Квартира на Патриарших

Со стороны казалось, что непривычная реплика подвесила отлаженную систему, и, не знай Олег Женьку с детства, он в этот момент поверил бы в шуточную версию про андроида.

Наконец Женька пришел к некоему внутреннему консенсусу и, взяв стоящую на краю стола чашку, медленно поднялся. Олег поборол в себе желание последовать за ним взглядом: Женька, который, хоть и на год старше, в детстве был одного с ним роста, теперь возвышался на целую голову. В целом, ростом он Арнольдику уступал немного, а при своей хрупкой худощавости выглядел едва ли не выше.

Вместе они дошли до кухни — и снова на них устремились изумленные взоры. Возникла неестественно неловкая тишина, и Олег попытался ее нарушить.

— Жень, ты помнишь мою сестру? — кивнул он в сторону притихшей девушки.

— Конечно, помню, — Женька слегка наклонил голову. — Добрый день… Ольга Петровна.

Олька вздрогнула и почему-то охрипшим голосом, в тон ему ответила:

— Добрый день, Евгений… Романович.

— Надо же, какие политесы! — фыркнул Олег, придвигая Женьке табуретку. — Спорим, когда ты его лопаткой била, ты про его отчество и не вспоминала?

Ольга залилась краской так, что в ней потонули все веснушки.

— Какой лопаткой? — опешил от неожиданности Жорка.

— Саперной? — не к месту уточнил Арнольдик.

— Детской, — объяснил Олег, но сестра его тут же перебила:

— Случайно!

— Случайно, а шов накладывали, — возмущение сестры было таким бурным, что Олег не удержался. — Жень, а шрам остался?

Пожалуй, галантно бы все отрицать, но Женька со своим обычным чуть отрешенным видом просто снял очки. На переносице у него действительно оказался небольшой шрам — собственно, при надетых очках перемычка его полностью скрывала.

— Вот видишь, что ты натворила! — заявил Олег, пользуясь случаем и разглядывая Женькино лицо.

Без очков оно выглядело немного беззащитным — возможно, оттого, что глаза, ранее уменьшаемые стеклами, оказались почти неестественно большими, тем более для такого худого и бледного лица. Да и вообще это лицо, в целом красивое, походило на творение безумного кукольника, который в желании сделать все идеально, довел черты едва ли не до гротеска. Слишком резкими были скулы, слишком заостренным — нос, слишком высоким — пергаментный лоб. Олега посетила нелепая мысль, что Женька куда лучше смотрелся бы в застекленной витрине, нежели на кухне с чашкой в руке.

— Да его не видно совсем, — вмешался Арнольдик в надежде успокоить Ольгу.

— Погодите! — выставил вперед руки Жорка. — Когда Жеку били детской лопаткой?

— В детстве, — любезно пояснил Олег.

Жора с подозрением посмотрел на всех троих.

— Вы что, так давно все знакомы?

— Да мы в квартире напротив жили, — вздохнув, пояснила Ольга. Женька опять надел очки, и ее смущение немного уменьшилось. — Олег что, не рассказал?

— Забыл, наверное, — ее брат постарался произнести это как можно небрежнее. — Да и давно это было.

Он бросил искоса взгляд на Женьку — не захочет ли он что-нибудь сказать? Однако тот сосредоточено наливал себе чай и, казалось, вовсе пропустил этот разговор мимо ушей.

После той встречи единственным выигравшим казался Арнольдик. По крайней мере, он поумерил свои загулы, да и избегать сталкиваться в коридоре с Олегом перестал. Сам Олег так и не смог определиться, удовлетворен он объяснениями сестры по поводу ее присутствия в округе или нет. Георгий вполне логично решил, что его это все не касается, и Женька, которого это все-таки касалось, придерживался о себе того же мнения. Совместное чаепитие ничего не изменило в его распорядке дня, так и оставшись единственным, и Олег уже начал отчаиваться найти хоть какой-то подход к этому ставшему непробиваемым человеку. У него оставалась только одна крайняя мера: это обзавестись компьютером и попробовать привлечь Женькино внимание посредством этого агрегата. Олег бы давно уже воплотил этот план в жизнь, если бы не испытывал к технике глубокое отвращение. Нет, блага цивилизации он вполне уважал, и такие полезные вещи, как холодильник или плита, весьма ценил, но «излишняя» аппаратура его угнетала. Так что идею с компьютером он оставил на самый крайний случай.

Как и всегда, когда чего-то очень ждешь, оно наступает почему-то неожиданно. Олег так надеялся куда-нибудь выйти вместе с Женькой — и все же пропустил день, когда тот действительно куда-то ушел. Олег перед уходом на занятия постучался к нему в дверь, чтобы пожелать доброго утра: хоть Женьке и никуда не надо было ехать, вставал он все равно чуть ли не раньше всех. Однако дверь оказалась заперта.

Олег, не поверив ощущениям, толкнул сильнее — но получил тот же самый результат.

— Ну ты еще головой постучись, — посоветовал Жорка, проходя мимо. — С первого же раза видно, что заперто!

— Куда он ушел?