Фандом: Гарри Поттер. Проходят годы и десятилетия, но история не меняется, а любовь не теряет своей силы.
Добавить в моё избранное
508 мин, 35 сек 19356
С этой мыслью я принялась одеваться. Как всегда, на мне было серое хлопковое платье — что-то в последние годы я слишком пристрастилась к этому цвету, хоть и никогда его не любила. Нарцисса часто возмущалась, видя меня в нем и простой бесцветной мантии. Хотя, если взглянуть со стороны, и ее образ жизни был очень похожим на мой: сидение дома и ожидание мужа из Министерства. Но, тем не менее, она все свое время тратила на посещение магазинов.
Надев шерстяное платье того же серого цвета, я заколола волосы и спустилась в гостиную. Как всегда, там было теплее и уютнее, чем в спальне. Домовые эльфы позаботилась о том, чтобы разжечь камин, и теперь в нем весело танцевали языки пламени. Тяжелые бархатные шторы на окнах были подняты, и я отлично могла разглядеть бушующую снаружи непогоду. Ветер, казалось, с каждой минутой все усиливался и усиливался, а по стеклам уже били тяжелые дождевые капли. Наверное, такая погода будет еще очень долго.
Я уселась в кресло, стоявшее ближе всего к очагу, и обвела скучающим взглядом знакомую до тошноты гостиную, обставленную темно-зеленой мягкой мебелью и никому не нужными безделушками. Рядом с моим креслом стоял журнальный столик, а на нем — свежий номер «Ежедневного Пророка». На обложке под заголовком «Война принимает новые обороты» красовался портрет Министра Магии Нобби Лича. Мои глаза равнодушно пробежались по колдографии взволнованного и уставшего мужчины с короткими седыми волосами и, пожалуй, слишком большим носом. А он все так же размахивал руками и что-то кому-то говорил. Я ни капли не удивилась очередной статье о накаленной политической ситуации в стране, о неком волшебнике, решившем ввести свои порядки и изменить волшебный мир. В последние несколько лет только об этом и говорили: газеты пестрили заголовками о«Темном Лорде» или«Том-Кого-Нельзя-Называть», а волшебники же вполголоса обсуждали таинственные исчезновения сотрудников Министерства Магии и беспорядки в мире магглов. Я почти никогда не обращала внимания на эти слухи и сплетни, а «война» меня никак не касалась. Мне это было так же интересно, как походы моей сестры по магазинам.
В город я выходила примерно раз в месяц, а в Министерстве на приемах и вечеринках бывала еще реже — лишь тогда, когда там было необходимо появиться Рудольфусу. Не общалась с людьми, не считая Нарциссы и ее мужа, мало интересовалась новостями, да и вообще, трудно сказать, что общение было для меня важно.
Я вздохнула и отвернулась от газеты. Надоело глупо рассматривать движущуюся картинку, терзать себя пустыми и бессмысленными мыслями. Я просто откинулась на спинку кресла, запрокинула голову и принялась вслушиваться в звуки грозы за окном. Слышалось, как на улице скрипят старые деревья, как где-то за холмами раздаются раскаты грома, а ветер воет в оконных щелях. Эта погода была столь привычной для Лестрейндж-Холла, что я уже никак не могла представить его солнечным и ясным. Хотя, признаться, я ненавидела такие дни и жару и в непогоду чувствовала себя значительно уютнее.
Вдруг я услышала какие-то звуки из холла — приглушенные голоса и легкие шаги. Вскоре в комнате появилась Нарцисса, а за ее спиной маячил домовой эльф. Сестра выглядела такой, какой прежде я ее еще не видела. Светлые волосы намокли и растрепались и теперь волнами спадали на плечи, темно-синяя мантия была небрежно застегнута на несколько пуговиц. Лицо сестры, казалось, было еще бледнее, чем обычно, бескровные губы сжаты в тонкую линию, а пальцы нервно теребили оборки рукавов. Некоторое время я удивленно глядела на Цисси, все еще не осознавая, что с ней происходит что-то странное. Моя младшая сестра как никто другой умела держать себя в руках и обладала железными нервами. Я всегда полагала, что ее невозможно вывести из себя, но, похоже, ошибалась.
— Прости, что без предупреждения, просто… — произнесла Нарцисса. Ее голос звучал хрипло и приглушенно и совсем не был похож на звонкий голосок красавицы-аристократки.
Не дав сестре договорить, я встала с кресла, подошла к ней, взяла за руку и усадила туда, где только что сидела сама.
— Сначала успокойся, отдышись, а потом уже рассказывай все, что произошло, — произнесла я.
Нарцисса прикрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Я же в это время распорядилась, чтобы Квикки принес чаю. Когда эльф исчез в направлении кухни, я тут же повернулась к сестре и вопросительно посмотрела на нее. Она уже немного успокоилась, но все-таки ее руки продолжали так же трястись, хотя она и пыталась унять дрожь.
— Может, конечно, это глупо, но… Люциус не приходит домой уже вторые сутки, и я вся как на иголках, — облизнув пересохшие губы, прошептала Нарцисса. — От него никаких новостей и…
Цисси замолчала, я же не сводила с нее взгляда, а потом мои губы стали медленно расплываться в улыбке. Сестра посмотрела на меня слегка удивленно, но спустя секунду ее взгляд стал возмущенным. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но я опередила ее.
Надев шерстяное платье того же серого цвета, я заколола волосы и спустилась в гостиную. Как всегда, там было теплее и уютнее, чем в спальне. Домовые эльфы позаботилась о том, чтобы разжечь камин, и теперь в нем весело танцевали языки пламени. Тяжелые бархатные шторы на окнах были подняты, и я отлично могла разглядеть бушующую снаружи непогоду. Ветер, казалось, с каждой минутой все усиливался и усиливался, а по стеклам уже били тяжелые дождевые капли. Наверное, такая погода будет еще очень долго.
Я уселась в кресло, стоявшее ближе всего к очагу, и обвела скучающим взглядом знакомую до тошноты гостиную, обставленную темно-зеленой мягкой мебелью и никому не нужными безделушками. Рядом с моим креслом стоял журнальный столик, а на нем — свежий номер «Ежедневного Пророка». На обложке под заголовком «Война принимает новые обороты» красовался портрет Министра Магии Нобби Лича. Мои глаза равнодушно пробежались по колдографии взволнованного и уставшего мужчины с короткими седыми волосами и, пожалуй, слишком большим носом. А он все так же размахивал руками и что-то кому-то говорил. Я ни капли не удивилась очередной статье о накаленной политической ситуации в стране, о неком волшебнике, решившем ввести свои порядки и изменить волшебный мир. В последние несколько лет только об этом и говорили: газеты пестрили заголовками о«Темном Лорде» или«Том-Кого-Нельзя-Называть», а волшебники же вполголоса обсуждали таинственные исчезновения сотрудников Министерства Магии и беспорядки в мире магглов. Я почти никогда не обращала внимания на эти слухи и сплетни, а «война» меня никак не касалась. Мне это было так же интересно, как походы моей сестры по магазинам.
В город я выходила примерно раз в месяц, а в Министерстве на приемах и вечеринках бывала еще реже — лишь тогда, когда там было необходимо появиться Рудольфусу. Не общалась с людьми, не считая Нарциссы и ее мужа, мало интересовалась новостями, да и вообще, трудно сказать, что общение было для меня важно.
Я вздохнула и отвернулась от газеты. Надоело глупо рассматривать движущуюся картинку, терзать себя пустыми и бессмысленными мыслями. Я просто откинулась на спинку кресла, запрокинула голову и принялась вслушиваться в звуки грозы за окном. Слышалось, как на улице скрипят старые деревья, как где-то за холмами раздаются раскаты грома, а ветер воет в оконных щелях. Эта погода была столь привычной для Лестрейндж-Холла, что я уже никак не могла представить его солнечным и ясным. Хотя, признаться, я ненавидела такие дни и жару и в непогоду чувствовала себя значительно уютнее.
Вдруг я услышала какие-то звуки из холла — приглушенные голоса и легкие шаги. Вскоре в комнате появилась Нарцисса, а за ее спиной маячил домовой эльф. Сестра выглядела такой, какой прежде я ее еще не видела. Светлые волосы намокли и растрепались и теперь волнами спадали на плечи, темно-синяя мантия была небрежно застегнута на несколько пуговиц. Лицо сестры, казалось, было еще бледнее, чем обычно, бескровные губы сжаты в тонкую линию, а пальцы нервно теребили оборки рукавов. Некоторое время я удивленно глядела на Цисси, все еще не осознавая, что с ней происходит что-то странное. Моя младшая сестра как никто другой умела держать себя в руках и обладала железными нервами. Я всегда полагала, что ее невозможно вывести из себя, но, похоже, ошибалась.
— Прости, что без предупреждения, просто… — произнесла Нарцисса. Ее голос звучал хрипло и приглушенно и совсем не был похож на звонкий голосок красавицы-аристократки.
Не дав сестре договорить, я встала с кресла, подошла к ней, взяла за руку и усадила туда, где только что сидела сама.
— Сначала успокойся, отдышись, а потом уже рассказывай все, что произошло, — произнесла я.
Нарцисса прикрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Я же в это время распорядилась, чтобы Квикки принес чаю. Когда эльф исчез в направлении кухни, я тут же повернулась к сестре и вопросительно посмотрела на нее. Она уже немного успокоилась, но все-таки ее руки продолжали так же трястись, хотя она и пыталась унять дрожь.
— Может, конечно, это глупо, но… Люциус не приходит домой уже вторые сутки, и я вся как на иголках, — облизнув пересохшие губы, прошептала Нарцисса. — От него никаких новостей и…
Цисси замолчала, я же не сводила с нее взгляда, а потом мои губы стали медленно расплываться в улыбке. Сестра посмотрела на меня слегка удивленно, но спустя секунду ее взгляд стал возмущенным. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но я опередила ее.
Страница 2 из 133
