Фандом: Might and Magic. Когда-то давно Аль-Бетиль был городом магов, некромантия в нем только зарождалась, а за порядком следили шерифы, один из которых, тогда еще вполне живой, носил имя Мерих. «Мерих в мирное время стал исполнителем закона — он выслеживал преступников и вершил правосудие. Сначала Мерих гордился своей работой, но с годами его энтузиазм стал угасать, в конце концов сменившись глубоким унынием. Так много нераскрытых преступлений, так много преступников и так мало времени»…
Добавить в моё избранное
273 мин, 24 сек 7801
Кинул к ногам Мериха:
— Он твой.
Мерих отопнул нож Марьям.
— Ты веришь в богов-драконов? — с этими словами старший шериф высунулся в окно, жадно хлебнул вечернего воздуха, начинающего остывать. — Солнце садится…
— Верю, — ответил Мерих.
— Тогда скажи, есть что-нибудь там, дальше кокона Асхи? Как ты думаешь? Или со смертью все закончится? Я хотел прочесть это на их лицах, понять. Особенно на лице Мели. Он так безмятежно спал… Он и теперь спит. И ждет того, кто снова разбудит его…
— Он не в себе, — возмутился кто-то в толпе. Сархан засмеялся тихо и тоскливо:
— Все мы не в себе в этом мире, больном духовной чумой… Так что ты думаешь, Мерих? Есть вечная жизнь? Будем жить дальше? Ты веришь в это?
— Я верю, — сказал Мерих.
Сархан посмотрел на него почти таким же взглядом, как Скорпион, — долгим и жадным. Потом вольно устроился на окне, обняв одно колено, словно хотел понаблюдать за закатом. Поглядел немного на вечернее небо, на Аль-Бетиль и снова невесело рассмеялся:
— Жаль расставаться. Ну что же, тогда увидимся в следующей жизни!
И бросился вниз.
Мериху о многом рассказала Сабига. Именно она, услышав голоса в покоях для гостей, постучала в двери и тем принудила их со Скорпионом оторваться друг от друга и спешно оправить одежды. Все поняла, пыталась сбежать со стыда, но Мерих остановил ее и решительно спросил обо всем напрямую. Она переглянулась с Эльмирой и поведала то, что знала о связи Мельхиса со старшим шерифом: «Это уж, почитай, полгода длилось, господин Мерих, если не более. У хозяина раньше-то, с другими, на одну ночь бывало да редко, а тут, видать, затянуло обоих. Сперва дружились, как все, вместе обедали да пили, разговоры вели, а потом будто с ума сошли. Может, и допрежь того завлеклись, да виду не показывали… Кажинный день так миловались, что стены краснели, не только люди! Хотя в дому-то мало кто знал, что старший шериф тайком приходит, а я его и видала, и слыхала — больно шумный он, когда разгорячится, удержу нет. Дозвольте сказать: страшный он бывает, дикий, словно зверь! Уж как его хозяин жалел, как привечал, а он все ревновал, недовольничал, то и дело в ссору кидался: вечно ему мало было верности да любви! То господин посмотрел не туда, то ступил не так, то говорил не с тем, то почтения ему мало выказал, то гости в доме были, когда ему ласки хотелось… А сам даже лицом чернел, когда хозяин уезжал, все под окнами ходил, маялся, видать, не ел да не спал. Падучая у него — знаете, поди. Я все боялась, что с ним прямо на улице припадок будет»… Призналась, что ничего не хотела говорить Скорпиону («Я все равно догадалась», — пожала плечами Эльмира), а еще более не хотела показывать и настояла, чтобы Мельхис отселил лженаложницу подальше от своих покоев («Сами теперь ведаете, она дева невинная, на что ей непристойности? Такое там творилось — словами не передать. До седьмого поту, до слез друг друга умучивали! Не любовь, а непотребство одно!»).
Для чего Сабига донесла Сархану об артефактах, Мерих не знал. Быть может, рассчитывала на долю или хотела столкнуть Мельхиса и старшего шерифа лбами? Это у нее получилось, но не так, как она думала. Мерих подозревал, что правая рука Скорпиона имеет и собственные цели, коих не ведает даже ее хозяйка, и что подлинная глава шайки именно Сабига, а не Эльмира. Или они соправительницы? «Появился второй Скорпион — жди беды»… — может быть, Сабига боялась, что появится и третий, и пыталась вызвать скандал между любовниками не напрасно, дабы главного шерифа отстранили от дел и он уже не представлял угрозы ни для нее, ни для Скорпиона, ни для Мельхиса? Знала ли Эльмира об этом? Сознательно перекладывала тяжкие решения на Сабигу, не желая иметь с ними ничего общего, или просто боялась ее? Или ей было все равно, что делает подручная, покуда та верна ей?
На прощание Скорпион, убедившись, что ее не видит Сабига, дала Мериху маленький черный амулет.
— Если эти вещи действительно столь сильны, что затуманили разум Сархана, то и тебе нужна защита от них. Это амулет бесстрастия, мой шериф. Держи его при себе, когда будешь говорить с Сарханом или входить в его покои…
Они долго смотрели друг на друга. Что тут можно было сказать? Потянулись обняться напоследок — и оба отступили.
— Прощай, шериф, — тихо промолвила она. — Я исполню обещания.
— Прощай, Скорпион, — ответил он. Помолчал и добавил: — Возвращайся, когда надоест выжигать себе душу. Возвращайся, но одна. Иначе я и близко не подпущу тебя к Аль-Бетилю.
— Мерих, — она рассмеялась, — мне никогда не надоест. Так уж сложилась судьба.
— Ты права, — он помрачнел. — Я не смогу ничего дать тебе. Если встретишь достойного, согласного принять тебя под свое покровительство, не отказывай ему.
— Я не об этом, шериф, — отчего-то смутилась она. — Я обещала бы тебе, что вернусь, но не стану лгать — этого не будет.
— Он твой.
Мерих отопнул нож Марьям.
— Ты веришь в богов-драконов? — с этими словами старший шериф высунулся в окно, жадно хлебнул вечернего воздуха, начинающего остывать. — Солнце садится…
— Верю, — ответил Мерих.
— Тогда скажи, есть что-нибудь там, дальше кокона Асхи? Как ты думаешь? Или со смертью все закончится? Я хотел прочесть это на их лицах, понять. Особенно на лице Мели. Он так безмятежно спал… Он и теперь спит. И ждет того, кто снова разбудит его…
— Он не в себе, — возмутился кто-то в толпе. Сархан засмеялся тихо и тоскливо:
— Все мы не в себе в этом мире, больном духовной чумой… Так что ты думаешь, Мерих? Есть вечная жизнь? Будем жить дальше? Ты веришь в это?
— Я верю, — сказал Мерих.
Сархан посмотрел на него почти таким же взглядом, как Скорпион, — долгим и жадным. Потом вольно устроился на окне, обняв одно колено, словно хотел понаблюдать за закатом. Поглядел немного на вечернее небо, на Аль-Бетиль и снова невесело рассмеялся:
— Жаль расставаться. Ну что же, тогда увидимся в следующей жизни!
И бросился вниз.
Мериху о многом рассказала Сабига. Именно она, услышав голоса в покоях для гостей, постучала в двери и тем принудила их со Скорпионом оторваться друг от друга и спешно оправить одежды. Все поняла, пыталась сбежать со стыда, но Мерих остановил ее и решительно спросил обо всем напрямую. Она переглянулась с Эльмирой и поведала то, что знала о связи Мельхиса со старшим шерифом: «Это уж, почитай, полгода длилось, господин Мерих, если не более. У хозяина раньше-то, с другими, на одну ночь бывало да редко, а тут, видать, затянуло обоих. Сперва дружились, как все, вместе обедали да пили, разговоры вели, а потом будто с ума сошли. Может, и допрежь того завлеклись, да виду не показывали… Кажинный день так миловались, что стены краснели, не только люди! Хотя в дому-то мало кто знал, что старший шериф тайком приходит, а я его и видала, и слыхала — больно шумный он, когда разгорячится, удержу нет. Дозвольте сказать: страшный он бывает, дикий, словно зверь! Уж как его хозяин жалел, как привечал, а он все ревновал, недовольничал, то и дело в ссору кидался: вечно ему мало было верности да любви! То господин посмотрел не туда, то ступил не так, то говорил не с тем, то почтения ему мало выказал, то гости в доме были, когда ему ласки хотелось… А сам даже лицом чернел, когда хозяин уезжал, все под окнами ходил, маялся, видать, не ел да не спал. Падучая у него — знаете, поди. Я все боялась, что с ним прямо на улице припадок будет»… Призналась, что ничего не хотела говорить Скорпиону («Я все равно догадалась», — пожала плечами Эльмира), а еще более не хотела показывать и настояла, чтобы Мельхис отселил лженаложницу подальше от своих покоев («Сами теперь ведаете, она дева невинная, на что ей непристойности? Такое там творилось — словами не передать. До седьмого поту, до слез друг друга умучивали! Не любовь, а непотребство одно!»).
Для чего Сабига донесла Сархану об артефактах, Мерих не знал. Быть может, рассчитывала на долю или хотела столкнуть Мельхиса и старшего шерифа лбами? Это у нее получилось, но не так, как она думала. Мерих подозревал, что правая рука Скорпиона имеет и собственные цели, коих не ведает даже ее хозяйка, и что подлинная глава шайки именно Сабига, а не Эльмира. Или они соправительницы? «Появился второй Скорпион — жди беды»… — может быть, Сабига боялась, что появится и третий, и пыталась вызвать скандал между любовниками не напрасно, дабы главного шерифа отстранили от дел и он уже не представлял угрозы ни для нее, ни для Скорпиона, ни для Мельхиса? Знала ли Эльмира об этом? Сознательно перекладывала тяжкие решения на Сабигу, не желая иметь с ними ничего общего, или просто боялась ее? Или ей было все равно, что делает подручная, покуда та верна ей?
На прощание Скорпион, убедившись, что ее не видит Сабига, дала Мериху маленький черный амулет.
— Если эти вещи действительно столь сильны, что затуманили разум Сархана, то и тебе нужна защита от них. Это амулет бесстрастия, мой шериф. Держи его при себе, когда будешь говорить с Сарханом или входить в его покои…
Они долго смотрели друг на друга. Что тут можно было сказать? Потянулись обняться напоследок — и оба отступили.
— Прощай, шериф, — тихо промолвила она. — Я исполню обещания.
— Прощай, Скорпион, — ответил он. Помолчал и добавил: — Возвращайся, когда надоест выжигать себе душу. Возвращайся, но одна. Иначе я и близко не подпущу тебя к Аль-Бетилю.
— Мерих, — она рассмеялась, — мне никогда не надоест. Так уж сложилась судьба.
— Ты права, — он помрачнел. — Я не смогу ничего дать тебе. Если встретишь достойного, согласного принять тебя под свое покровительство, не отказывай ему.
— Я не об этом, шериф, — отчего-то смутилась она. — Я обещала бы тебе, что вернусь, но не стану лгать — этого не будет.
Страница 19 из 73
