Фандом: Гарри Поттер. Война закончена, казалось бы можно наслаждаться жизнью… но как этому научиться, когда привычка выживать продолжает оставаться самой главной?
Добавить в моё избранное
104 мин, 25 сек 12886
Люциус немного покривил душой, потому что даже мысль о таком была ему невыносима.
— Не все будут рады… многие к вам привязались.
— Тётушка, посмотрите на меня!
Мисс Браун трогательно шмыгнула носом и послушно подняла на него тоскливый взгляд. Люциус взял её за руки:
— Не думали же вы, что вам удастся так легко избавиться от моего общества?
— О чём вы, мистер Малфой?
— Ох, мисс Браун. У меня никогда в жизни не было тётушки, и я не собираюсь отказываться от этого опыта. Обещаю!
От радости она не заметила лёгкое свечение, на миг окутавшее их руки. Искреннее желание Люциуса было засвидетельствовано.
Если бы ещё неделю назад кто-нибудь сказал Люциусу, что он будет руководить бригадой магглов-строителей, он бы только рассмеялся шутнику в лицо, обойдясь без проклятий только потому, что никогда не любил проблемы с законом. Но удивительнее всего было то, что это начинало нравиться. В этом странном маггловском мире он вёл себя так, как хотелось, без оглядки на чьё-то мнение, и чувствовал себя таким свободным, как никогда прежде. Нарцисса знала, что делала.
Северус сдался неожиданно быстро, но Люциус подозревал, что решающим аргументом был палец, который он старательно облизал, макнув перед этим в варенье. Наблюдать за тем, как нервно дёргается кадык Северуса, было даже интересно, а когда Люциус пообещал оборудовать ванную комнату к взаимному удовольствию, темпераментный друг просто сбежал, прохрипев: «Делай, что хочешь!» И Люциус делал.
Чтобы как-то занять Северуса и помочь ему принять происходящие у него в доме перемены, Люциус предложил ему самому выбирать материалы, тем более что во всяких там гвоздях, проводах и трубах он ничего не смыслил, и изучать их было неинтересно. В вопросах отделки магглы оказались большими затейниками, и Люциусу было любопытно наблюдать, как они обходят незнание Водоотталкивающих чар, и чем пользуются вместо самых простых заклинаний. Самое интересное началось, когда дом присоединили к этой загадочной подстанции, и на стенах кроме розеток появились выключатели.
Как работает чайник и тостер, Люциус успел узнать у мисс Браун, а вот то, что квадратик на стене напрямую связан с освещением комнаты, стало настоящим открытием. Он чувствовал себя ребёнком, бесконечно нажимая и нажимая на рычажок и убеждаясь, что каждый раз от этого загорается свет.
— Люци, прекрати, а то соседи нас неправильно поймут.
— И что они могут понять неправильно?
— Ты так ритмично нажимаешь на выключатель, что можно решить…
Северус прикусил язык, но Люциус всё понял правильно, радуясь, что не он первым вплыл в запретные воды очаровательных двусмысленностей.
— Что я тебя прижал к этому выключателю задницей? — невинно поинтересовался он, задавая определённый ритм.
— Люци!
Кончики ушей Северуса покраснели, и он потрясённо уставился на то, как Люциус принялся оглаживать рычажок выключателя, каждый раз удерживаясь от нажатия.
— Нравится?
— Прекрати!
Ха! Если бы он действительно этого хотел, то действовал бы по-другому. Люциус томно прикрыл глаза, продолжая из-под ресниц наблюдать за тем, с какой жадностью Северус следит за его пальцами, беззастенчиво ласкающими невинный выключатель.
— Люци!
— Отгадай, о чём я сейчас думаю?
— С меня довольно!
Северус сердито фыркнул и сбежал в свою комнату. Ну-ну! Играть с этим выключателем сразу стало неинтересно, и Люциус удалился к себе. Комнаты пока ещё сохраняли свой первоначальный вид, и дверь всё так же не справлялась со своей функцией. Или, наоборот, справлялась — это как посмотреть. После нескольких дней перерыва Люциус возобновил свои маленькие вечерние представления, с каждым разом становясь всё изобретательнее и раскованнее. В своём единственном зрителе он по-прежнему не был уверен, но это совершенно не мешало фантазировать о Северусе, тем более что тот давал такой повод.
Люциус был слишком искушён в любовных играх, чтобы не уделять должного внимания таким мелочам, как сбившееся дыханье, внезапная пауза в разговоре, остановившийся взгляд или периодически возникающее напряжение, которое легко можно было снять поцелуем или ещё чем-нибудь не менее приятным. Только вот Северус был не готов к такому повороту событий, и чем больше за ним Люциус наблюдал, тем очевидней это становилось. Оставалось надеяться, что вечерние наблюдения рано или поздно подточат глыбу его дурацкой сдержанности.
Обновлённая ванная комната сияла светом ламп, отражённых в глянцевой настенной плитке. В этих светильниках определённо был какой-то шарм, и можно даже подумать, как устроить подобное в меноре. Люциус чувствовал себя триумфатором, потому что именно он придумал этот чудесный чёрно-белый дизайн, который обладал глубоким смыслом и множеством скрытых подтекстов.
— Не все будут рады… многие к вам привязались.
— Тётушка, посмотрите на меня!
Мисс Браун трогательно шмыгнула носом и послушно подняла на него тоскливый взгляд. Люциус взял её за руки:
— Не думали же вы, что вам удастся так легко избавиться от моего общества?
— О чём вы, мистер Малфой?
— Ох, мисс Браун. У меня никогда в жизни не было тётушки, и я не собираюсь отказываться от этого опыта. Обещаю!
От радости она не заметила лёгкое свечение, на миг окутавшее их руки. Искреннее желание Люциуса было засвидетельствовано.
Если бы ещё неделю назад кто-нибудь сказал Люциусу, что он будет руководить бригадой магглов-строителей, он бы только рассмеялся шутнику в лицо, обойдясь без проклятий только потому, что никогда не любил проблемы с законом. Но удивительнее всего было то, что это начинало нравиться. В этом странном маггловском мире он вёл себя так, как хотелось, без оглядки на чьё-то мнение, и чувствовал себя таким свободным, как никогда прежде. Нарцисса знала, что делала.
Северус сдался неожиданно быстро, но Люциус подозревал, что решающим аргументом был палец, который он старательно облизал, макнув перед этим в варенье. Наблюдать за тем, как нервно дёргается кадык Северуса, было даже интересно, а когда Люциус пообещал оборудовать ванную комнату к взаимному удовольствию, темпераментный друг просто сбежал, прохрипев: «Делай, что хочешь!» И Люциус делал.
Чтобы как-то занять Северуса и помочь ему принять происходящие у него в доме перемены, Люциус предложил ему самому выбирать материалы, тем более что во всяких там гвоздях, проводах и трубах он ничего не смыслил, и изучать их было неинтересно. В вопросах отделки магглы оказались большими затейниками, и Люциусу было любопытно наблюдать, как они обходят незнание Водоотталкивающих чар, и чем пользуются вместо самых простых заклинаний. Самое интересное началось, когда дом присоединили к этой загадочной подстанции, и на стенах кроме розеток появились выключатели.
Как работает чайник и тостер, Люциус успел узнать у мисс Браун, а вот то, что квадратик на стене напрямую связан с освещением комнаты, стало настоящим открытием. Он чувствовал себя ребёнком, бесконечно нажимая и нажимая на рычажок и убеждаясь, что каждый раз от этого загорается свет.
— Люци, прекрати, а то соседи нас неправильно поймут.
— И что они могут понять неправильно?
— Ты так ритмично нажимаешь на выключатель, что можно решить…
Северус прикусил язык, но Люциус всё понял правильно, радуясь, что не он первым вплыл в запретные воды очаровательных двусмысленностей.
— Что я тебя прижал к этому выключателю задницей? — невинно поинтересовался он, задавая определённый ритм.
— Люци!
Кончики ушей Северуса покраснели, и он потрясённо уставился на то, как Люциус принялся оглаживать рычажок выключателя, каждый раз удерживаясь от нажатия.
— Нравится?
— Прекрати!
Ха! Если бы он действительно этого хотел, то действовал бы по-другому. Люциус томно прикрыл глаза, продолжая из-под ресниц наблюдать за тем, с какой жадностью Северус следит за его пальцами, беззастенчиво ласкающими невинный выключатель.
— Люци!
— Отгадай, о чём я сейчас думаю?
— С меня довольно!
Северус сердито фыркнул и сбежал в свою комнату. Ну-ну! Играть с этим выключателем сразу стало неинтересно, и Люциус удалился к себе. Комнаты пока ещё сохраняли свой первоначальный вид, и дверь всё так же не справлялась со своей функцией. Или, наоборот, справлялась — это как посмотреть. После нескольких дней перерыва Люциус возобновил свои маленькие вечерние представления, с каждым разом становясь всё изобретательнее и раскованнее. В своём единственном зрителе он по-прежнему не был уверен, но это совершенно не мешало фантазировать о Северусе, тем более что тот давал такой повод.
Люциус был слишком искушён в любовных играх, чтобы не уделять должного внимания таким мелочам, как сбившееся дыханье, внезапная пауза в разговоре, остановившийся взгляд или периодически возникающее напряжение, которое легко можно было снять поцелуем или ещё чем-нибудь не менее приятным. Только вот Северус был не готов к такому повороту событий, и чем больше за ним Люциус наблюдал, тем очевидней это становилось. Оставалось надеяться, что вечерние наблюдения рано или поздно подточат глыбу его дурацкой сдержанности.
Обновлённая ванная комната сияла светом ламп, отражённых в глянцевой настенной плитке. В этих светильниках определённо был какой-то шарм, и можно даже подумать, как устроить подобное в меноре. Люциус чувствовал себя триумфатором, потому что именно он придумал этот чудесный чёрно-белый дизайн, который обладал глубоким смыслом и множеством скрытых подтекстов.
Страница 25 из 31
