Луна Лавгуд и коллекция мозгошмыгов

Увы, первое «Здравствуйте» предстояло сказать именно Гарри. Накануне друзья до хрипоты обсуждали, кто же первым пойдет к профессору. Конечно, Драко хотел как можно раньше увидеть крестного и сломать ему его внушительный нос, но его останавливало одно соображение. Да, было известно, что профессор жив, но о том, в каком он состоянии, особенно психическом, никто не знал.

— Если крестный тронулся умом, — честно сказал Драко, — то я просто не сумею ничего сделать, даже если он на меня нападет. Я не могу поверить, что он исчез из моей жизни, будучи нормальным.

С этим аргументом согласиться было трудно, но в таком случае единственным, кто мог рискнуть встретиться с сумасшедшим Снейпом, был Гарри. Гермиона, возможно, и не испытывала к зельевару особо теплых чувств, однако по силе заклинаний и по умению драться явно проигрывала обоим парням, а Драко был убежден, что ранить настолько любимого человека не сумеет.

— Одно дело, — хмыкнул он, — узнать, что он здоров, но хандрит, и на радостях по-маггловски подправить ему лицо. А другое — встретить безумца, выглядящего как дядя Северус, и отбиваться от него.

Услышав про «дядю Северуса», Гарри и Гермиона сначала попытались сдержаться, но потом захохотали в голос. Драко надулся, но глаза у него тоже радостно блестели.

Из воспоминаний Гарри выдернул громкий голос Драко:

— Готово. Поттер, карта у тебя.

Гарри протянул обыкновенную незаколдованную карту Великобритании, Драко капнул на край листа зелье и, приложив палочку, сказал:

— Реперио.

Заклинаний поиска активировало зелье и то тонкой красной змейкой потекло по карте, чтобы остановиться где-то в Девоншире.

— Старые Холмы, — произнес Малфой.

— Что за старые холмы? — спросила Гермиона, наклоняясь над картой.

— Старые Холмы — это название, небольшая магическая деревенька. Крестный не стал бы жить среди магглов — он их не любит, а здесь кроме Холмов ничего нет.

— Ты бывал там?

— Пару раз с матерью — мы искали небольшой загородный дом.

Решив не откладывать дело, друзья вышли из школы и, преодолев границу защитных чар, аппарировали, держась за Малфоя, знавшего конечную точку.

Они оказались на поляне возле небольшой рощи, а впереди начиналась деревня. Представить себе более банальное и скучное место было сложно — одна улица, типовые домики, похожие одна на другую клумбы перед ними.

— Как договорились, — напомнил Малфой, и Гарри наложил на себя заглушающие и дезиллюминационные чары, а потом набросил мантию-невидимку.

Они договорились, что Гарри постарается обнаружить дом Снейпа и, если удастся, взломает защиту и пройдет внутрь. Сам Гарри вряд ли справился бы со взломом, но, к счастью, Снейп пользовался фирменным малфоевским набором чар, и Драко знал, как их обмануть.

Найти жилище Снейпа оказалось крайне просто — на окраине деревни стоял покосившийся коттедж с серыми грязными стенами и кривой крышей, возле которого не росло ни единого цветочка. Подойдя поближе, Гарри ощутил теплую волну защитной магии.

— Покажись, — сказал он, и на мгновение защитный купол засветился темно-синим светом. Что ж, им повезло, и Снейп, в приступе паранойи, не изменил привычным защитным заклинаниям. Несколько движений палочки, и в куполе образовался небольшой едва ощутимый проход. Будь у Гарри дурные намерения, магия не пустила бы его, но он шел с добром, поэтому легко проскочил в образовавшуюся дырку, которая закрылась за его спиной. Как объяснил Драко, такой способ взлома придумал его дед, Абраксас Малфой, который часто изменял жене и нередко возвращался домой под покровом тьмы. Он совершенно не хотел, открывая дверь, оповещать весь дом о своем возвращении, и создал запасный вход.

Двор дома Снейпа был не настолько грязным и заброшенным, как казалось снаружи — просто запущенные клумбы, на которых розы, петуньи и бегонии давно вытеснили сорняки. Гарри по узкой дорожке подошел к двери и, убедившись, что на ней нет дополнительных чар, открыл ее, и сразу же, беззвучно ругнувшись, откатился назад, пропуская заклинание. «Самонадеянный идиот!», — подумал он, выравнивая дыхание. Как он мог забыть, что чертов Снейп — конструктор-самоучка?

Сам Снейп выскочил из дома через несколько мгновений и, держа палочку перед собой, заозирался по сторонам.

Смерть не пошла профессору на пользу. От его прежнего решительного и грозного вида осталось немного. Лицо заострилось, словно профессор недоедал, нос, и прежде не добавлявший ему привлекательности, теперь выделялся как одинокая горная вершина. Волосы находились в еще большем беспорядке, чем прежде, а в глазах виднелось странное чувство, совсем непохожее на обычный гнев или превосходство. Снейп выглядел жалко.

Он продолжал оглядываться по сторонам, выражение настороженности на его лице сменялось равнодушием. Гарри осторожно поднялся с земли и, оставаясь под мантией-невидимкой, снял с себя маскирующие чары.