриффиндорцы — это диагноз. Вы всегда так охотно чужие проблемы решаете?

Ответом ему было два кивка.

— Знаете, — сказала Гермиона, когда все трое прекратили смеяться, — я не понимаю одного: почему никто из педагогов этого не заметил?

Малфой закатил глаза, Гарри хмыкнул и повторил его жест. Он же и ответил Гермионе:

— Почему ты думаешь, что они не заметили? Заметили и наверняка пришли к тем же выводам, что и вы с Драко. Уж «Историю Хогвартса» они читали. Вот только делать с этим знанием они ничего не стали.

Гермиона прикусила губу:

— Логично. Даже ты, Драко, не был уверен, на чьей стороне он воевал. Если они считают его виновным, то…

— Предпочитают ничего не предпринимать, не желая пачкать руки и быть причастными к его повторной смерти, — закончил Драко, — а если верят в его невиновность…

— То решили оставить его в покое, — подвел итог Гарри.

— Я его точно в покое не оставлю, — сказал Малфой, — после того как я… — он осекся, вспомнив, что о сумасшествии его отца Грейнджер не знает, и закончил фразу совсем иначе, — узнал, что он жив, я точно не смогу не искать его.

Гермиона нахмурилась, по ее лицу было видно, что она обратила внимание на заминку.

— И как мы будем искать человека, который гарантированно не хочет, чтобы его нашли? — спросил Гарри жизнерадостным тоном, догадываясь, что отвечать на вопросы Гермионы Драко сейчас точно не захочет.

— Начнем с начала, — сказал Драко, — ты говоришь, Волдеморт натравил на него свою змею. Почему он это сделал?

Гарри покачал головой. О Бузинной палочке Драко знать было не обязательно.

— Это не имеет отношения к делу, поверь. Просто он приказал змее атаковать его. Нагайна разорвала ему горло. Лорд остался доволен результатом и ушел вместе со змеей. Мы с Роном и Гермионой вошли…

— Где все происходило?

— В Визжащей хижине. Мы вошли туда, приблизились к Снейпу. В тот момент я был уверен в его виновности, поэтому помогать не спешил. Он едва мог говорить, по лицу текли слезы, смешанные с воспоминаниями. Он велел мне собрать их. Я это сделал. Он либо умер, либо потерял сознание. Я решил, что умер — его глаза закатились, он обмяк. Мы вышли. Конец истории.

— Не совсем, — покачала головой Гермиона, — я бросила несколько исцеляющих и согревающих заклятий, просто на всякий случай. Я была уверена, что он мертв, но уйти просто так мне показалось неправильным.

Драко потер подбородок.