Фандом: Гарри Поттер. Вернон Дурсль настолько привык к необыкновенным способностям племянника, что забыл о том, что Гарри — волшебник. И когда жена напоминает ему, что скоро Гарри получит приглашение в школу волшебства, он прилагает все усилия, чтобы предотвратить поступление юного мага в Хогвартс.
Добавить в моё избранное
82 мин, 49 сек 11602
Задвинув племянника за спину, Вернон открыл дверь. В дом чуть не ввалился великан — кажется, он собирался выломать дверь и потерял равновесие, когда дверь открылась, только притолока предотвратила его падение. Пригнувшись, он вошёл в дом. Лицо гостя было почти полностью скрыто под огромной копной длинных косматых волос и ужасно спутанной бородой, но за ними можно было разглядеть глаза-бусинки, удивленно взиравшие на комнату, украшенную белыми шарами и розовыми лентами. В открытую дверь ворвался ветер с каплями дождя. В такую погоду и собаку на улицу не выгонишь.
— Такая непогода. Вас, наверное, штормом прибило на остров? Закройте дверь, — попросил Вернон. Несмотря на внушительные габариты, гость выглядел растерянно и не представлял опасности. И у них же есть Гарри.
Великан закрыл дверь, потом окинул всех изумленным взглядом.
— Здрасти, — пробормотал Дадли.
Ему вторил Гарри:
— Здравствуйте.
— А вот и Гарри! — с облегчением произнёс великан.
Дикое мрачное лицо осветилось улыбкой.
— Когда я видел тебя в последний раз, ты был совсем малюткой, — сообщил исполин. — Ну вылитый отец, а глаза мамины.
— Вернон Дурсль, — с этими словами Вернон протянул руку. — С кем имею честь?
Великан смутился.
— А ведь точно, забыл представиться. Рубеус Хагрид, привратник и лесничий в Хогвартсе.
Протянув огромную ладонь, он целиком обхватил руку Вернона и энергично потряс.
— Это моя жена Петунья и сын Дадли. А Гарри, я так понимаю, вы знаете, — представил семью Вернон.
Великан кивнул и спросил:
— Можно чашечку чая, а? Дорога была нелёгкой…
— Конечно, конечно. Мы как раз чай пьём с тортом — у Гарри день рождения. Дадли принеси гостю большую чашку и тарелку, — захлопотала Петунья.
— Ах да, Гарри, — сказал гигант, — с днём рождения тебя. У меня тут кое-что для тебя есть… кажется, я на него сел, но, думаю, вкус от этого хуже не стал.
Он извлёк из внутреннего кармана чёрного пальто немного помятую коробку. Гарри открыл её. Внутри оказался большой, липкий шоколадный торт; на нём было выведено зелёным кремом: «С днём рождения, Гарри!». Гарри поблагодарил великана.
Стулья для гостя были слишком хлипкими, и поэтому они, а практически Хагрид, придвинули диван к столу, и Хагрид уселся. Когда разлили чай, лесничий предложил:
— Я бы не отказался и от чего-нибудь покрепче, если у вас найдётся.
— Да, неплохо в такую погоду пропустить рюмочку, — поднялся Вернон.
Вернон принёс из бара скотч, два стакана. Ему бы тоже не помешало подкрепиться перед серьёзным разговором. Петунья порезала и шоколадный торт. Вернон налил скотч себе и гостю на два пальца. Великан залпом выпил скотч и придвинул его Вернону. Вернон его понял и налил двойной виски — обычная порция такому гиганту, что слону дробина. Петунья с детьми пили чай. Торт с зелёной надписью решился попробовать только Дадли. Вернон за него не опасался, у него крепкий желудок. Вернон снова плеснул скотч себе в стакан, и почти полный гостю. Поговорили об ужасной погоде. Выпили ещё. Великан положил себе шоколадного торта и отхлебнул чай. Гарри не мог оторвать глаз от великана и когда тот съел свой кусок торта, заговорил:
— Извините, я так и не понял, кто вы такой.
Великан отхлебнул чай и утёр губы тыльной стороной ладони.
— Зови меня Хагрид, — ответил он, — как все. И я же сказал, я привратник в Хогвартсе. О нём-то ты, ясно дело, всё знаешь.
— Э-э… нет, — признался Гарри.
Хагрид, судя по выражению лица, был в шоке.
— Извините, — быстро добавил Гарри.
— Извините? — гаркнул Хагрид, поворачиваясь к Вернону. — Это вот им надо извиняться! Одно дело письма, но чтоб ты, да не знал про Хогвартс! А сам-то, что, никогда не задумывался, где родители всему обучились?
— Обучились чему? — недоумевал Гарри.
— ЧЕМУ? — прогремел Хагрид. — Так, погодь минутку!
Он вскочил на ноги. В гневе великан, казалось, заполнил собой всю комнату.
— Я так понимаю, — прорычал он, обращаясь к Вернону, — что этот мальчик — этот мальчик! — ничего не знает о… ничего не знает ВООБЩЕ?
— Кое-что я знаю, — обиделся Гарри. — По математике у меня отличные оценки. И по другим предметам неплохие.
Но Хагрид только отмахнулся и пояснил:
— Я ж не про это, а про наш мир. Твой. Мой. Твоих родителей.
— Какой мир?
Хагрид, казалось, вот-вот взорвётся.
— Дурсль! — взревел он.
Но Вернона этот напор не испугал. Гарри поднялся со стула и вопросительно посмотрел на Вернона. Гарри всегда стоит на страже интересов Вернона. Но пока он сам попытается разрешить ситуацию. Он помотал головой, и Гарри сел на место. Вернон набрал полную грудь воздуха и шумно выдохнул через ноздри.
— Такая непогода. Вас, наверное, штормом прибило на остров? Закройте дверь, — попросил Вернон. Несмотря на внушительные габариты, гость выглядел растерянно и не представлял опасности. И у них же есть Гарри.
Великан закрыл дверь, потом окинул всех изумленным взглядом.
— Здрасти, — пробормотал Дадли.
Ему вторил Гарри:
— Здравствуйте.
— А вот и Гарри! — с облегчением произнёс великан.
Дикое мрачное лицо осветилось улыбкой.
— Когда я видел тебя в последний раз, ты был совсем малюткой, — сообщил исполин. — Ну вылитый отец, а глаза мамины.
— Вернон Дурсль, — с этими словами Вернон протянул руку. — С кем имею честь?
Великан смутился.
— А ведь точно, забыл представиться. Рубеус Хагрид, привратник и лесничий в Хогвартсе.
Протянув огромную ладонь, он целиком обхватил руку Вернона и энергично потряс.
— Это моя жена Петунья и сын Дадли. А Гарри, я так понимаю, вы знаете, — представил семью Вернон.
Великан кивнул и спросил:
— Можно чашечку чая, а? Дорога была нелёгкой…
— Конечно, конечно. Мы как раз чай пьём с тортом — у Гарри день рождения. Дадли принеси гостю большую чашку и тарелку, — захлопотала Петунья.
— Ах да, Гарри, — сказал гигант, — с днём рождения тебя. У меня тут кое-что для тебя есть… кажется, я на него сел, но, думаю, вкус от этого хуже не стал.
Он извлёк из внутреннего кармана чёрного пальто немного помятую коробку. Гарри открыл её. Внутри оказался большой, липкий шоколадный торт; на нём было выведено зелёным кремом: «С днём рождения, Гарри!». Гарри поблагодарил великана.
Стулья для гостя были слишком хлипкими, и поэтому они, а практически Хагрид, придвинули диван к столу, и Хагрид уселся. Когда разлили чай, лесничий предложил:
— Я бы не отказался и от чего-нибудь покрепче, если у вас найдётся.
— Да, неплохо в такую погоду пропустить рюмочку, — поднялся Вернон.
Вернон принёс из бара скотч, два стакана. Ему бы тоже не помешало подкрепиться перед серьёзным разговором. Петунья порезала и шоколадный торт. Вернон налил скотч себе и гостю на два пальца. Великан залпом выпил скотч и придвинул его Вернону. Вернон его понял и налил двойной виски — обычная порция такому гиганту, что слону дробина. Петунья с детьми пили чай. Торт с зелёной надписью решился попробовать только Дадли. Вернон за него не опасался, у него крепкий желудок. Вернон снова плеснул скотч себе в стакан, и почти полный гостю. Поговорили об ужасной погоде. Выпили ещё. Великан положил себе шоколадного торта и отхлебнул чай. Гарри не мог оторвать глаз от великана и когда тот съел свой кусок торта, заговорил:
— Извините, я так и не понял, кто вы такой.
Великан отхлебнул чай и утёр губы тыльной стороной ладони.
— Зови меня Хагрид, — ответил он, — как все. И я же сказал, я привратник в Хогвартсе. О нём-то ты, ясно дело, всё знаешь.
— Э-э… нет, — признался Гарри.
Хагрид, судя по выражению лица, был в шоке.
— Извините, — быстро добавил Гарри.
— Извините? — гаркнул Хагрид, поворачиваясь к Вернону. — Это вот им надо извиняться! Одно дело письма, но чтоб ты, да не знал про Хогвартс! А сам-то, что, никогда не задумывался, где родители всему обучились?
— Обучились чему? — недоумевал Гарри.
— ЧЕМУ? — прогремел Хагрид. — Так, погодь минутку!
Он вскочил на ноги. В гневе великан, казалось, заполнил собой всю комнату.
— Я так понимаю, — прорычал он, обращаясь к Вернону, — что этот мальчик — этот мальчик! — ничего не знает о… ничего не знает ВООБЩЕ?
— Кое-что я знаю, — обиделся Гарри. — По математике у меня отличные оценки. И по другим предметам неплохие.
Но Хагрид только отмахнулся и пояснил:
— Я ж не про это, а про наш мир. Твой. Мой. Твоих родителей.
— Какой мир?
Хагрид, казалось, вот-вот взорвётся.
— Дурсль! — взревел он.
Но Вернона этот напор не испугал. Гарри поднялся со стула и вопросительно посмотрел на Вернона. Гарри всегда стоит на страже интересов Вернона. Но пока он сам попытается разрешить ситуацию. Он помотал головой, и Гарри сел на место. Вернон набрал полную грудь воздуха и шумно выдохнул через ноздри.
Страница 8 из 24
