Фандом: Гарри Поттер. Вот кто сказал, что Гермиона сделала карьеру в Министерстве магии?
Добавить в моё избранное
9 мин, 47 сек 15413
Смотришь на стремительно увеличивающуюся толпу, изредка ловишь удивленные, узнающе-неузнающие взгляды, но они ничего не задевают в тебе. В магмире ты чужая всем уже достаточно давно, со дня празднования 10летнего юбилея битвы при Хогвартсе. Да и они все тебе тоже чужие. Кроме Рона, разумеется, — дети связали вас навсегда.
И, честно говоря, тебя это абсолютно не волнует…
Глаза твоего собеседника вспыхивают от гордости, когда на подножке вагона появляется ваша дочь с элегантно-независимым видом, в сшитой под заказ мантии — совладелец УУУ может себе такое позволить.
— Вот откуда это в ней? — невольно задаешься вопросом, — наверное, от Джинни. Не той Джинни, которую я впервые увидела робкой первокурсницей. А той, которая могла одним лишь взглядом пригвоздить на месте незадачливого ухажера, а затем легкой полуулыбкой подарить ему ощущение счастья. Правда?
— Подожди! Какие ухажеры?! Какие полуулыбки?! Причем тут Джинни?! Конечно, когда Роза родилась, то я сразу понял, что наступит момент, когда придется бросить магазин, взять у Гарри его мантию и с утра до вечера отслеживать Розино перемещение по школе. Но, я думал, у меня есть в запасе еще хотя бы пару лет. Или этот момент настал прямо сейчас?
— Разумеется, нет! Она еще маленькая, будет просто учиться и просто дружить. И с девочками, и с мальчиками, разумеется.
— Ага, дружить! Мы с тобой тоже семь лет дружили. И, чем это закончилось? — Рон патетически указывает на сына и дочь.
— Тебе не нравятся результаты?
— Почему это не нравятся?! Очень даже нравятся. Да и сам процесс, вообще-то, тоже…
— Рональд!
— А, что Рональд? Как только я говорю правду, так сразу «Рональд»! Ты лучше сама не уходи от разговора! Уверена, что Роза справится с двумя школами? Посмотри — она такая маленькая, худенькая, как бы ни надорвалась. Вспомни себя на 3-м курсе!
— Разумеется, справится! Я нашла очень хорошего учителя, он много лет работает с детьми, обучающимися экстерном. Это значит всего-навсего, Рон, что эти дети учатся не в школе, а дома, но под руководством опытных профессионалов.
Да, она сможет — ведь ей не нужно доказывать всем и каждому, что она самая-самая, и лишь потому имеет право принадлежать миру волшебников. Как пришлось мне. Роза уже ему принадлежит — по праву рождения. Она ведь — Уизли.
— Гермиона, ты так это сказала, что я прям сейчас лопну от гордости, даже не дождавшись ее 12 —ти «превосходно» по СОВ и ЖАБА. А согласись, не очень хорошо, если такое случится в ее первый школьный день. Но, тем более, зачем ей тогда маггловское образование? Она прекрасно устроится и здесь. А уж если учесть, что она — моя дочь!
Если захочет в Большой, как ты выразилась, мир, я дам ей денег — пусть поедет, развлечется.
— Нет, Рон, это совсем другое! Вопрос не в том, чтобы поехать. Вопрос в том, что она будет делать «здесь»? Быть 3-й помощницей 2-го заместителя 6-го клерка в министерстве? Оттеснять детей Джорджа от семейного бизнеса?
Ты знаешь, что у нее прекрасное пространственное мышление? Что она отлично рисует? Из нее получился бы стоящий архитектор, поверь. Помнишь «Сладкое королевство»? Так вот, в каждой нашей поездке она смотрит на здания так же, как ты смотрел на товар в этом магазине.
А что она сможет строить здесь? Лавку раз в 10-ть лет, если кто-то из торговцев Диагон аллеи, вдруг, решится пойти в ногу со временем?
Нет, Рон. У меня есть сегодняшний день — день, в котором благодаря и моей работе удается приносить реальную пользу многим людям. И я хочу, чтобы у моих детей было такое же будущее!
— Привет! — раздается совсем рядом. Ты поворачиваешь голову — и тебе не хватает воздуха.
Словно удар под дых.
На перроне, уже полностью заполненном людьми и клубами пара, среди клеток, сундуков и чемоданов, оставив за спиной своих родных, сияющими зелеными глазами 11-летнего мальчишки, мельком взглянувшего на тебя, посмотрело на тебя твое прошлое.
Прошлое, которое ты так и не сумела забыть.
И, честно говоря, тебя это абсолютно не волнует…
Глаза твоего собеседника вспыхивают от гордости, когда на подножке вагона появляется ваша дочь с элегантно-независимым видом, в сшитой под заказ мантии — совладелец УУУ может себе такое позволить.
— Вот откуда это в ней? — невольно задаешься вопросом, — наверное, от Джинни. Не той Джинни, которую я впервые увидела робкой первокурсницей. А той, которая могла одним лишь взглядом пригвоздить на месте незадачливого ухажера, а затем легкой полуулыбкой подарить ему ощущение счастья. Правда?
— Подожди! Какие ухажеры?! Какие полуулыбки?! Причем тут Джинни?! Конечно, когда Роза родилась, то я сразу понял, что наступит момент, когда придется бросить магазин, взять у Гарри его мантию и с утра до вечера отслеживать Розино перемещение по школе. Но, я думал, у меня есть в запасе еще хотя бы пару лет. Или этот момент настал прямо сейчас?
— Разумеется, нет! Она еще маленькая, будет просто учиться и просто дружить. И с девочками, и с мальчиками, разумеется.
— Ага, дружить! Мы с тобой тоже семь лет дружили. И, чем это закончилось? — Рон патетически указывает на сына и дочь.
— Тебе не нравятся результаты?
— Почему это не нравятся?! Очень даже нравятся. Да и сам процесс, вообще-то, тоже…
— Рональд!
— А, что Рональд? Как только я говорю правду, так сразу «Рональд»! Ты лучше сама не уходи от разговора! Уверена, что Роза справится с двумя школами? Посмотри — она такая маленькая, худенькая, как бы ни надорвалась. Вспомни себя на 3-м курсе!
— Разумеется, справится! Я нашла очень хорошего учителя, он много лет работает с детьми, обучающимися экстерном. Это значит всего-навсего, Рон, что эти дети учатся не в школе, а дома, но под руководством опытных профессионалов.
Да, она сможет — ведь ей не нужно доказывать всем и каждому, что она самая-самая, и лишь потому имеет право принадлежать миру волшебников. Как пришлось мне. Роза уже ему принадлежит — по праву рождения. Она ведь — Уизли.
— Гермиона, ты так это сказала, что я прям сейчас лопну от гордости, даже не дождавшись ее 12 —ти «превосходно» по СОВ и ЖАБА. А согласись, не очень хорошо, если такое случится в ее первый школьный день. Но, тем более, зачем ей тогда маггловское образование? Она прекрасно устроится и здесь. А уж если учесть, что она — моя дочь!
Если захочет в Большой, как ты выразилась, мир, я дам ей денег — пусть поедет, развлечется.
— Нет, Рон, это совсем другое! Вопрос не в том, чтобы поехать. Вопрос в том, что она будет делать «здесь»? Быть 3-й помощницей 2-го заместителя 6-го клерка в министерстве? Оттеснять детей Джорджа от семейного бизнеса?
Ты знаешь, что у нее прекрасное пространственное мышление? Что она отлично рисует? Из нее получился бы стоящий архитектор, поверь. Помнишь «Сладкое королевство»? Так вот, в каждой нашей поездке она смотрит на здания так же, как ты смотрел на товар в этом магазине.
А что она сможет строить здесь? Лавку раз в 10-ть лет, если кто-то из торговцев Диагон аллеи, вдруг, решится пойти в ногу со временем?
Нет, Рон. У меня есть сегодняшний день — день, в котором благодаря и моей работе удается приносить реальную пользу многим людям. И я хочу, чтобы у моих детей было такое же будущее!
— Привет! — раздается совсем рядом. Ты поворачиваешь голову — и тебе не хватает воздуха.
Словно удар под дых.
На перроне, уже полностью заполненном людьми и клубами пара, среди клеток, сундуков и чемоданов, оставив за спиной своих родных, сияющими зелеными глазами 11-летнего мальчишки, мельком взглянувшего на тебя, посмотрело на тебя твое прошлое.
Прошлое, которое ты так и не сумела забыть.
Страница 3 из 3
