Фандом: Гарри Поттер. Проходят годы и десятилетия, но история не меняется, а любовь не теряет своей силы.
Добавить в моё избранное
508 мин, 35 сек 19613
— Мне не о чем говорить с тобой, Блек, — прошипел Лонгботтом.
— Ну-ну, Фрэнки, не нужно быть таким непослушным… — я с наигранной нежностью провела рукой по его небритой щеке. — Я всего лишь хочу спросить, что ты знаешь о Пророчестве и о том, как это может быть связано с Темным Лордом.
— Я ничего не знаю о Пророчестве, а тем более о твоем Лорде, кроме того, что он сдох благодаря Гарри Поттеру…
Это как будто бы послужило для меня сигналом. Я тут же вскочила на ноги и направила на Лонгботтома волшебную палочку.
— Да как ты смеешь! — прошипела я. — Круцио!
Проклятье само по себе сорвалось с моих губ. Фрэнк тут же скрючился на полу, и через несколько секунд помещение заполнили его душераздирающие вопли. Мне же казалось, что в мире нет ничего, кроме меня и моей волшебной палочки, и я могу делать все, что мне заблагорассудится, что я всесильна. Непередаваемое чувство, которым хотелось упиваться, хотелось испытывать его вновь и вновь. Говорили, что Круциатус отнимает у волшебника слишком много энергии; мне же казалось, что оно наоборот только дает мне больше силы.
И тут со стороны лестницы раздались громкие шаги. Мне пришлось обернуться, и из-за этого сила проклятья стала ослабевать, пока оно полностью не прекратило действовать. Теперь я слышала тяжелое дыхание и редкие стоны. А по лестнице уже спускалась Алиса Лонгботтом в коротенькой ночной рубашке, с взлохмаченными светлыми волосами и палочкой наготове. Видимо, муж велел ей спрятаться в спальне, но когда я стала пытать его, она прибежала на крики, не желая оставаться в стороне. Что сказать, это инстинкт всех гриффиндорцев: лезть на рожон и искать смерти. Но если она этого хочет, то почему бы не исполнить ее желание? Только сначала нужно немного потолковать…
Алиса уже было хотела выкрикнуть заклинание, но кто-то из Лестрейнджей тут же обезоружил ее. Правда, она устояла на ногах, но теперь от шока и ужаса не могла даже пошевелиться. А что одна хрупкая женщина может противопоставить четырем вооруженным, безжалостно настроенным Пожирателям Смерти? Взгляд Алисы обратился к Фрэнку, без сил лежавшему на полу, и она не сдержала вскрика. В ответ на это я звонко рассмеялась.
— Что вам нужно? — прошептала она. — Что вы здесь делаете? Что вы сделали с моим мужем?
— Белла всего лишь решила задать ему несколько вопросов, — сзади послышался беззаботный голос Рабастана. — Мне кажется, что пока она так увлечена плодотворным общением с ним, мы можем поговорить и с тобой, не так ли, брат?
Я развернулась к нему вполоборота, так, чтобы видеть, что происходит сзади, но в то же время не спускать глаз с Лонгботтома, который постепенно начинал приходить в себя. Рабастан улыбался во все тридцать два зуба и смотрел на Алису, явно замышляя что-то нехорошее.
— Белла, как ты смотришь на то, чтобы, пока ты общаешься с господином аврором, мы пообщались бы с его женой? — совсем невинным голосом поинтересовался Рабастан. На долю секунды мне показалось, что сейчас рядом находится Раба, которого я знала раньше — веселый и озорной. Только вот теперь его веселье, похоже, обещало быть совершенно не таким безобидным, как прежде.
— Только не переусердствуй, — пробормотала я. — Она должна рассказать все, что знает.
Рабастан выглядел почти счастливым. Они с Барти двинулись к Алисе, и та тут же бросилась вверх по лестнице, собираясь, видимо, спрятаться в одной из комнат, но была сражена Ступефаем. Я же повернулась к Фрэнку, слыша, как сзади подходит Руди. С верхнего этажа послышались крики Алисы и какая-то возня, и Лонгботтом попытался подняться на ноги. Но в тот же момент Рудольфус прижал его ногой к полу, лишая возможности двигаться.
— Не смейте трогать ее! — отчаянно закричал Фрэнк, безнадежно обездвиженный. — Нет…
Как будто бы в ответ на это со второго этажа раздался истошный вопль. Может быть, стоило сказать парням, чтобы они не позволяли себе слишком многого? Впрочем, почему бы и нет? Главное, чтобы Алиса доложила им все, что знает, а то, как именно они будут вытягивать из нее информацию, меня мало волновало.
Я медленно опустилась перед Фрэнком на колени или Я медленно присела рядом с Фрэнком на корточки, легко дотронулась рукой до его коротких жестких волос.
— Послушай меня, Фрэнк, — мягко проговорила я, поглаживая его по лицу. — Если ты мне скажешь, что случилось с Темным Лордом и где он, то они тут же отпустят твою жену, а я не стану тебя пытать.
Лонгботтом какое-то время смотрел на меня полными ненависти глазами, после чего процедил сквозь зубы:
— Я уже говорил, что ничего не знаю и не хочу знать об этом змееподобном ублюдке…
Это было последней каплей. Я подняла волшебную палочку, и Фрэнк резко замолчал, потому что его вновь настигло Пыточное проклятье. Он кричал, брызгал слюной, цеплялся руками за пол, а я никак не могла остановиться. Он при мне оскорбил моего Повелителя!
— Ну-ну, Фрэнки, не нужно быть таким непослушным… — я с наигранной нежностью провела рукой по его небритой щеке. — Я всего лишь хочу спросить, что ты знаешь о Пророчестве и о том, как это может быть связано с Темным Лордом.
— Я ничего не знаю о Пророчестве, а тем более о твоем Лорде, кроме того, что он сдох благодаря Гарри Поттеру…
Это как будто бы послужило для меня сигналом. Я тут же вскочила на ноги и направила на Лонгботтома волшебную палочку.
— Да как ты смеешь! — прошипела я. — Круцио!
Проклятье само по себе сорвалось с моих губ. Фрэнк тут же скрючился на полу, и через несколько секунд помещение заполнили его душераздирающие вопли. Мне же казалось, что в мире нет ничего, кроме меня и моей волшебной палочки, и я могу делать все, что мне заблагорассудится, что я всесильна. Непередаваемое чувство, которым хотелось упиваться, хотелось испытывать его вновь и вновь. Говорили, что Круциатус отнимает у волшебника слишком много энергии; мне же казалось, что оно наоборот только дает мне больше силы.
И тут со стороны лестницы раздались громкие шаги. Мне пришлось обернуться, и из-за этого сила проклятья стала ослабевать, пока оно полностью не прекратило действовать. Теперь я слышала тяжелое дыхание и редкие стоны. А по лестнице уже спускалась Алиса Лонгботтом в коротенькой ночной рубашке, с взлохмаченными светлыми волосами и палочкой наготове. Видимо, муж велел ей спрятаться в спальне, но когда я стала пытать его, она прибежала на крики, не желая оставаться в стороне. Что сказать, это инстинкт всех гриффиндорцев: лезть на рожон и искать смерти. Но если она этого хочет, то почему бы не исполнить ее желание? Только сначала нужно немного потолковать…
Алиса уже было хотела выкрикнуть заклинание, но кто-то из Лестрейнджей тут же обезоружил ее. Правда, она устояла на ногах, но теперь от шока и ужаса не могла даже пошевелиться. А что одна хрупкая женщина может противопоставить четырем вооруженным, безжалостно настроенным Пожирателям Смерти? Взгляд Алисы обратился к Фрэнку, без сил лежавшему на полу, и она не сдержала вскрика. В ответ на это я звонко рассмеялась.
— Что вам нужно? — прошептала она. — Что вы здесь делаете? Что вы сделали с моим мужем?
— Белла всего лишь решила задать ему несколько вопросов, — сзади послышался беззаботный голос Рабастана. — Мне кажется, что пока она так увлечена плодотворным общением с ним, мы можем поговорить и с тобой, не так ли, брат?
Я развернулась к нему вполоборота, так, чтобы видеть, что происходит сзади, но в то же время не спускать глаз с Лонгботтома, который постепенно начинал приходить в себя. Рабастан улыбался во все тридцать два зуба и смотрел на Алису, явно замышляя что-то нехорошее.
— Белла, как ты смотришь на то, чтобы, пока ты общаешься с господином аврором, мы пообщались бы с его женой? — совсем невинным голосом поинтересовался Рабастан. На долю секунды мне показалось, что сейчас рядом находится Раба, которого я знала раньше — веселый и озорной. Только вот теперь его веселье, похоже, обещало быть совершенно не таким безобидным, как прежде.
— Только не переусердствуй, — пробормотала я. — Она должна рассказать все, что знает.
Рабастан выглядел почти счастливым. Они с Барти двинулись к Алисе, и та тут же бросилась вверх по лестнице, собираясь, видимо, спрятаться в одной из комнат, но была сражена Ступефаем. Я же повернулась к Фрэнку, слыша, как сзади подходит Руди. С верхнего этажа послышались крики Алисы и какая-то возня, и Лонгботтом попытался подняться на ноги. Но в тот же момент Рудольфус прижал его ногой к полу, лишая возможности двигаться.
— Не смейте трогать ее! — отчаянно закричал Фрэнк, безнадежно обездвиженный. — Нет…
Как будто бы в ответ на это со второго этажа раздался истошный вопль. Может быть, стоило сказать парням, чтобы они не позволяли себе слишком многого? Впрочем, почему бы и нет? Главное, чтобы Алиса доложила им все, что знает, а то, как именно они будут вытягивать из нее информацию, меня мало волновало.
Я медленно опустилась перед Фрэнком на колени или Я медленно присела рядом с Фрэнком на корточки, легко дотронулась рукой до его коротких жестких волос.
— Послушай меня, Фрэнк, — мягко проговорила я, поглаживая его по лицу. — Если ты мне скажешь, что случилось с Темным Лордом и где он, то они тут же отпустят твою жену, а я не стану тебя пытать.
Лонгботтом какое-то время смотрел на меня полными ненависти глазами, после чего процедил сквозь зубы:
— Я уже говорил, что ничего не знаю и не хочу знать об этом змееподобном ублюдке…
Это было последней каплей. Я подняла волшебную палочку, и Фрэнк резко замолчал, потому что его вновь настигло Пыточное проклятье. Он кричал, брызгал слюной, цеплялся руками за пол, а я никак не могла остановиться. Он при мне оскорбил моего Повелителя!
Страница 126 из 133
