Фандом: Гарри Поттер… Ничто не вечно под Луной… Ни жизнь, ни смерть. Ни Свет, ни Тьма. Ни Любовь, ни Ненависть. Они случайно полюбили. Они не должны были любить, но любили. Они не должны быть вместе, но были… Он — учитель. Она — ученица. Его не любил никто и никогда, потому что он — изгой. Ее не любил никто и никогда, потому что она — изгой. Два таких непохожих сердца встретились. И, казалось бы, все должно встать на свои места. Но…
Добавить в моё избранное
127 мин, 46 сек 11912
Лишь вздохом терзаешь меня…
О, Боги! Я — влюблена…
Гермиона поссорилась с Роном и Гарри в четверг. Пятницу она избегала их. А в выходные и вовсе пропала куда-то. Обеспокоенный Рон пытался выпытать у Джинни, где Гермиона, но та лишь тихо посмеивалась. Она же не предатель, чтобы подругу сдавать!
А Гермиона почти все выходные просидела у озера. Там, где редко ступала нога ученика, росла огромная плакучая ива. Она склонялась над водой. Ее толстый ствол отражалась в озере, а длинные ветви надежно скрывали Гермиону, сидящую на стволе ивы… Она смотрела на свое отражение в воде. По временам ей казалось, что в воде отражается только половина ее лица. Тогда она наклонялась к поверхности воды и всматривалась в свое лицо. Видение рассеивалось. Но, стоило ей задуматься, как половинка ее исчезала. В конце-концов Гермиона перестала на это обращать внимание. Она сидела и смотрела на воду… Иногда в кроне ивы появлялись птицы. Гермиона протягивала к ним руки и птички, сначала с опаской, а потом все смелей садились к ней на ладонь.
— Какие вы счастливые создания! — сказала Гермиона, глядя в глаза камышевки — маленькой серой птички, живущей в прибрежных зарослях, — Вы свободны… У вас нет оков! Вас не мучают такие мысли, какие мучают меня, например…
Место это было волшебным, ну, в принципе, как и все в Хогвартсе. Если смотреть снаружи, то можно было увидеть лишь дерево с голыми ветками, склонившееся над озером, покрытым тонкой еще корочкой льда. Под сенью ивы же, было всегда лето. Тепло, вода не замерзала, и ветви шелестели зеленой листвой.
Гермиона обнаружила это райское местечко случайно. Просто брела по берегу и вдруг очутилась в лете. Странно, но про такие удивительные места в «Истории Хогвартса» не было сказано ни слова. Да, воистину, правильно сказал когда-то Дамблдор:«Хогвартс полон тайн!».
Гермиона отпустила птичку. Та звонко чирикнула и улетела. Так как девушка была одна, она могла произносить мысли вслух, не боясь быть услышанной.
— Да-а-а… Влипла ты, Герми, влипла. По самые уши! С Роном и Гарри поссорилась, с Малфоем поговорила… Кстати, о Малфое. Странно он тогда на тебя смотрел. В Большом Зале. Не было в его глазах привычного холода и ненависти… Он влюблен, — Гермиона смолкла, испугавшись, что произнесет ЭТО вслух. Но разум не обрел над ней верх, она произнесла страшные слова, — в тебя. ОН ВЛЮБЛЕН В ТЕБЯ! Нет, это невозможно! НЕ-ВОЗ-МОЖ-НО! Точно, пора к мадам Помфри! Может, она мне пропишет капельки какие-нибудь… Для отрезвления мозга… Или зелье, для лечения воспаленных извилин… Не сходи с ума! Все в порядке. От правды не скроешься… Тайное становится явным…
Только не подумайте, что Гермиона сошла с ума. Она просто не могла больше держать в себе эти мысли, догадки, боль, горечь, обиду… А поговорить ей было не с кем! Или… Было с кем? «Профессор Люпин!» — озарило Гермиону. Но она тут же сникла.«Меня надо заклятию Круциатус подвергнуть или Империус, чтобы я к нему пошла и стала разговаривать с ним о Малфое и его влюбленности… В меня… Под страхом смертной казни! Не пойду»…
В понедельник, как всегда, первые два урока — Защита От Темных Искусств. Со Слизерином. Гермиона немного задержалась в спальне — потеряла учебник по зельеварению. Если она явится на урок к Снейпу без учебника… Об том, что тогда произойдет, даже думать не хотелось… Как минимум, он ее превратит в кучку пепла…
Гриффиндорка пришла в класс под самый звонок. Бедняжка не знала, что ее ожидает там, за дверью. Она вступила в класс. Она взглянула на свое место и обнаружила, что рядом с Падмой Патил сидела Лаванда Браун. Гарри с Роном сели поотдельности. Больше свободных мест в классе не было… разве что рядом с Драко Малфоем. Конечно, у Гермионы и мысли не было сесть рядом с Гарри или Роном. Выбора не было. Она подошла к парте Малфоя:
— Малфой, ты не против, если я сяду с тобой? — спросила Гермиона, садясь рядом с Драко и выкладывая на парту вещи.
Сказать, что Малфой был удивлен — ничего не сказать! Он был в шоке.
— Я так понимаю, молчание — знак согласия? — Герми улыбнулась.
Малфой сглотнул и с трудом поговорил:
— Грейнджер, ты спятила?
— Нет, просто не хочу сидеть с этими придурками — Гарри Поттером и Роном Уизли. Для них ничего более родного, чем метла не существует. Видимо, они и по ночам с метлами в постели спят. В обнимочку, как с плюшевым медведем, — Гермиона сказала это так, чтобы слышали Гарри с Роном и усмехнулась.
Они обомлели. «Что это с Гермионой? С какого дуба она падала?» — пронеслось одновременно у них в голове.
Примерно тоже подумал и Драко Малфой: «Грейнджер? Ты ли это? Кто тебя по голове треснул? И чем?».
Прозвенел звонок.
Люпин встал из-за стола и начал урок.
Сорок пять минут пролетели незаметно. На втором уроке Драко попросил у Гермионы перо (его сломалось, почему-то… ). Она, мило улыбнувшись, протянула ему запасное перо.
О, Боги! Я — влюблена…
Гермиона поссорилась с Роном и Гарри в четверг. Пятницу она избегала их. А в выходные и вовсе пропала куда-то. Обеспокоенный Рон пытался выпытать у Джинни, где Гермиона, но та лишь тихо посмеивалась. Она же не предатель, чтобы подругу сдавать!
А Гермиона почти все выходные просидела у озера. Там, где редко ступала нога ученика, росла огромная плакучая ива. Она склонялась над водой. Ее толстый ствол отражалась в озере, а длинные ветви надежно скрывали Гермиону, сидящую на стволе ивы… Она смотрела на свое отражение в воде. По временам ей казалось, что в воде отражается только половина ее лица. Тогда она наклонялась к поверхности воды и всматривалась в свое лицо. Видение рассеивалось. Но, стоило ей задуматься, как половинка ее исчезала. В конце-концов Гермиона перестала на это обращать внимание. Она сидела и смотрела на воду… Иногда в кроне ивы появлялись птицы. Гермиона протягивала к ним руки и птички, сначала с опаской, а потом все смелей садились к ней на ладонь.
— Какие вы счастливые создания! — сказала Гермиона, глядя в глаза камышевки — маленькой серой птички, живущей в прибрежных зарослях, — Вы свободны… У вас нет оков! Вас не мучают такие мысли, какие мучают меня, например…
Место это было волшебным, ну, в принципе, как и все в Хогвартсе. Если смотреть снаружи, то можно было увидеть лишь дерево с голыми ветками, склонившееся над озером, покрытым тонкой еще корочкой льда. Под сенью ивы же, было всегда лето. Тепло, вода не замерзала, и ветви шелестели зеленой листвой.
Гермиона обнаружила это райское местечко случайно. Просто брела по берегу и вдруг очутилась в лете. Странно, но про такие удивительные места в «Истории Хогвартса» не было сказано ни слова. Да, воистину, правильно сказал когда-то Дамблдор:«Хогвартс полон тайн!».
Гермиона отпустила птичку. Та звонко чирикнула и улетела. Так как девушка была одна, она могла произносить мысли вслух, не боясь быть услышанной.
— Да-а-а… Влипла ты, Герми, влипла. По самые уши! С Роном и Гарри поссорилась, с Малфоем поговорила… Кстати, о Малфое. Странно он тогда на тебя смотрел. В Большом Зале. Не было в его глазах привычного холода и ненависти… Он влюблен, — Гермиона смолкла, испугавшись, что произнесет ЭТО вслух. Но разум не обрел над ней верх, она произнесла страшные слова, — в тебя. ОН ВЛЮБЛЕН В ТЕБЯ! Нет, это невозможно! НЕ-ВОЗ-МОЖ-НО! Точно, пора к мадам Помфри! Может, она мне пропишет капельки какие-нибудь… Для отрезвления мозга… Или зелье, для лечения воспаленных извилин… Не сходи с ума! Все в порядке. От правды не скроешься… Тайное становится явным…
Только не подумайте, что Гермиона сошла с ума. Она просто не могла больше держать в себе эти мысли, догадки, боль, горечь, обиду… А поговорить ей было не с кем! Или… Было с кем? «Профессор Люпин!» — озарило Гермиону. Но она тут же сникла.«Меня надо заклятию Круциатус подвергнуть или Империус, чтобы я к нему пошла и стала разговаривать с ним о Малфое и его влюбленности… В меня… Под страхом смертной казни! Не пойду»…
В понедельник, как всегда, первые два урока — Защита От Темных Искусств. Со Слизерином. Гермиона немного задержалась в спальне — потеряла учебник по зельеварению. Если она явится на урок к Снейпу без учебника… Об том, что тогда произойдет, даже думать не хотелось… Как минимум, он ее превратит в кучку пепла…
Гриффиндорка пришла в класс под самый звонок. Бедняжка не знала, что ее ожидает там, за дверью. Она вступила в класс. Она взглянула на свое место и обнаружила, что рядом с Падмой Патил сидела Лаванда Браун. Гарри с Роном сели поотдельности. Больше свободных мест в классе не было… разве что рядом с Драко Малфоем. Конечно, у Гермионы и мысли не было сесть рядом с Гарри или Роном. Выбора не было. Она подошла к парте Малфоя:
— Малфой, ты не против, если я сяду с тобой? — спросила Гермиона, садясь рядом с Драко и выкладывая на парту вещи.
Сказать, что Малфой был удивлен — ничего не сказать! Он был в шоке.
— Я так понимаю, молчание — знак согласия? — Герми улыбнулась.
Малфой сглотнул и с трудом поговорил:
— Грейнджер, ты спятила?
— Нет, просто не хочу сидеть с этими придурками — Гарри Поттером и Роном Уизли. Для них ничего более родного, чем метла не существует. Видимо, они и по ночам с метлами в постели спят. В обнимочку, как с плюшевым медведем, — Гермиона сказала это так, чтобы слышали Гарри с Роном и усмехнулась.
Они обомлели. «Что это с Гермионой? С какого дуба она падала?» — пронеслось одновременно у них в голове.
Примерно тоже подумал и Драко Малфой: «Грейнджер? Ты ли это? Кто тебя по голове треснул? И чем?».
Прозвенел звонок.
Люпин встал из-за стола и начал урок.
Сорок пять минут пролетели незаметно. На втором уроке Драко попросил у Гермионы перо (его сломалось, почему-то… ). Она, мило улыбнувшись, протянула ему запасное перо.
Страница 6 из 38
