Фандом: Малефисента. В тихой смиреннице каждой, в робкой застенчивой лапушке могут проснуться однажды бл… кие гены прабабушки.
5 мин, 9 сек 11452
Мне на грудь всей своей невероятной тяжестью наваливается понимание.
— Так это ты?
Нет! Нет! Пожалуйста, пусть это окажется неправдой!
Она делает навстречу мне два шага. Нет! Стой! Не подходи ко мне!
— Ты и есть то самое зло…
Как же дышать дальше?
Бежать. Бежать из леса, подальше от болот! Бежать от нее и своего черного тайника!
— В башню ее! И под замок! — восклицает отец.
Я не понимаю! Выйти отсюда, сбежать.
Мои пальцы как будто зудят. Мне срочно нужно выйти отсюда!
Дверь заперта. Вдруг я слышу какое-то легкое перешептывание за гобеленом. Отодвинув его, вижу потаенную дверь. Пару ударов, и дверь открывает служанка. Я быстро проскальзываю мимо нее.
Перешептывание как будто становится чуть громче. Мне нужно вниз. Не знаю, зачем, но очень нужно. Меня тянет ниже по лестнице, в подвал.
Наконец я на месте. Вот передо мной темное, пыльное помещение, посередине которого стоит старая прялка.
Веретено так заманчиво поблескивает. Глядя на него, я понимаю, что всегда могу быть в своем тайнике. Это так просто!
Шаг, еще шаг. Я протягиваю указательный палец, и мир вокруг меркнет.
Я пробую ее на вкус. Она стеснительно придерживает край платья. Не смотрит мне в глаза. На ее щеках пылает стыдливый румянец.
Бум!
Я чувствую, что-то пытается вытолкнуть меня из сладкой дремы. Нужно забраться еще глубже.
И вот я снова стою на коленях перед своей стыдливой девой и упрашиваю ее смотреть на меня. Она вдруг наклоняется ко мне и пристально смотрит мне в глаза. Берет подбородок и нежно обводит его большим пальцем. Я подаюсь вперед, чтобы коснуться своими губами ее губ.
Такое мягкое прикосновение. Какое-то другое, теплое. Раньше все было будто с налетом легкой серости. Как будто сон. Сейчас же — все реально. Да, реально, именно так. Я чувствую чужое дыхание. Я наконец-то могу открыть глаза.
Она стоит, склонившись надо мной. Уголки губ слегка приподняты, а глаза светятся какой-то небывалой теплотой.
— Фея…
— Чудище…
— Так это ты?
Нет! Нет! Пожалуйста, пусть это окажется неправдой!
Она делает навстречу мне два шага. Нет! Стой! Не подходи ко мне!
— Ты и есть то самое зло…
Как же дышать дальше?
Бежать. Бежать из леса, подальше от болот! Бежать от нее и своего черного тайника!
— В башню ее! И под замок! — восклицает отец.
Я не понимаю! Выйти отсюда, сбежать.
Мои пальцы как будто зудят. Мне срочно нужно выйти отсюда!
Дверь заперта. Вдруг я слышу какое-то легкое перешептывание за гобеленом. Отодвинув его, вижу потаенную дверь. Пару ударов, и дверь открывает служанка. Я быстро проскальзываю мимо нее.
Перешептывание как будто становится чуть громче. Мне нужно вниз. Не знаю, зачем, но очень нужно. Меня тянет ниже по лестнице, в подвал.
Наконец я на месте. Вот передо мной темное, пыльное помещение, посередине которого стоит старая прялка.
Веретено так заманчиво поблескивает. Глядя на него, я понимаю, что всегда могу быть в своем тайнике. Это так просто!
Шаг, еще шаг. Я протягиваю указательный палец, и мир вокруг меркнет.
Я пробую ее на вкус. Она стеснительно придерживает край платья. Не смотрит мне в глаза. На ее щеках пылает стыдливый румянец.
Бум!
Я чувствую, что-то пытается вытолкнуть меня из сладкой дремы. Нужно забраться еще глубже.
И вот я снова стою на коленях перед своей стыдливой девой и упрашиваю ее смотреть на меня. Она вдруг наклоняется ко мне и пристально смотрит мне в глаза. Берет подбородок и нежно обводит его большим пальцем. Я подаюсь вперед, чтобы коснуться своими губами ее губ.
Такое мягкое прикосновение. Какое-то другое, теплое. Раньше все было будто с налетом легкой серости. Как будто сон. Сейчас же — все реально. Да, реально, именно так. Я чувствую чужое дыхание. Я наконец-то могу открыть глаза.
Она стоит, склонившись надо мной. Уголки губ слегка приподняты, а глаза светятся какой-то небывалой теплотой.
— Фея…
— Чудище…
Страница 2 из 2