Фандом: Гарри Поттер. Человек предполагает, а обстоятельства складываются самым причудливым образом. Но даже когда всё пошло прахом — нельзя опускать руки.
Добавить в моё избранное
9 мин, 40 сек 19055
Не зная, чего ожидать, Реймонд не стал рисковать и, подняв палочку и едва шевеля губами, тихо наколдовал Империус.
— Скажи, что он мёртв! — для того, чтобы заклинание подействовало, Нарциссе даже не нужно было слышать приказа, достаточно было того, что он был произнесён.
— Он мёртв, — послушно повторила она.
Лорд убрал палочку, и Мальсибер вздохнул спокойнее. Не показалось. Что-то спасло мальчика. Что-то или кто-то приняло на себя убивающую мощь Авады.
Он не слушал, как Лорд похвалялся победой над безоружным ребёнком, не видел разочарование во взглядах многих Пожирателей, не замечал, что они куда-то идут — всё внимание было приковано к лежащему на руках рыдающего Хагрида парню. Поттер старательно притворялся мёртвым, но дрожание ресниц и слегка вздымающаяся грудь его выдавали.
Когда Поттер соскочил с рук Хагрида и бой возобновился, Реймонд очнулся. И принял решение, от которого бежал столько лет. Пусть его сын никогда не станет тем Патриком, которого он хотел видеть, пусть никогда не встанет рядом с ним, пусть даже так и не узнает, кто он на самом деле, он должен жить. Любой ценой.
Проталкиваясь сквозь сражающихся, он не смотрел по сторонам, не пытался никого атаковать, не выставлял щиты, лишь упорно пробивался туда, где был сын. Внезапно бой стих. Все — и Пожиратели смерти, и Орден Феникса, и студенты с преподавателями — замерли вокруг незримого круга, где сошлись в противостоянии Лорд Волдеморт и Гарри Поттер, и не делали ни малейшей попытки вмешаться.
Несколько заклинаний и… лучи Экспеллиармуса и Авады столкнулись в воздухе, связывая врагов.
И Реймонд Мальсибер сделал то, чего и сам от себя не ожидал. Медленно подняв волшебную палочку, он ударил в спину своему Лорду.
Над Поттером и Лордом вспыхнул золотой пожар, на мгновение ослепляя зрителей, а когда свечение угасло, все смогли рассмотреть распростёртое на каменных плитах тело того, чьё имя боялись произносить, и стоящего над ним Гарри Поттера, с изумлением глядящего на две волшебные палочки в своих руках.
Рассветное солнце заглянуло в разбитые витражные окна, и Большой зал заиграл разными цветами — люди очнулись. Крики, восклицания, пускаемые в волшебный потолок Люмосы, толпа хлынула к Поттеру, спеша поздравить с победой и собственными глазами и руками удостовериться, что враг повержен… В суматохе несложно было исчезнуть.
Не оглядываясь, несколько человек в тёмных мантиях спешно шагали к границе Запретного леса. Они не обменивались взглядами, не обсуждали будущее, они лишь хотели жить, несмотря ни на что. Темнеющий лес становился всё ближе, шум за спиной всё тише, а солнце поднималось всё выше, и из их глаз исчезал страх, плечи непроизвольно распрямлялись, походка становилась более вальяжной…
«Дом под Фиделиусом, камин давным-давно подключён к общей сети, а запрос уничтожен ещё в семьдесят седьмом… Денег достаточно, да и гоблинам можно сову послать… Вот только Патрик для меня потерян навсегда, — попытка отвлечься провалилась, и Реймонд вздохнул. — Что ж, пусть так. Мой сын мёртв и похоронен в семейном склепе, а Гарри Поттер… Удачи тебе, мальчик. Ты не узнаешь, что я сделал для тебя, сколько раз спасал твою жизнь, но это и не важно. Главное, ты выжил… Теперь ты по праву стал Мальчиком-Который-Выжил».
До леса оставалось не больше десяти ярдов, когда за спиной послышался шум погони. Пожиратели смерти аппарировали один за другим; Рей остался один. В последний раз оглянувшись, он улыбнулся тонущему в солнечных лучах Хогвартсу и аппарировал, навсегда закрывая эту страницу истории.
— Скажи, что он мёртв! — для того, чтобы заклинание подействовало, Нарциссе даже не нужно было слышать приказа, достаточно было того, что он был произнесён.
— Он мёртв, — послушно повторила она.
Лорд убрал палочку, и Мальсибер вздохнул спокойнее. Не показалось. Что-то спасло мальчика. Что-то или кто-то приняло на себя убивающую мощь Авады.
Он не слушал, как Лорд похвалялся победой над безоружным ребёнком, не видел разочарование во взглядах многих Пожирателей, не замечал, что они куда-то идут — всё внимание было приковано к лежащему на руках рыдающего Хагрида парню. Поттер старательно притворялся мёртвым, но дрожание ресниц и слегка вздымающаяся грудь его выдавали.
Когда Поттер соскочил с рук Хагрида и бой возобновился, Реймонд очнулся. И принял решение, от которого бежал столько лет. Пусть его сын никогда не станет тем Патриком, которого он хотел видеть, пусть никогда не встанет рядом с ним, пусть даже так и не узнает, кто он на самом деле, он должен жить. Любой ценой.
Проталкиваясь сквозь сражающихся, он не смотрел по сторонам, не пытался никого атаковать, не выставлял щиты, лишь упорно пробивался туда, где был сын. Внезапно бой стих. Все — и Пожиратели смерти, и Орден Феникса, и студенты с преподавателями — замерли вокруг незримого круга, где сошлись в противостоянии Лорд Волдеморт и Гарри Поттер, и не делали ни малейшей попытки вмешаться.
Несколько заклинаний и… лучи Экспеллиармуса и Авады столкнулись в воздухе, связывая врагов.
И Реймонд Мальсибер сделал то, чего и сам от себя не ожидал. Медленно подняв волшебную палочку, он ударил в спину своему Лорду.
Над Поттером и Лордом вспыхнул золотой пожар, на мгновение ослепляя зрителей, а когда свечение угасло, все смогли рассмотреть распростёртое на каменных плитах тело того, чьё имя боялись произносить, и стоящего над ним Гарри Поттера, с изумлением глядящего на две волшебные палочки в своих руках.
Рассветное солнце заглянуло в разбитые витражные окна, и Большой зал заиграл разными цветами — люди очнулись. Крики, восклицания, пускаемые в волшебный потолок Люмосы, толпа хлынула к Поттеру, спеша поздравить с победой и собственными глазами и руками удостовериться, что враг повержен… В суматохе несложно было исчезнуть.
Не оглядываясь, несколько человек в тёмных мантиях спешно шагали к границе Запретного леса. Они не обменивались взглядами, не обсуждали будущее, они лишь хотели жить, несмотря ни на что. Темнеющий лес становился всё ближе, шум за спиной всё тише, а солнце поднималось всё выше, и из их глаз исчезал страх, плечи непроизвольно распрямлялись, походка становилась более вальяжной…
«Дом под Фиделиусом, камин давным-давно подключён к общей сети, а запрос уничтожен ещё в семьдесят седьмом… Денег достаточно, да и гоблинам можно сову послать… Вот только Патрик для меня потерян навсегда, — попытка отвлечься провалилась, и Реймонд вздохнул. — Что ж, пусть так. Мой сын мёртв и похоронен в семейном склепе, а Гарри Поттер… Удачи тебе, мальчик. Ты не узнаешь, что я сделал для тебя, сколько раз спасал твою жизнь, но это и не важно. Главное, ты выжил… Теперь ты по праву стал Мальчиком-Который-Выжил».
До леса оставалось не больше десяти ярдов, когда за спиной послышался шум погони. Пожиратели смерти аппарировали один за другим; Рей остался один. В последний раз оглянувшись, он улыбнулся тонущему в солнечных лучах Хогвартсу и аппарировал, навсегда закрывая эту страницу истории.
Страница 3 из 3
