Индивидуалист. Пятый курс

— Но пока Дамблдор утешал маму, мы услышали ещё кое-что полезное.

— И? — снова поторопил я.

— Старик сказал, что у Гарри было что-то вроде видения. И именно так директор и узнал о случившемся и сумел вовремя послать помощь.

— И что?

— А то, мой торопливый младший братец, что ту ночь мы с Гарри были в нашей комнате и до пяти утра играли в подрывной покер.

— И никаких видений у него не было, — торжествующе закончил Фред.

— И когда мама попыталась накинуться на него с благодарностью…

— Гарри был откровенно изумлён.

— Опа, — хохотнул Нотт. — Как неловко получилось.

— Что же он затевает? — риторически протянул я, пытаясь представить дамблдоровские планы.

— А вот нам, братец, этого знать как раз и не хочется, — серьёзно произнёс Джордж.

— Что бы он ни затевал, втянуть в это нас мы не позволим.

— Хватит и того, что родители смотрят ему в рот.

— Но у нас есть свои головы на плечах.

— Мы сказали, что с нас достаточного и того, что мы едва не лишились отца из-за чужих интриг.

— И нас эта ситуация не устраивает.

— Так что мы теперь тоже в ссоре с родителями, — с грустью закончил Джордж, и близнецы покинули купе.

— Я не поняла, — заговорила Джинни после паузы, — а зачем Лорд послал змею? Пророчество может взять только тот, о ком оно сделано, а не змея. Это на третьем курсе Хогвартса проходят, так что это знают абсолютно все. И раз уж пророчество таким образом вне опасности от чужих рук, зачем вообще охрана? Директор что, из ума выжил, предполагать, что наш отец сможет не то что остановить, но даже задержать Тёмного Лорда, если уж тот решит-таки явиться в Министерство за пророчеством?

— Хотелось бы мне знать, с чего он вообще взял, что Лорд вернулся. Если Поттер активно возражает против предположения, что он и есть источник информации, на чём же Дамблдор основывается?

— На артефактах, конечно, — отмахнулся Теодор. — Откуда он знает — неважно. В конце концов, наш декан — бывший Пожиратель. Мы понятия не имеем, на каких условиях директор принял его в штат. Может, это Снейп ему сообщает, ориентируясь на активность метки? А вот зачем Дамблдор втягивает Поттера?

— Это-то как раз не вопрос, — теперь уже я отмахнулся. — Поттер — символ победы над Лордом. Его имени достаточно, чтобы люди вспомнили, что при Лорде им было плохо, и встали на сторону Дамблдора, на которой, якобы, выступает Поттер.

— Так он же не всем о пророчестве говорит, — возразил Теодор, задумчиво глядя в окно. — Вот мы, например, ни о чём подобном не слышали. Понятно, что это не показательно, но всё же: слухи курсируют, кто-то что-то обязательно слышит и говорит об этом. Но директор вроде как желает сохранить информацию в тайне, иначе бы близнецы услышали раньше — они же не зря упоминали о созданном ими устройстве. И в то же время…

— Мы просто слишком мало знаем, — недовольным тоном перебил я, — вот и не можем понять.

— Когда общалась с Невиллом, он пару раз упоминал Поттера, — вспомнила Джинни. — И я так поняла, что тот выказывал яркую ненависть к убийце своих родителей вплоть до четвёртого курса. А потом — как отрезало. Поттер, конечно, не сказал о Лорде ни одного доброго слова, но и готовности бежать сражаться больше не демонстрировал.

— Угу, именно когда рядом с ним стала крутиться Патил, — хохотнул я. — Интересно, дело в том, что он отвлёкся на девушку, или Лорд ему мозги промыл чем-то помимо речей?

Теодор с Джинни серьёзно задумались над моими словами, и дальше мы ехали в тишине.

Нужно будет порыться в библиотеке на предмет заклинаний и зелий, могущих дать такой эффект. Всё-таки интересно, почему Поттер вдруг переменился.

В первый вечер в школе я сел так, чтобы видеть стол Равенкло, но чтобы с него было неудобно рассмотреть меня. Не зная, как Патил отнеслась к моим словам на последнем уроке рун, я не имел понятия, чего теперь ждать. Но зря я вообще ожидал получил ответ от Тёмного Лорда — рядом с нами постоянно находился его голос.

— Лорд передаёт, что доволен вашим поведением, — небрежно сообщила Дафна, когда мы собрались в гостиной. И просто скрылась на лестнице, ведущей в женские спальни.

— Высокомерная дрянь! — прошипела ей вслед Розье, а остальные решили сделать вид, что ничего не произошло, и занялись своими делами.

Учёба стала интенсивнее, нам постоянно напоминали о приближении СОВ и увеличивали объём домашнего задания. На Рождество я получив в подарок от друзей самопищущее перо, и теперь мог хотя бы не корячиться над пергаментом, а диктовать, лёжа с книгами на кровати. Но всё равно — профессора словно озверели. Ещё не закончилась первая учебная неделя нового семестра, а мы уже были погребены под милями пергаментов!

Злющий Снейп задал нам эссе о свойствах яиц пеплозмеев, а поскольку подробностей о них было даже слишком много, мы с Ноттом полночи просидели, надиктовывая перьям информацию.