Вампиры

Лейтенант ожидал увидеть сражение с Гааром, залитые кровью поля, погибающего Элджерона, но они увидели только костер, пару походных палаток и четверку вампиров, сидящих кружком.

— Мор! — крикнул один из них.

Морган похлопал по спине младшего и пошел вперед, а Гильермо разглядывал фигурки, не веря своим глазам. Перед ним, неторопливо поглощая из фляжки кровь, сидел Элджерон, собственной персоной. Он был хмурым и недовольным, но совершенно здоровым.

— Гил, — поприветствовал древний, обнимая вышедшего навстречу вампира. Собственная нагота его совершенно не смущала. Как и то, что он весь был в запекшейся, местами растворенной кислотой этого мира крови.

— Думал, ты сторожишь дворец, — улыбнулся «Гил», отступив, чтоб осмотреть Моргана. — Выглядишь ужасно, тебя там не кормили?

— Нет, — ответил древний. Сухо и грубо. Гильермо услышал раздражение.

— На вас не напасешься, — буркнул вдруг Элджерон, а потом вытянул вперед руку с зажатой в ней фляжкой. — Держи.

Лейтенант сжался от ужаса. Разговаривать в таком духе с Морганом? Но древний принял подарок почти благоговейно, разве что на колени не рухнул, осторожно сделал глоток и передал фляжку обратно.

— Пей все, — сказал Элджерон, и Морган послушался беспрекословно. — Садитесь. Раз уж дело дошло до вас, скоро начнется.

Гильермо сел рядом со своим старшим и начал осторожно разглядывать вампиров, сидящих вокруг костра. Трое выглядели настоящими монстрами. Выражения их лиц были бессмысленными, и они не отрывали взгляда от костра. На лице одного «монстра» лейтенант разглядел знакомую татуировку: Морган получил тонкий ободок ошейника, а для этого типа постарались на славу, разукрасив все лицо.

— Ждете подкрепление? — спросил древний, облизывая губы, подобно кошке.

— Нет, — ответил Элджерон и насупился. На его детском лице все эмоции казались немного забавными. Гильермо улыбнулся, и тогда Фея заглянул ему в глаза. В этих глазах не было ничего детского, и они смотрелись жутко. Неестественно. — Больше никто не придет.

— Надеюсь, что вы ошибаетесь, — вздохнул Морган. — Одни не потянем. Особенно, если жахнут с орбиты.

— Слишком тяжело подтянуть сюда орбитальный комплекс, — покачал головой Фея, — я предусмотрел это.

— Вы не предусмотрели другое, милорд, — горько усмехнулся «Гил». — Вас хочет уничтожить каждый второй житель Столицы, а остальным… остальным начхать.

— Это было Его решение, Гилхард, — насупился Элджерон, — я не просил Его об этом.

— Но вы и не отговорили, — Гилхард не смог промолчать. Гильермо видел, как напряглись вампиры-стражники, видел, как подобрался Морган.

— Заткнись, — отмахнулся Фея, и все расслабились от этого жеста.

— Если вы умрете… — начал Гилхард. Лейтенанту хотелось заткнуть его рот кляпом.

— Я знаю, — Элджерон кивнул, — поэтому я здесь. Гаары отпугнут мелочь, а те, с кем действительно сложно — для них есть они, — он указал на свою охрану.

— Я слышал, их пятеро, — сказал Гилхард.

— Их гораздо больше, Гилхард, — Фея устало вздохнул, — но этого все равно не хватит.

Гильермо смотрел на вампиров, которые напоминали ему зверей, и не мог понять, почему Элджерон поставил на них. Есть же регулярная армия, есть ИСБ, есть целая куча…

«Преданность, малыш, либо зарабатывают упорным трудом», — Морган обернулся к своему младшему и ласково улыбнулся, положив ладонь на голову, — либо получают даром«, — он провел свободной ладонью по собственному горлу. — Хочешь, чтобы тебе были преданы до гроба — нацепи поводок».

«Неужели вы»…

«Все непросто, малыш», — Морган притянул младшего к себе, обнял и провел когтями по спине, — никто не знает про нас — верно? Так и должно быть. Мы существуем не для того, чтобы о нас знали. Я пережил трех Императоров, и я буду рад пережить еще столько же. Пока на мне поводок — они верят мне, и это хорошо. Другого способа доказать что-то не существует. Особенно когда ты пил кровь Гааров«.»

Гильермо чувствовал прикосновения старшего и расслаблялся, понимая, что его усыпляют. Знал, но ничего не мог поделать, просто закрывал глаза, погружаясь в приятный сон. Там было какое-то сражение, и он был уверен, что выйдет победителем.

— Обращать его было обязательно?

— Нас очень мало, милорд, и я…

— Не страшно. Если мы выживем, я помогу.

— Спасибо, милорд.

— Надеюсь, у них не хватит наглости вломиться в Его покои.

— Я тоже, милорд. Я тоже.

Гильермо проснулся от чужих стонов. Битва, которую он видел во сне, давно закончилась, и несколько муторных часов пришлось добивать раненых, лейтенант устал, поэтому сон не принес желанного отдыха. Он сидел в палатке, куда его, вероятно, принесли после того, как он отключился.

Рядом, искоса поглядывая на незваного гостя, сидел вампир с татуированным лицом.