Фандом: Ориджиналы. Ценные моменты для каждого свои, но каждый из них хочется вшить в память, чтобы даже сама судьба не смогла их отобрать…
Добавить в моё избранное
4 мин, 43 сек 12210
Приятный звон расстегиваемых впопыхах пуговиц на джинсах и щелчок лифа. Сдерживаемый стон, пробившийся сквозь плотно прижатые друг другу губы и сдавленное шипение, когда пальцы отодвигают ткань белья и ощутимо скользят по клитору. Ради этого Регина готова вновь пройти весь жизненный путь, чтобы в итоге прийти к этому моменту, когда пальцы проскальзывают внутрь, а затуманенное сознание блаженно фиксирует, насколько быстро девушка возбуждается от губ, рук и шепота.
На протяжении многих лет счастье для Эдж хранилось на тонкой бумаге в потрепанном фотоальбоме, и ничего другого она не знала. До тех пор, пока не доверилась зеленым глазам непредсказуемой девушки, пока не поняла, что давние кошмары — это не единственная причина возникновения бессонницы… мысли о светловолосом «ангеле» не меньше тревожат сон, заволакивая мысли и подчиняя волю…
Когда бедра Эммы сильнее и резче начинают двигаться навстречу пальцам, а спина прогибается, позволяя припухшим губам Регины свободно исследовать напряженную грудь девушки, Эдж способна вырвать у мира этот миг, выжечь клеймом в памяти, зная, что никто и никогда не сумеет отобрать у нее это.
И последний рваный выдох Эммы, что с силой ударяется о губы напротив, будет еще долго звучать эхом в ушах женщины, напоминая об этих минутах, завершившихся обоюдным оргазмом и охрипшим голосом обеих.
— Прошло три года, а ты по-прежнему цепляешься за каждый миг, боясь упустить, — Эмма накинула на плечи рубашку, застигнув одну пуговицу. — Я не уйду, Эдж.
— Верю, — кривя губы в ухмылке, прошептала Регина, даря тонким губам девушки мягкий, медленный поцелуй. — Я просто не смогу тебя отпустить.
На протяжении многих лет счастье для Эдж хранилось на тонкой бумаге в потрепанном фотоальбоме, и ничего другого она не знала. До тех пор, пока не доверилась зеленым глазам непредсказуемой девушки, пока не поняла, что давние кошмары — это не единственная причина возникновения бессонницы… мысли о светловолосом «ангеле» не меньше тревожат сон, заволакивая мысли и подчиняя волю…
Когда бедра Эммы сильнее и резче начинают двигаться навстречу пальцам, а спина прогибается, позволяя припухшим губам Регины свободно исследовать напряженную грудь девушки, Эдж способна вырвать у мира этот миг, выжечь клеймом в памяти, зная, что никто и никогда не сумеет отобрать у нее это.
И последний рваный выдох Эммы, что с силой ударяется о губы напротив, будет еще долго звучать эхом в ушах женщины, напоминая об этих минутах, завершившихся обоюдным оргазмом и охрипшим голосом обеих.
— Прошло три года, а ты по-прежнему цепляешься за каждый миг, боясь упустить, — Эмма накинула на плечи рубашку, застигнув одну пуговицу. — Я не уйду, Эдж.
— Верю, — кривя губы в ухмылке, прошептала Регина, даря тонким губам девушки мягкий, медленный поцелуй. — Я просто не смогу тебя отпустить.
Страница 2 из 2
