Фандом: Гарри Поттер. После событий, произошедших в фанфике «Через забвение» прошло пять лет… Снейп успокоился, перестал оглядываться через плечо и держать наготове волшебную палочку. Он расслабился и занялся наконец в полную силу тем, что доставляло ему немалое удовольствие: Хогвартсом, зельеварением и своей личной жизнью с Гарри… Как оказалось — зря…
Добавить в моё избранное
42 мин, 43 сек 13565
МакГонагалл, метнувшая взгляд на содержимое посылки, побледнела как полотно и в ужасе прижала ладони ко рту. Сидевший по левую руку от Гарри профессор Флитвик присвистнул и чуть не свалился со своего высокого стула.
— Поттер, что это?! — обморочным голосом спросила Минерва.
В свертке, заколдованном таким образом, чтобы не просачивалась жидкость, находилась черная, пропитанная, судя по густому, тяжелому запаху, кровью ткань. Сверху лежала волшебная палочка. Та самая, которую Северус получил от Ремуса Люпина в той их, далекой, практически маггловской жизни в Фолкерке.
— Профессор МакГонагалл, — мертвым голосом произнес Гарри, — пожалуйста, успокойте студентов и отмените на сегодня все уроки по ЗОТИ. Я отправляюсь в Министерство.
Она молча кивнула. Гарри уже собирался запечатать посылку с жутким содержимым, когда заметил прикрепленный к палочке окровавленный листок пергамента. Гарри отвязал его. Буквы расплывались и прыгали перед глазами. В послании, написанном незнакомым Поттеру почерком, значилось:
«Поздравляю с наступающей пятой годовщиной свадьбы!»
Вызванный Кингсли целитель Сметвик подтвердил на основании образца, предусмотрительно захваченного Гарри из Хогвартса, что кровь на мантии принадлежит именно Северусу Снейпу.
Мантию и палочку супруга опознал сам Гарри в присутствии Министра и подоспевшего начальника Аврората.
Изучив заляпанную кровью записку, представитель правопорядка пробормотал вполголоса ругательство, а встретившись с полным отчаяния взглядом Гарри, процедил сквозь зубы:
— Олдридж. Вот же мордредово отродье!
— Кингсли, надо немедленно организовать поиски! — потребовал Гарри. — Что? Что вы на меня так смотрите?! — он заметил, как целитель Сметвик поджал губы и тяжело вздохнул, и паника начала захлестывать его с головой.
— Гарри… — колдомедик накрыл его руку своей. Пять лет назад он помогал Северусу выхаживать Гарри после Азкабана, и их отношения до сих пор носили скорее дружеский, чем формальный характер. Сейчас в его глазах светились понимание и искреннее сочувствие. — Я не думаю, что поиски будут результативными. Видите ли, при такой громадной кровопотере, — он кивнул в сторону разложенной на столе мантии Снейпа, с которой струйками сбегали на пол алые капли, — человек, как правило, не выживает… К сожалению, я уверен, что Северуса больше нет.
Гарри вернулся из Министерства уже за полночь. Аппарировать в состоянии полнейшего душевного раздрая он не мог, поэтому переместился по каминной сети прямо в кабинет директора и без сил упал в стоящее возле стола кресло.
Ему хотелось выть в голос, крушить все, что попадется под руку, как он сделал это здесь же, двенадцать лет назад, после гибели Сириуса. Но тогда он был пятнадцатилетним подростком — испуганным и одиноким, теперь же статус преподавателя и декана невольно заставлял его держать себя в руках. Даже когда этого никто не видит.
— Я не верю, — сказал он себе и что есть мочи грохнул по столу кулаком. — Северус не умер! Я найду его во что бы то ни стало!
Он услышал позади себя стук и обернулся так резко, что даже закружилась голова. На подоконнике сидела почтовая сова. Гарри растворил окно, впуская в кабинет свежий ветер, напоенный ароматом майской ночи, и крылатый почтальон бросил ему в руки послание.
Из конверта выпали и покатились по столу два золотых обручальных кольца. Гарри вытащил обрывок пергамента, на котором уже знакомым ненавистным почерком Олдриджа было написано:
«Прошу простить мне мою забывчивость. Перед смертью супруг приобрел для вас подарок. К сожалению, я лишил мистера Снейпа возможности передать вам его лично. Поэтому спешу исправить эту оплошность».
— Проверяю сочинения третьекурсников, господин директор, — Гарри со вздохом облегчения отрывается от внушительной кипы пергаментов перед ним.
— И как? — Северус принимается массировать ему затекшие плечи.
— В целом, я бы даже сказал, неплохо. Да… сделай так еще раз! — Поттер откидывается на спинку стула и блаженно закрывает глаза. Берет руку Северуса. Сначала ласково трется об нее щекой. Затем целует.
— Ты знаешь, как я тебя люблю…
Взмахом палочки Снейп гасит свечи. Теперь комната освещается только колеблющимися отсветами языков пламени в камине.
— Иди ко мне, — просит Северус.
Он тянет Гарри из-за стола, прижимает к себе, чувствует биение его сердца…
— Поднимайся, раб! Уже утро!
Северус с трудом сел, пытаясь вырваться из объятий сна. Он все еще ощущал тепло губ Гарри. В его ушах эхом отдавалось тихое:
— Я люблю тебя…
— На колени, раб!
Вместо ласковых пальцев возлюбленного плечи огладила магическая плеть, и Северус подчинился чужой воле, сжав зубы, чтобы не застонать.
— Поттер, что это?! — обморочным голосом спросила Минерва.
В свертке, заколдованном таким образом, чтобы не просачивалась жидкость, находилась черная, пропитанная, судя по густому, тяжелому запаху, кровью ткань. Сверху лежала волшебная палочка. Та самая, которую Северус получил от Ремуса Люпина в той их, далекой, практически маггловской жизни в Фолкерке.
— Профессор МакГонагалл, — мертвым голосом произнес Гарри, — пожалуйста, успокойте студентов и отмените на сегодня все уроки по ЗОТИ. Я отправляюсь в Министерство.
Она молча кивнула. Гарри уже собирался запечатать посылку с жутким содержимым, когда заметил прикрепленный к палочке окровавленный листок пергамента. Гарри отвязал его. Буквы расплывались и прыгали перед глазами. В послании, написанном незнакомым Поттеру почерком, значилось:
«Поздравляю с наступающей пятой годовщиной свадьбы!»
Вызванный Кингсли целитель Сметвик подтвердил на основании образца, предусмотрительно захваченного Гарри из Хогвартса, что кровь на мантии принадлежит именно Северусу Снейпу.
Мантию и палочку супруга опознал сам Гарри в присутствии Министра и подоспевшего начальника Аврората.
Изучив заляпанную кровью записку, представитель правопорядка пробормотал вполголоса ругательство, а встретившись с полным отчаяния взглядом Гарри, процедил сквозь зубы:
— Олдридж. Вот же мордредово отродье!
— Кингсли, надо немедленно организовать поиски! — потребовал Гарри. — Что? Что вы на меня так смотрите?! — он заметил, как целитель Сметвик поджал губы и тяжело вздохнул, и паника начала захлестывать его с головой.
— Гарри… — колдомедик накрыл его руку своей. Пять лет назад он помогал Северусу выхаживать Гарри после Азкабана, и их отношения до сих пор носили скорее дружеский, чем формальный характер. Сейчас в его глазах светились понимание и искреннее сочувствие. — Я не думаю, что поиски будут результативными. Видите ли, при такой громадной кровопотере, — он кивнул в сторону разложенной на столе мантии Снейпа, с которой струйками сбегали на пол алые капли, — человек, как правило, не выживает… К сожалению, я уверен, что Северуса больше нет.
Гарри вернулся из Министерства уже за полночь. Аппарировать в состоянии полнейшего душевного раздрая он не мог, поэтому переместился по каминной сети прямо в кабинет директора и без сил упал в стоящее возле стола кресло.
Ему хотелось выть в голос, крушить все, что попадется под руку, как он сделал это здесь же, двенадцать лет назад, после гибели Сириуса. Но тогда он был пятнадцатилетним подростком — испуганным и одиноким, теперь же статус преподавателя и декана невольно заставлял его держать себя в руках. Даже когда этого никто не видит.
— Я не верю, — сказал он себе и что есть мочи грохнул по столу кулаком. — Северус не умер! Я найду его во что бы то ни стало!
Он услышал позади себя стук и обернулся так резко, что даже закружилась голова. На подоконнике сидела почтовая сова. Гарри растворил окно, впуская в кабинет свежий ветер, напоенный ароматом майской ночи, и крылатый почтальон бросил ему в руки послание.
Из конверта выпали и покатились по столу два золотых обручальных кольца. Гарри вытащил обрывок пергамента, на котором уже знакомым ненавистным почерком Олдриджа было написано:
«Прошу простить мне мою забывчивость. Перед смертью супруг приобрел для вас подарок. К сожалению, я лишил мистера Снейпа возможности передать вам его лично. Поэтому спешу исправить эту оплошность».
Глава II
— Чем ты занимаешься?— Проверяю сочинения третьекурсников, господин директор, — Гарри со вздохом облегчения отрывается от внушительной кипы пергаментов перед ним.
— И как? — Северус принимается массировать ему затекшие плечи.
— В целом, я бы даже сказал, неплохо. Да… сделай так еще раз! — Поттер откидывается на спинку стула и блаженно закрывает глаза. Берет руку Северуса. Сначала ласково трется об нее щекой. Затем целует.
— Ты знаешь, как я тебя люблю…
Взмахом палочки Снейп гасит свечи. Теперь комната освещается только колеблющимися отсветами языков пламени в камине.
— Иди ко мне, — просит Северус.
Он тянет Гарри из-за стола, прижимает к себе, чувствует биение его сердца…
— Поднимайся, раб! Уже утро!
Северус с трудом сел, пытаясь вырваться из объятий сна. Он все еще ощущал тепло губ Гарри. В его ушах эхом отдавалось тихое:
— Я люблю тебя…
— На колени, раб!
Вместо ласковых пальцев возлюбленного плечи огладила магическая плеть, и Северус подчинился чужой воле, сжав зубы, чтобы не застонать.
Страница 5 из 13
