Фандом: Гарри Поттер. Кровавый Барон проспорил Пивзу. А страдает, как всегда, профессор Снейп.
Добавить в моё избранное
6 мин, 30 сек 13909
В конце директор пригрозил, что если поймает Снейпа в спальнях мальчиков лично, то, во избежание посадки декана в Азкабан по соответствующей статье, запрет его в своей собственной спальне. Снейп вспомнил Гриндельвальда, разговоры об ориентации директора, и ему здорово поплохело.
В эту ночь Снейп уже не спал. Он караулил проклятого призрака, но тот, очевидно, решил сделать перерыв. Под утро Снейп задремал, а уже через несколько часов он в ужасе стоял перед зеркалом и рассматривал свои стриженые волосы. Никакая магия не помогала, так что Снейп, наколдовав кое-как отвратный парик, нацепил его на пострадавшее место и направился на урок. Ученики хихикали: парик был страшненьким, но новым и чистым. Снейп вел зельеварение, стараясь не трясти головой. Возвращаясь к себе, Снейп получил ведро с краской. Это имело только один плюс: ту ночь он провел в Больничном крыле, давясь заботами мадам Помфри, и Барон ограничился тем, что разнес слизеринскую гостиную.
Снейп выругался, снял с головы ведро и рявкнул на хихикающих учеников. Не хотел успокаиваться только Малфой, и у Снейпа сильно зачесались ноги: его так и подмывало дать Малфою пинка. Но он боялся: Люциус Малфой финансировал школу и хорошо помнил, кто стоял рядом с ним в рядах Пожирателей. Снейп не хотел, чтобы это вспомнили и остальные.
Но тут Снейпу пришла в голову мысль.
Он зашел к себе в кабинет, открыл календарь и увидел, что у него остался последний день. Завтра проигрыш Барона заканчивался, и привидение должно было вернуться к обычному занудству. Упускать такую возможность было нельзя.
— Не реви, — сказал Люциус Малфой и поморщился. — Сто миллионов галлеонов — не такие уж большие деньги. И потом, вся твоя родня полирует нары в Азкабане, — Нарцисса при этих словах брезгливо скривилась. — Залезем в сейф Лестрейнджей и Блэков.
— Беллатрикс тебя убьет, — с надеждой сказала Нарцисса и подумала о том, что это будет первый случай, когда ей поможет еще и Сириус Блэк.
Кровавый Барон изумленно рассматривал жирную сову с увесистым пакетом, когда Снейп подкрался сзади и ударил его Ступефаем, а потом отобрал сову.
«Получите ваши деньги и отпустите моего сына. И учтите на будущее, что десять тысяч пишутся с четырьмя, а не с восемью нулями».
«Blyad!» — опять подумал Снейп, вспомнив, что именно это слово сказал Каркаров, когда его обошли при дележке награбленного. Потом он долго возился в шкафу, откапывая сонного наследника рода Малфоев.
— А не слишком-то ты дорого стоишь, — огорчился Снейп, вытащив Драко из кучи тряпья.
— Вы молодец, Северус! — замурчал Дамблдор, пихая Снейпу лимонную дольку. — Главное, не пришлось выносить сор из избы. Только Локхарт обиделся. Это все ваш Барон? — Снейп кивнул — долька застряла у него в горле. — Ну, ничего, уже ведь последний день, да? Скоро ваши мучения кончатся. Кстати, я хотел вас спросить — вы не подумали насчет того, чтобы последнюю ночь провести у меня в спальне? И мне хорошо, и вам спокойней?
Пивз шалил по-прежнему, Барон не показывался Снейпу на глаза. Дамблдор лопал дольки, складировал учеников в Больничном крыле и не упускал возможности намекнуть Снейпу на интим.
Ползли слухи, что Люциуса Малфоя обсмеяли в министерстве, когда он высказал мысль, что на учеников нападает Кровавый Барон.
Локхарт терялся в догадках, рассказывал, что он давно разгадал тайну нападений и периодически обнаруживал у себя на спине записки не самого приятного содержания.
Снейп вечерами пересчитывал выкуп и вздыхал. Больше всего ему хотелось похитить Мальчика, Который Выжил, и собрать дань со всего магического мира. Но Почти Безголовый Ник был временно выведен из строя. Кроме того, Снейп подозревал, что Дамблдор не поверит бахвальству Локхарта, а отправит на расследование его, Снейпа, после чего предложит в очередной раз безопасное укрытие, и отвертеться на этот раз не удастся.
Снейп снова вздыхал и перебирал в памяти обеспеченных учеников с других факультетов.
В эту ночь Снейп уже не спал. Он караулил проклятого призрака, но тот, очевидно, решил сделать перерыв. Под утро Снейп задремал, а уже через несколько часов он в ужасе стоял перед зеркалом и рассматривал свои стриженые волосы. Никакая магия не помогала, так что Снейп, наколдовав кое-как отвратный парик, нацепил его на пострадавшее место и направился на урок. Ученики хихикали: парик был страшненьким, но новым и чистым. Снейп вел зельеварение, стараясь не трясти головой. Возвращаясь к себе, Снейп получил ведро с краской. Это имело только один плюс: ту ночь он провел в Больничном крыле, давясь заботами мадам Помфри, и Барон ограничился тем, что разнес слизеринскую гостиную.
Снейп выругался, снял с головы ведро и рявкнул на хихикающих учеников. Не хотел успокаиваться только Малфой, и у Снейпа сильно зачесались ноги: его так и подмывало дать Малфою пинка. Но он боялся: Люциус Малфой финансировал школу и хорошо помнил, кто стоял рядом с ним в рядах Пожирателей. Снейп не хотел, чтобы это вспомнили и остальные.
Но тут Снейпу пришла в голову мысль.
Он зашел к себе в кабинет, открыл календарь и увидел, что у него остался последний день. Завтра проигрыш Барона заканчивался, и привидение должно было вернуться к обычному занудству. Упускать такую возможность было нельзя.
— Не реви, — сказал Люциус Малфой и поморщился. — Сто миллионов галлеонов — не такие уж большие деньги. И потом, вся твоя родня полирует нары в Азкабане, — Нарцисса при этих словах брезгливо скривилась. — Залезем в сейф Лестрейнджей и Блэков.
— Беллатрикс тебя убьет, — с надеждой сказала Нарцисса и подумала о том, что это будет первый случай, когда ей поможет еще и Сириус Блэк.
Кровавый Барон изумленно рассматривал жирную сову с увесистым пакетом, когда Снейп подкрался сзади и ударил его Ступефаем, а потом отобрал сову.
«Получите ваши деньги и отпустите моего сына. И учтите на будущее, что десять тысяч пишутся с четырьмя, а не с восемью нулями».
«Blyad!» — опять подумал Снейп, вспомнив, что именно это слово сказал Каркаров, когда его обошли при дележке награбленного. Потом он долго возился в шкафу, откапывая сонного наследника рода Малфоев.
— А не слишком-то ты дорого стоишь, — огорчился Снейп, вытащив Драко из кучи тряпья.
— Вы молодец, Северус! — замурчал Дамблдор, пихая Снейпу лимонную дольку. — Главное, не пришлось выносить сор из избы. Только Локхарт обиделся. Это все ваш Барон? — Снейп кивнул — долька застряла у него в горле. — Ну, ничего, уже ведь последний день, да? Скоро ваши мучения кончатся. Кстати, я хотел вас спросить — вы не подумали насчет того, чтобы последнюю ночь провести у меня в спальне? И мне хорошо, и вам спокойней?
Пивз шалил по-прежнему, Барон не показывался Снейпу на глаза. Дамблдор лопал дольки, складировал учеников в Больничном крыле и не упускал возможности намекнуть Снейпу на интим.
Ползли слухи, что Люциуса Малфоя обсмеяли в министерстве, когда он высказал мысль, что на учеников нападает Кровавый Барон.
Локхарт терялся в догадках, рассказывал, что он давно разгадал тайну нападений и периодически обнаруживал у себя на спине записки не самого приятного содержания.
Снейп вечерами пересчитывал выкуп и вздыхал. Больше всего ему хотелось похитить Мальчика, Который Выжил, и собрать дань со всего магического мира. Но Почти Безголовый Ник был временно выведен из строя. Кроме того, Снейп подозревал, что Дамблдор не поверит бахвальству Локхарта, а отправит на расследование его, Снейпа, после чего предложит в очередной раз безопасное укрытие, и отвертеться на этот раз не удастся.
Снейп снова вздыхал и перебирал в памяти обеспеченных учеников с других факультетов.
Страница 2 из 2
