Луна Лавгуд и коллекция мозгошмыгов

— Поэтому, — развёл руками Драко, — из зала суда я вышел оправданным, но совершенно нищим. Зато в мэноре осталось немало тайников. Отец… несколько не в себе, так что открыть их не может. А бывшим Пожирателям крайне нужно их содержимое, и в первую очередь — деньги, которые можно за него выручить.

— И они решили надавить на тебя, — равнодушно закончил Гарри, — скучная история.

— Ну, извини, мистер Герой, новых тёмных магов у нас нет.

Школьные неприятели замолчали, не глядя друг на друга. Узнав, что ничего интересного Малфой рассказать не может, Гарри расстроился, но и выставить его за дверь не мог.

— Что делать будешь?

Парень пожал плечами:

— Не имеет значения. Займусь чем-нибудь.

— Знаешь… Мы собираемся вернуться в Хогвартс. МакГонагалл открыла приём на седьмой курс для всех, кто учился в прошлом году.

Малфой фыркнул:

— Серьезно? Предлагаешь мне сидеть в одном классе с Уизли и каждую секунду готовиться отражать их проклятья?

— Я знаю, что ты невиновен, этого будет достаточно для Рона и Джинни. От остальных в первое время я тебя тоже прикрою.

Гарри подпёр подбородок кулаком и прищурился сквозь очки.

— Так, Поттер, продолжай. Я так и слышу повисшее в воздухе «а взамен». И что же я тебе буду должен?

— Тебя же наверняка учили всяким дуэльным премудростям, да? А мне просто жизненно необходимо хотя бы три раза в неделю с кем-нибудь драться.

Малфой приподнял бровь:

— Драться? Поттер, хоть ты и победитель Тёмного Лорда, но я надеюсь не драться с тобой, а валять тебя по полу и выбивать дерь…

Закончить он не успел. Гарри резко дернулся, сжал пальцы у него на горле и навёл на него палочку, спросил:

— Ты хочешь договорить это предложение, Малфой? — после чего очень медленно сел обратно на своё место.

— Ладно, — совершенно спокойно пожал плечами Драко, — драться так драться. Одолжи мне свою сову, я напишу кошке письмо.

Как только Гарри встал и сделал шаг к выходу, прозвучало «Остолбеней», и он замер.

— Финита, — сказал Малфой, возвращая ему способность двигаться, — ты не самый крутой, Поттер.

Гарри вышел из комнаты. На лице у него играла довольная улыбка, ведь постоянно ожидать подвоха от Малфоя, имея полное право в любой момент запустить в него заклинанием, будет удивительно приятно.

Мозгошмыг третий. Позитивное мышление

Никогда за все восемнадцать лет жизни у Рона Уизли не было денег, чтобы покупать именно то, что ему нравится. У него и вещей-то своих было немного, а о новых покупках и мечтать не приходилось. В общем, лично ему принадлежали только подаренная родителями перед пятым курсом метла, Сычик и деллюминатор (последний — относительно). Остальное досталось от братьев, но не по наследству, как артефакт Дамблдора, а просто потому, что им это было уже не нужно. Братья вырастали из мантий — их получал Рон. Братья заканчивали курс и переставали пользоваться учебниками — их отдавали Рону. Раньше, в детстве, мальчик до скрежета в зубах ненавидел нищенское положение своей семьи, отца, который не мог заработать денег, и собственную судьбу. Но прошлый год сильно изменил его взгляды.

После того, как он потерял брата и чуть не лишился обоих своих друзей, он вдруг осознал, что новые мантии и галлеоны в кармане не слишком уж важны. Но именно тогда, словно в насмешку над ним, министерство начало присуждать награды героям Войны, и Рон, в числе прочего, получил неплохую сумму на банковский счёт. Теперь он мог легко купить себе новые вещи или зайти в известный ресторан, сделать Гермионе дорогой подарок. И если сначала, особенно после похорон Фреда, деньги парня совершенно не интересовали, то через пару месяцев он оценил новые возможности.

Конечно, он никогда не смог бы стать таким же талантливым волшебником, как Гермиона, или таким же бесстрашным героем, как Гарри. Но, решил он, было бы глупо не воспользоваться шансом и не стать просто респектабельным обеспеченным волшебником.

Он часто аппарировал в Косую аллею и, одетый в новенькую мантию от мадам Малкин, гулял между рядами магазинов, раскланивался со знакомыми и старался делать вид, что пустого и тихого магазина «Всевозможные Волшебные Вредилки» просто не существует. Посетители аллеи с удовольствием приветствовали одного из трёх самых знаменитых героев Магической Войны, пожимали ему руку, приглашали выпить«по стаканчику» и неустанно благодарили. Их слова бальзамом лились Рону на сердце. Он чувствовал себя чем-то большим, чем просто друг Гарри Поттера. Когда волшебники и волшебницы говорили ему о его подвигах, Рон начинал ощущать свой вклад в победу.

К сожалению, это чувство длилось очень недолго.

Стоило ему вернуться в Нору, как все положительные мысли исчезали. Во-первых, несмотря на министерскую награду, в доме было по-прежнему бедно и тесно.