Индивидуалист. Пятый курс

Министр вопил про заговор против него… Но это всё ерунда. Самое главное произошло тише, так что узнали мы, только когда Амбридж с остальными покинула кабинет. Нам прямо было сказано, что Дамблдор отныне… — Теодор сделал театральную паузу и широко улыбнулся, — преступник! Ты можешь в это поверить?! Фадж приказал арестовать Дамблдора, тот не подчинился и аппарировал — директор, оказывает, может аппарировать на территории школы. И Фадж тут же объявил его в розыск и назначил на его место Амбридж!

Пока Теодор эмоционально излагал последние события, бегая по спальне, я силился понять, чем для нас это обернётся.

— Слушай… Кажется, я не рад.

— Что? Рон! Дамблдор объявлен в розыск!

— Амбридж стала директором, — парировал я.

Теодор остановился, моргнул и выругался.

— Теперь её даже остановить будет некому.

— Угу… Ладно, справимся.

Не желая ничего пропустить, мы спустились в гостиную, где нас и нашла Джинни.

— Знали бы вы, что сейчас творится в гриффиндорской башне! — понизив голос, начала она.

— А ты откуда знаешь? — подозрительно спросил Теодор.

Джинни фыркнула:

— Если бы кто-то слушал меня внимательнее, то запомнил бы, что я предупреждала о встрече сегодня вечером с Лонгботтомом.

— А, точно.

— Так вот! Невилл опоздал на встречу и в качестве извинений рассказал мне свою версию событий вашей охоты.

— Да? Ну-ка, ну-ка.

— Занятия были идеей вовсе не Поттера, как утверждалось. А Томаса. Но его поддержали, и кружок был создан. Они занимались самостоятельным изучением всякой ерунды — Невилл несколько примеров привёл, единственное исключение — чары Патронуса. Вот это заклинание уже мы не изучали, а они почти все им овладели!

Мы удивились. Чары Патронуса были не только сложными в освоении, но и магозатратными. Тот же Поттер без проблем выполнит, а вот остальные…

— Скрываясь от Амбридж, они придумали себе самоназвание — Отряд Дамблдора. Не спрашивайте почему — это тоже идея не Поттера. Ну и когда их поймали, Амбридж накинулась на директора, а Фадж заявил, что тот готовит себе армию, что скинуть с поста нынешнего министра.

— Бред какой-то, — неверяще хмыкнул Нотт.

— Я передаю слова Невилла, — напомнила сестра. — К тому моменту, когда их отпустили, они успели немало чего услышать. Но Поттер задержался же — он ещё больше узнал. И когда он стал рассказывать, бравые гриффиндорцы — та-дам! — обвинили во всём Поттера.

— Что?

— Почему?!

— А потому, мои дорогие, что Поттер — это Поттер. Теперь они устроили ему бойкот — по его вине в Хогвартсе воцарилась Амбридж.

— У меня просто слов нет, — признался Нотт, изумлённо качая головой.

— Ага, я тоже давно не слышал ничего такого бредового. А близнецы что?

— Я спросила Невилла, но он сказал, что они после кабинета директора пропали.

— В каком смысле?

— Убежали по своим делам.

— А, ну хоть в порядке… Ладно, это всё хорошо, но у нас первым уроком декан…

— Так что мы пойдём готовиться к уроку, — закончил мою мысль Теодор.

Джинни не возражала.

Про день рождения близнецов мы с Джинни умудрились забыть и поздравлять отправились лишь четвёртого числа, но Фред с Джорджем, кажется, не обиделись.

— Мы первые тебя не поздравили — всё по честному.

Близнецы приглашали нас в ту самую комнату на восьмом этаже, поболтать, выпить сливочного пива, но я отказался — подготовка к СОВ была в разгаре, — а Джинни не захотела оставаться без меня.

— Тебе не показалось, что они не в порядке? — спросил я по пути в подземелье.

— Нет… А что?

— Не знаю, — поморщился я. — Джордж… словно через силу улыбался.

— Думаешь, они всё же обиделись? — расстроилась сестра.

Но я лишь развёл руками. Может, мне просто показалось, но Джордж выглядел как человек, которого что-то терзает… А вот Фред — нет. Эта мысль так меня удивила, что я даже остановился.

— Рон?

— Прости, задумался.

— О чём же?

— Да о близнецах. Не важно.

Джин хмыкнула, но допытываться не стала. И хорошо, потому что сказать ей мне было нечего. Мы только начали общаться с близнецами после перерыва в четыре года, так что я не мог поручиться, что верно интерпретировал увиденное.

А ещё я отставал по плану подготовки к СОВ на четыре главы по трансфигурации, и это меня волновало сильнее, чем проблемы близнецов, которые вполне могли оказаться плодом моего воображения.

Глава 10

После пасхальных каникул для нас, пятикурсников, жизнь за пределами места, где можно было спокойно почитать, перестала существовать. Амбридж пыталась сунуть нос во все сферы жизни, один за другим строчила декреты об образовании, ограничивая и так не слишком объёмные права студентов, но нас это в данный момент совершенно не интересовало.