Фандом: Ориджиналы. — Это что за «балет», малахольный? Зови меня сегодня Саша Грей. Шура, ты — похотливая задница! Так это же все синонимы, Коленька. Синонимы!
Добавить в моё избранное
59 мин, 9 сек 12002
Эротично покачивая бедром и накручивая на палец длинный темный локон, «клиент», или «клиентка», выжидательно уставился на механика.
То, что это не американская звезда порно-индустрии заглянула к нему в гараж, Николай понял сразу, но (черт возьми!) похож. Хотя, что еще можно ожидать от стилиста?
«Хорошо, что я сижу», — подумал Коля, ошарашено разглядывая пришедшего.
— Вы возьмете свой самый большой «инструмент»? И почините мой «движок»? — голос звучал с придыханием, с нотками вожделения.
«Держи паузу, Коля, — уговаривал он сам себя. — Тяни время. Эта зараза даже прищур такой же демонстрирует, что и у нее».
— Как я тебе? — вновь прибывший крутанулся, чтобы показать, как порхает его юбчонка. Подошел к машине и локтями оперся о капот. Краешек нижнего белья очень призывно выглядывал из-под так называемой юбки. — Ну, так что, мистер? Вы поможете мне справиться с моей проблемой в «заднем движке»?
— Это что за «балет», малахольный?
— Зови меня сегодня Саша Грей.
— Шура, ты — похотливая задница!
— Так это же все синонимы, Коленька. Синонимы!
— А ты помнишь, чем закончился тот ролик? Механик потребовал оплату котятами.
— А у меня вот что есть, — Шура метнулся к дверям и притащил оттуда большую объемистую сумку. Немного покопавшись в ее внутренностях, вытащил ободок с прикрепленными к нему ушками и длинный пушистый хвост, который он тут же прицепил к поясу сзади.
— Я сойду в качестве оплаты за проделанную работу? — молодой мужчина скользящей походкой подошел к приятелю и прижался к нему всем телом. — Мыр-мыр-мыр, — пропел Шура и потерся носом о его подбородок.
Николай запустил всю пятерню в шиньон, прикрепленный к затылку, и подтянул лицо стилиста к своему.
— Что, сука, «чешется»?
— Ой, Коленька, так «чешется», прям сил нет, — заискивающе заглядывая в глаза механику, полушепотом ответил он. — Почеши«, а?»
— А где вся твоя армия «чесальщиков»?
— Они так не могут, как ты. Только после тебя у меня потом долго-долго ничего и нигде не «чешется». Ну, Ко-оль… — взмолился Шура.
— А ты в курсе, что из-за тебя парень в аварию попал?
— Правда? — удивился стилист, отводя глаза.
— Врешь. Я тебя насквозь вижу, стервоза.
— Ну, я, правда, не знал, что все так обернется. Тебя рядом не было, чтобы меня притормозить, а тут такой шанс подвернулся. Надо же было мне у Степки попробовать. Чтобы знать наверняка, по мальчикам он или по девочкам.
— Теперь знаешь?
— Ну, кто бы мог подумать, что они оба такие впечатлительные? Что Степка, что Лешка его. Я же не знал, что они там и без меня уже снюхались и что у них там «отношения» какие-то проявились.
— То есть — все как всегда? Как только разговор об утехах, здравый смысл покидает тебя молниеносно?
— Ну, Ко-оль… — заканючил Шура и попытался открутить ему пуговицу у комбинезона. — Я правда-правда очень-очень сильно-сильно сожалею…
— Засунь свои извинения знаешь куда?
— Знаю. Ты мне поможешь их туда впихнуть? — он оторвался от накручивания пряди волос на очередную пуговицу и поднял умоляющие глаза. — Ну, Ко-оль…
— Что мне с тобой делать? — вымученно сдался механик.
— «Понять и простить»? — с надеждой спросил Шурочка.
— Ага, щаз! Не так быстро.
— Ну, ты пока с мыслями собираешься, можно я уже туда пойду? — он пальцем потыкал на второй этаж.
— Ты перед парнями извиняться собираешься?
— Конечно! Но только сначала я с тобой хочу помириться, — признался приятель. И взгляд у его в тот момент был прямой и серьезный, без обычного зубоскальства, шуточек и подколок.
— Ладно, — сдался Николай и хлопнул его по заднице. — Иди. Сейчас поднимусь.
— Наконец-то! А то у меня яйца в ледышки превратились. Чай не май месяц! Ты бы видел, какими глазами на меня из соседнего гаража смотрели!
Шурочка легко подхватил свою объемистую сумку и, эротично виляя бедрами, начал подниматься по лестнице.
— Николай… Николай… Николай! Не смогу разлюбить твой Ла Ли Ла Лай! — напел он самую раздражающую песню из своего репертуара.
— А ну заткнулся! — рявкнул автослесарь.
— Николай… Николай… Ко-оля! Просто спой для души Ла Ла Ли Ла Ла! — как ни в чем ни бывало продолжил стилист.
«Это никогда не кончится!» — Коля мысленно хлопнул себя по лбу.
«Ну почему? Почему он?» О! Колян!
— Дарова!
— Наконец выбрался к нам!
— Молоца, староста!
Во всех училищах, институтах, во всех студенческих общагах есть такие комнаты, в которых гужбан и попойки происходят ежедневно в период с четырех вечера до четырех утра. И эта общага, в которой обитали студенты двух профучилищ, тоже не была исключением.
То, что это не американская звезда порно-индустрии заглянула к нему в гараж, Николай понял сразу, но (черт возьми!) похож. Хотя, что еще можно ожидать от стилиста?
«Хорошо, что я сижу», — подумал Коля, ошарашено разглядывая пришедшего.
— Вы возьмете свой самый большой «инструмент»? И почините мой «движок»? — голос звучал с придыханием, с нотками вожделения.
«Держи паузу, Коля, — уговаривал он сам себя. — Тяни время. Эта зараза даже прищур такой же демонстрирует, что и у нее».
— Как я тебе? — вновь прибывший крутанулся, чтобы показать, как порхает его юбчонка. Подошел к машине и локтями оперся о капот. Краешек нижнего белья очень призывно выглядывал из-под так называемой юбки. — Ну, так что, мистер? Вы поможете мне справиться с моей проблемой в «заднем движке»?
— Это что за «балет», малахольный?
— Зови меня сегодня Саша Грей.
— Шура, ты — похотливая задница!
— Так это же все синонимы, Коленька. Синонимы!
— А ты помнишь, чем закончился тот ролик? Механик потребовал оплату котятами.
— А у меня вот что есть, — Шура метнулся к дверям и притащил оттуда большую объемистую сумку. Немного покопавшись в ее внутренностях, вытащил ободок с прикрепленными к нему ушками и длинный пушистый хвост, который он тут же прицепил к поясу сзади.
— Я сойду в качестве оплаты за проделанную работу? — молодой мужчина скользящей походкой подошел к приятелю и прижался к нему всем телом. — Мыр-мыр-мыр, — пропел Шура и потерся носом о его подбородок.
Николай запустил всю пятерню в шиньон, прикрепленный к затылку, и подтянул лицо стилиста к своему.
— Что, сука, «чешется»?
— Ой, Коленька, так «чешется», прям сил нет, — заискивающе заглядывая в глаза механику, полушепотом ответил он. — Почеши«, а?»
— А где вся твоя армия «чесальщиков»?
— Они так не могут, как ты. Только после тебя у меня потом долго-долго ничего и нигде не «чешется». Ну, Ко-оль… — взмолился Шура.
— А ты в курсе, что из-за тебя парень в аварию попал?
— Правда? — удивился стилист, отводя глаза.
— Врешь. Я тебя насквозь вижу, стервоза.
— Ну, я, правда, не знал, что все так обернется. Тебя рядом не было, чтобы меня притормозить, а тут такой шанс подвернулся. Надо же было мне у Степки попробовать. Чтобы знать наверняка, по мальчикам он или по девочкам.
— Теперь знаешь?
— Ну, кто бы мог подумать, что они оба такие впечатлительные? Что Степка, что Лешка его. Я же не знал, что они там и без меня уже снюхались и что у них там «отношения» какие-то проявились.
— То есть — все как всегда? Как только разговор об утехах, здравый смысл покидает тебя молниеносно?
— Ну, Ко-оль… — заканючил Шура и попытался открутить ему пуговицу у комбинезона. — Я правда-правда очень-очень сильно-сильно сожалею…
— Засунь свои извинения знаешь куда?
— Знаю. Ты мне поможешь их туда впихнуть? — он оторвался от накручивания пряди волос на очередную пуговицу и поднял умоляющие глаза. — Ну, Ко-оль…
— Что мне с тобой делать? — вымученно сдался механик.
— «Понять и простить»? — с надеждой спросил Шурочка.
— Ага, щаз! Не так быстро.
— Ну, ты пока с мыслями собираешься, можно я уже туда пойду? — он пальцем потыкал на второй этаж.
— Ты перед парнями извиняться собираешься?
— Конечно! Но только сначала я с тобой хочу помириться, — признался приятель. И взгляд у его в тот момент был прямой и серьезный, без обычного зубоскальства, шуточек и подколок.
— Ладно, — сдался Николай и хлопнул его по заднице. — Иди. Сейчас поднимусь.
— Наконец-то! А то у меня яйца в ледышки превратились. Чай не май месяц! Ты бы видел, какими глазами на меня из соседнего гаража смотрели!
Шурочка легко подхватил свою объемистую сумку и, эротично виляя бедрами, начал подниматься по лестнице.
— Николай… Николай… Николай! Не смогу разлюбить твой Ла Ли Ла Лай! — напел он самую раздражающую песню из своего репертуара.
— А ну заткнулся! — рявкнул автослесарь.
— Николай… Николай… Ко-оля! Просто спой для души Ла Ла Ли Ла Ла! — как ни в чем ни бывало продолжил стилист.
«Это никогда не кончится!» — Коля мысленно хлопнул себя по лбу.
«Ну почему? Почему он?» О! Колян!
— Дарова!
— Наконец выбрался к нам!
— Молоца, староста!
Во всех училищах, институтах, во всех студенческих общагах есть такие комнаты, в которых гужбан и попойки происходят ежедневно в период с четырех вечера до четырех утра. И эта общага, в которой обитали студенты двух профучилищ, тоже не была исключением.
Страница 2 из 17
