Фандом: Гарри Поттер… Ничто не вечно под Луной… Ни жизнь, ни смерть. Ни Свет, ни Тьма. Ни Любовь, ни Ненависть. Они случайно полюбили. Они не должны были любить, но любили. Они не должны быть вместе, но были… Он — учитель. Она — ученица. Его не любил никто и никогда, потому что он — изгой. Ее не любил никто и никогда, потому что она — изгой. Два таких непохожих сердца встретились. И, казалось бы, все должно встать на свои места. Но…
Добавить в моё избранное
127 мин, 46 сек 11913
Гарри с Роном заскрежетали зубами…
Выходя из класса, Гермиона бросила случайный взгляд на профессора Люпина. И… Поймала его взгляд. Странный какой-то… И смутно знакомый. Гермиона поежилась. Эти серо-зеленые глаза видели насквозь… Что-то притягательное и завораживающее было в этих глазах…
— Гермиона! — Лаванда Браун тронула девушку за руку.
— Что? — с трудом оторвавшись от Люпина, повернулась к однокурснице Гермиона.
— Ты забыла учебник. На столе.
— Ой, да! Спасибо, Лаванда! — Гермиона побежала по классу к парте, за которой сидела сегодня. Гермиона спрятала учебник в сумку, но, подняв глаза, она вздрогнула, потому что ее взгляд сразу поймал Ремус Люпин. Он стоял прямо перед ней. Так близко… Надо же, она даже не услышала, как он подошел!
— Профессор? — Гермиона вопросительно подняла брови.
— Гермиона, тебе больше не снился тот сон?
— Какой? Ах, да… Про белую волчицу? Нет, а что?
— Нет, ничего. Абсолютно ничего.
— Тогда хорошо. До свиданья, профессор!
— До свиданья, Гермиона!
Гермиона поспешно вышла из класса.
Какое-то странное чувство не покидало ее. То ли тревога, то ли страх… То ли еще что-то…
Глупышка, не верь!
Я загнанный трус!
Я раненый зверь!
Я не понимаю тебя,
На сердце свернулась змея.
На муки обрекаешь,
Разбитое сердце сжигаешь…
И пеплом душу мою посыпаешь…
Драко Малфой сидел на зельеварении и тупо смотрел на список компонентов для составления очередного зелья. Прошло уже пол-урока, а он все без движения сидел, и сидел… Погружаясь в свои мысли все глубже и глубже… Ох, если бы у него был Омут Памяти, как у Дамблдора! Как бы это облегчило участь несчастного, терзаемого противоречивыми догадками, Малфоя.
Снейп сидел за своим столом и перелистывал страницы какой-то толстой старинной книги. Листы тихо шуршали. Профессор всматривался в формулы, в названия, составы зелий, по временам хмурился, что-то выписывал на лист пергамента. Слизеринцы старательно готовили Усыпляющее Зелье.
Драко думал о… «Грейнджер. Снова эта Грейнджер. Грязнокровка. Всезнайка. Заучка. Уродина… Хотя, нет, уродиной ее уже не назовешь, Гадкий Утенок превратился в Прекрасного Лебедя. Да, против фактов не попрешь! Вот что непонятно… Почему она села со мной? Почему она поссорилась с Поттером? Что этот тупица сделал такое, что умудрился обидеть лучшую подругу? Ничего не понимаю! И, что гораздо важнее, почему я не прогнал ее? Почему я позволил ей находится от меня, ближе, чем на расстоянии в пять метров? Куда испарилась моя брезгливость? Она сидела со мной за одной партой! Боже, если отец узнает… Он меня на месте убьет. Сидеть рядом с грязнокровкой?! Ужас. Хотя, нет. Не убьет. Я совсем забыл. Ему нет до меня дела. Он интересуется мной только, если я владею какой-то ценной информацией, которую могу кому-нибудь выдать. Надо бы когда-нибудь растрепать какие-нибудь его планы… Вот тогда повеселюсь… КАКИЕ МЫСЛИ МЕНЯ ПОСЕЩАЮТ! Нет, я точно сошел с ума! Что угодно, только не идти против воли отца! Я прекрасно помню, чем это может закончиться. Для меня».
Блондин поежился.
Он вспомнил, как его впервые наказал отец. Серьезно наказал.
Имение Малфоев было огромно. На многие мили вокруг замка земли, деревни, поселки, леса, поля, реки, озера, принадлежали семейству Малфоев. Малфои были богаты. Заоблачно богаты. Их фамилия наводила благоговейный ужас. Это была одна из самых влиятельных, авторитетных и вдобавок чистокровных семей волшебного мира. Иногда, даже говорили, что в венах Малфоев течет кровь великого Салазара Слизерина. Но это были только слухи. Наследников у Слизерина, кроме Волдеморта не осталось. Иначе, не Том Риддл, а кто-нибудь из Малфоев мог бы открыть Тайную Комнату в Хогвартсе. Но все это только догадки. Истины не знал никто.
Замок стоял на высокой отвесной скале у самого моря. Гигантские свинцовые волны с грохотом ударялись о камень. Суровая природа как нельзя лучше гармонировала с суровым, даже жестоким характером Малфоев.
Владельцем замка и всех окружающих земель являлся отец Драко — Люциус Малфой.
Драко жил в замке с отцом и матерью. Отец всегда такой жестокий, холодный, непроницаемый. Мать — печальная, забитая, подавленная, но в редкие моменты жизни Драко — нежная.
Люциус Малфой всегда имел то, что хотел. Он хотел, чтобы его жена была красива. Нарцисса считалась самой красивой девушкой в Хогвартсе. Люциус Малфой хотел быть богат. Он заоблачно богат. Люциус хотел служить Темному Лорду. Люциус — правая рука Волдеморта.
С самого раннего детства Люциус вбивал в голову Драко мысль, что отец — все. Любое его слово — приказ. Ослушаться отца — немыслимо. За непослушание — жестокое наказание. С каждым ударом страх перед отцом усиливался.
Выходя из класса, Гермиона бросила случайный взгляд на профессора Люпина. И… Поймала его взгляд. Странный какой-то… И смутно знакомый. Гермиона поежилась. Эти серо-зеленые глаза видели насквозь… Что-то притягательное и завораживающее было в этих глазах…
— Гермиона! — Лаванда Браун тронула девушку за руку.
— Что? — с трудом оторвавшись от Люпина, повернулась к однокурснице Гермиона.
— Ты забыла учебник. На столе.
— Ой, да! Спасибо, Лаванда! — Гермиона побежала по классу к парте, за которой сидела сегодня. Гермиона спрятала учебник в сумку, но, подняв глаза, она вздрогнула, потому что ее взгляд сразу поймал Ремус Люпин. Он стоял прямо перед ней. Так близко… Надо же, она даже не услышала, как он подошел!
— Профессор? — Гермиона вопросительно подняла брови.
— Гермиона, тебе больше не снился тот сон?
— Какой? Ах, да… Про белую волчицу? Нет, а что?
— Нет, ничего. Абсолютно ничего.
— Тогда хорошо. До свиданья, профессор!
— До свиданья, Гермиона!
Гермиона поспешно вышла из класса.
Какое-то странное чувство не покидало ее. То ли тревога, то ли страх… То ли еще что-то…
Глава 5. Мысли
Ты думаешь, что я не боюсь.Глупышка, не верь!
Я загнанный трус!
Я раненый зверь!
Я не понимаю тебя,
На сердце свернулась змея.
На муки обрекаешь,
Разбитое сердце сжигаешь…
И пеплом душу мою посыпаешь…
Драко Малфой сидел на зельеварении и тупо смотрел на список компонентов для составления очередного зелья. Прошло уже пол-урока, а он все без движения сидел, и сидел… Погружаясь в свои мысли все глубже и глубже… Ох, если бы у него был Омут Памяти, как у Дамблдора! Как бы это облегчило участь несчастного, терзаемого противоречивыми догадками, Малфоя.
Снейп сидел за своим столом и перелистывал страницы какой-то толстой старинной книги. Листы тихо шуршали. Профессор всматривался в формулы, в названия, составы зелий, по временам хмурился, что-то выписывал на лист пергамента. Слизеринцы старательно готовили Усыпляющее Зелье.
Драко думал о… «Грейнджер. Снова эта Грейнджер. Грязнокровка. Всезнайка. Заучка. Уродина… Хотя, нет, уродиной ее уже не назовешь, Гадкий Утенок превратился в Прекрасного Лебедя. Да, против фактов не попрешь! Вот что непонятно… Почему она села со мной? Почему она поссорилась с Поттером? Что этот тупица сделал такое, что умудрился обидеть лучшую подругу? Ничего не понимаю! И, что гораздо важнее, почему я не прогнал ее? Почему я позволил ей находится от меня, ближе, чем на расстоянии в пять метров? Куда испарилась моя брезгливость? Она сидела со мной за одной партой! Боже, если отец узнает… Он меня на месте убьет. Сидеть рядом с грязнокровкой?! Ужас. Хотя, нет. Не убьет. Я совсем забыл. Ему нет до меня дела. Он интересуется мной только, если я владею какой-то ценной информацией, которую могу кому-нибудь выдать. Надо бы когда-нибудь растрепать какие-нибудь его планы… Вот тогда повеселюсь… КАКИЕ МЫСЛИ МЕНЯ ПОСЕЩАЮТ! Нет, я точно сошел с ума! Что угодно, только не идти против воли отца! Я прекрасно помню, чем это может закончиться. Для меня».
Блондин поежился.
Он вспомнил, как его впервые наказал отец. Серьезно наказал.
Имение Малфоев было огромно. На многие мили вокруг замка земли, деревни, поселки, леса, поля, реки, озера, принадлежали семейству Малфоев. Малфои были богаты. Заоблачно богаты. Их фамилия наводила благоговейный ужас. Это была одна из самых влиятельных, авторитетных и вдобавок чистокровных семей волшебного мира. Иногда, даже говорили, что в венах Малфоев течет кровь великого Салазара Слизерина. Но это были только слухи. Наследников у Слизерина, кроме Волдеморта не осталось. Иначе, не Том Риддл, а кто-нибудь из Малфоев мог бы открыть Тайную Комнату в Хогвартсе. Но все это только догадки. Истины не знал никто.
Замок стоял на высокой отвесной скале у самого моря. Гигантские свинцовые волны с грохотом ударялись о камень. Суровая природа как нельзя лучше гармонировала с суровым, даже жестоким характером Малфоев.
Владельцем замка и всех окружающих земель являлся отец Драко — Люциус Малфой.
Драко жил в замке с отцом и матерью. Отец всегда такой жестокий, холодный, непроницаемый. Мать — печальная, забитая, подавленная, но в редкие моменты жизни Драко — нежная.
Люциус Малфой всегда имел то, что хотел. Он хотел, чтобы его жена была красива. Нарцисса считалась самой красивой девушкой в Хогвартсе. Люциус Малфой хотел быть богат. Он заоблачно богат. Люциус хотел служить Темному Лорду. Люциус — правая рука Волдеморта.
С самого раннего детства Люциус вбивал в голову Драко мысль, что отец — все. Любое его слово — приказ. Ослушаться отца — немыслимо. За непослушание — жестокое наказание. С каждым ударом страх перед отцом усиливался.
Страница 7 из 38
