Фандом: Гарри Поттер. События разворачиваются сразу же по окончании эпилога «Группы риска». Снейп и Гермиона под видом профессоров зельеварения и рун отправляются в Хогвартс расследовать исчезновение Распределяющей шляпы. Срабатывает заклинание-ловушка, и Снейп теряет память. Сможет ли он снова стать самим собой? Кому и зачем понадобилась Распределяющая шляпа? Какие еще жуткие и таинственные события произойдут в Хогвартсе? Короче: что это было и кто все эти люди?
Добавить в моё избранное
188 мин, 27 сек 8513
Ее вырвало прямо возле порога.
— Что с тобой, деточка? — засуетилась Розмерта, сползая с кровати и заворачиваясь в простыню.
— Экскуро, — прохрипела Грейнджер, очищая заклинанием пол, и шарахнулась от подбежавшей Розмерты так резко, что врезалась в косяк.
— Деточка, тебе плохо? — Розмерта сочувственно положила Грейнджер ладонь на лоб. — Да ты вся горишь! Я дам тебе перечного зелья, подожди-ка…
Розмерта засуетилась, не зная — то ли ей бежать за зельем, то ли втаскивать Грейнджер в комнату.
— Не надо перечное, — Грейнджер кое-как поднялась на ноги. — Мне нельзя! Со мной уже все в порядке — не трогайте меня! Пожалуйста…
— Я провожу мисс Грейнджер до Хогвартса, — спокойно сказал я, застегивая последние пуговицы на сюртуке.
— Не надо! — вскинулась Грейнджер. — Я сама прекрасно дойду!
Она с вызовом смотрела прямо на меня. Я приблизился к ней так близко, что ей пришлось задрать голову.
— Вы же искали меня, Грейнджер. Вот вы меня и нашли.
— Меня сейчас снова стошнит, — глухо сказала она.
— Вы знаете, что я сейчас хочу с вами сделать? — шепотом спросил я, наклоняясь к ее лицу. Грейнджер, зажмурившись, отрицательно замотала головой. — Вот и хорошо, — я удовлетворенно улыбнулся и кивнул Розмерте: — Мы уходим.
— По-моему, она не хочет никуда с тобой идти, — с сомнением проговорила она.
— Хочет, — отрезал я. — Не так ли, мисс Грейнджер?
Она устало привалилась к стене.
— Ты когда вот так дружелюбно улыбаешься, на маньяка похож. Неудивительно, что она испугалась. Ты бы поаккуратнее с девочкой-то, Северус, — озабоченно нахмурилась Розмерта. — Я, когда своего младшенького носила, так день и ночь над тазиком стояла почитай месяца два…
Я длинно грязно выругался и яростно саданул кулаком в косяк.
Грейнджер вырвало.
Черты лица Грейнджер во сне разгладились, словно неведомый художник провел кистью с ретушью, сняв налет усталости и напряжения.
Последние несколько метров до Хогвартса я почти нес ее на руках. Видимо, ей было настолько плохо, что она даже не сопротивлялась, как это было, когда мы вышли из паба. Я взял ее за руку и повел за собой. Ну ладно — потащил. Мне хотелось убить маленькую идиотку. И идиота Уизли, который отпустил свою беременную женщину в этот гадюшник вместе со мной. Грейнджер же всю дорогу молчала, даже когда вырывалась, — как истинный член Ордена Феникса в пожирательских застенках. И это к лучшему.
Мое триумфальное шествие по Хогвартсу прошло под аккомпанемент гробового молчания встречных студентов и преподавателей. Они лишь, как волны, расступались передо мной. По-моему, только Лонгботтом куда-то тихо испарился, слизняк, увидев, кого я тащу. Меня мутило, а пол так и норовил уйти из-под ног, но в дверные проемы я почему-то вписывался с поразительной точностью. Все, с этого дня пью только тыквенный сок!
Больничное крыло было пусто, я сбросил Грейнджер на ближайшую пустую койку и постарался отдышаться, прежде чем заорать:
— Поппи!
Не получив ответа, я стащил с Грейнджер страшную канареечно-красную шапку с помпоном, ботинки, пальто и задумался над джинсами и футболкой. Плюнул и вытер лоб, покрытый испариной. Грейнджер застонала и перевернулась на бок. Ну хоть в себя пришла, слава Мерлину.
Я разглядывал ее изможденное лицо, хрупкие плечи и торчащие лопатки. Мне страшно хотелось сделать что-нибудь плохое. Хотя бы наорать на кого-нибудь, раз эта кретинка меня не слышит. По телу ее прошла дрожь, и она попыталась обнять себя, но руки снова бессильно повисли плетьми. Тонкая, почти полупрозрачная кожа с голубыми жилками на запястьях. Я взял одеяло и накрыл ее. Потом подумал, снял с соседней кровати еще одно и накрыл им тоже.
— Очень, очень плохо, — раздался позади меня печальный голос. — Что с мисс Грейнджер?
Я обернулся — Почти Безголовый Ник вежливо парил возле двери.
— Привидениям запрещено появляться в Больничном крыле, — язык плохо меня слушался, но я очень старался донести до Ника, что ему здесь не рады.
— Теперь это уже неважно, — он бесстрастно взглянул на меня. — Она не успеет. Завтра мы устроим прощальную охоту.
Сразу повеяло холодком и воспоминаниями о призрачных всадниках в плащах и камзолах, улюлюкающих и скачущих по столам Большого зала. Призрачные кони пышут призрачным огнем, а призрачная жертва призрачно убегает. Меня передернуло и замутило еще больше.
— Прощайте, профессор, — церемонно раскланялся сэр Николас.
Я попытался изобразить вежливый кивок, но пол снова опасно приблизился, так что я не стал рисковать здоровьем и просто попытался сфокусироваться на том, чтобы стоять ровно. Привидение медленно просочилось сквозь дверь, соблюдая правила приличий.
— Что с тобой, деточка? — засуетилась Розмерта, сползая с кровати и заворачиваясь в простыню.
— Экскуро, — прохрипела Грейнджер, очищая заклинанием пол, и шарахнулась от подбежавшей Розмерты так резко, что врезалась в косяк.
— Деточка, тебе плохо? — Розмерта сочувственно положила Грейнджер ладонь на лоб. — Да ты вся горишь! Я дам тебе перечного зелья, подожди-ка…
Розмерта засуетилась, не зная — то ли ей бежать за зельем, то ли втаскивать Грейнджер в комнату.
— Не надо перечное, — Грейнджер кое-как поднялась на ноги. — Мне нельзя! Со мной уже все в порядке — не трогайте меня! Пожалуйста…
— Я провожу мисс Грейнджер до Хогвартса, — спокойно сказал я, застегивая последние пуговицы на сюртуке.
— Не надо! — вскинулась Грейнджер. — Я сама прекрасно дойду!
Она с вызовом смотрела прямо на меня. Я приблизился к ней так близко, что ей пришлось задрать голову.
— Вы же искали меня, Грейнджер. Вот вы меня и нашли.
— Меня сейчас снова стошнит, — глухо сказала она.
— Вы знаете, что я сейчас хочу с вами сделать? — шепотом спросил я, наклоняясь к ее лицу. Грейнджер, зажмурившись, отрицательно замотала головой. — Вот и хорошо, — я удовлетворенно улыбнулся и кивнул Розмерте: — Мы уходим.
— По-моему, она не хочет никуда с тобой идти, — с сомнением проговорила она.
— Хочет, — отрезал я. — Не так ли, мисс Грейнджер?
Она устало привалилась к стене.
— Ты когда вот так дружелюбно улыбаешься, на маньяка похож. Неудивительно, что она испугалась. Ты бы поаккуратнее с девочкой-то, Северус, — озабоченно нахмурилась Розмерта. — Я, когда своего младшенького носила, так день и ночь над тазиком стояла почитай месяца два…
Я длинно грязно выругался и яростно саданул кулаком в косяк.
Грейнджер вырвало.
Глава 12
— Она спит, — тихо сказала Поппи, пропуская меня в палату.Черты лица Грейнджер во сне разгладились, словно неведомый художник провел кистью с ретушью, сняв налет усталости и напряжения.
Последние несколько метров до Хогвартса я почти нес ее на руках. Видимо, ей было настолько плохо, что она даже не сопротивлялась, как это было, когда мы вышли из паба. Я взял ее за руку и повел за собой. Ну ладно — потащил. Мне хотелось убить маленькую идиотку. И идиота Уизли, который отпустил свою беременную женщину в этот гадюшник вместе со мной. Грейнджер же всю дорогу молчала, даже когда вырывалась, — как истинный член Ордена Феникса в пожирательских застенках. И это к лучшему.
Мое триумфальное шествие по Хогвартсу прошло под аккомпанемент гробового молчания встречных студентов и преподавателей. Они лишь, как волны, расступались передо мной. По-моему, только Лонгботтом куда-то тихо испарился, слизняк, увидев, кого я тащу. Меня мутило, а пол так и норовил уйти из-под ног, но в дверные проемы я почему-то вписывался с поразительной точностью. Все, с этого дня пью только тыквенный сок!
Больничное крыло было пусто, я сбросил Грейнджер на ближайшую пустую койку и постарался отдышаться, прежде чем заорать:
— Поппи!
Не получив ответа, я стащил с Грейнджер страшную канареечно-красную шапку с помпоном, ботинки, пальто и задумался над джинсами и футболкой. Плюнул и вытер лоб, покрытый испариной. Грейнджер застонала и перевернулась на бок. Ну хоть в себя пришла, слава Мерлину.
Я разглядывал ее изможденное лицо, хрупкие плечи и торчащие лопатки. Мне страшно хотелось сделать что-нибудь плохое. Хотя бы наорать на кого-нибудь, раз эта кретинка меня не слышит. По телу ее прошла дрожь, и она попыталась обнять себя, но руки снова бессильно повисли плетьми. Тонкая, почти полупрозрачная кожа с голубыми жилками на запястьях. Я взял одеяло и накрыл ее. Потом подумал, снял с соседней кровати еще одно и накрыл им тоже.
— Очень, очень плохо, — раздался позади меня печальный голос. — Что с мисс Грейнджер?
Я обернулся — Почти Безголовый Ник вежливо парил возле двери.
— Привидениям запрещено появляться в Больничном крыле, — язык плохо меня слушался, но я очень старался донести до Ника, что ему здесь не рады.
— Теперь это уже неважно, — он бесстрастно взглянул на меня. — Она не успеет. Завтра мы устроим прощальную охоту.
Сразу повеяло холодком и воспоминаниями о призрачных всадниках в плащах и камзолах, улюлюкающих и скачущих по столам Большого зала. Призрачные кони пышут призрачным огнем, а призрачная жертва призрачно убегает. Меня передернуло и замутило еще больше.
— Прощайте, профессор, — церемонно раскланялся сэр Николас.
Я попытался изобразить вежливый кивок, но пол снова опасно приблизился, так что я не стал рисковать здоровьем и просто попытался сфокусироваться на том, чтобы стоять ровно. Привидение медленно просочилось сквозь дверь, соблюдая правила приличий.
Страница 33 из 53
