На те же грабли…

— А здесь мы попадаем в зону предположений, потому что единственный свидетель не в состоянии дать адекватных объяснений, — Гарри бросил осторожный взгляд на Рона и, чуть заметно скривившись, снова уставился на начальника, не желая наблюдать щенячьего подобострастия Уизли, казалось, удерживаемого на месте лишь присутствием грозно порыкивающего Снейпа, а на самом деле банально приклеенного чарами к стулу. — Видимо, аврор Уизли, ничего не зная о срочной ночной операции, пришел на ежедневную утреннюю оперативку. Так как сотрудники отделения к этому времени еще не возвратились в свой кабинет, ему не у кого было узнать, почему никто не явился на собрание. А следовательно, он не подозревал о том, что обнаруженная им на столе коробка конфет являлась вещественным доказательством, которое дожидалось отправки на экспертизу, — Гарри тяжко вздохнул. — На упаковке контрабандного товара написано «С днем рождения!» Поэтому логично предположить, что аврор Уизли посчитал, что это небольшой презент ему в подарок, и решил сразу его попробовать.

— Я всегда говорил, что он когда-нибудь объестся, — злорадно бросил Снейп перед тем, как задать более приличествующий обстоятельству вопрос: — А вы знаете, что за зелье было вами сегодня изъято?

— Со слов поставщика, давшего предварительные показания, под видом подарочных наборов шоколада он доставил зелье особенной модификации амортенции. В каждой конфете заключена порция снадобья, которое вызывает у волшебника, выпившего его, состояние паталогически-сильной сексуальной привязанности, близкой к одержимости, к тому человеку, которого он увидит первым после принятия этого состава, — пояснил Поттер, выжидающе глядя на Снейпа. Ему так хотелось сейчас схватить своего партнера за руку и аппарировать куда-нибудь подальше из этого дурдома, но Гарри понимал, что делать этого никак нельзя — было неизвестно, как отразится на Рональде тройная доза незаконной амортенции.

— Из этой упаковки больше никто не угощался? — в голосе Снейпа, глядевшего на три пустых гнезда от конфет в открытой коробке, так и лежавшей напротив Поттера, прорезалась откровенная насмешка.

— Судя по всему, все отсутствующие конфеты с зельем были съедены аврором Уизли, — заверил Гарри каким-то уж совсем убитым тоном.

— Уизли и здесь отличился — тройная искусственная влюбленность. Вот к чему приводит жадность! Пусть теперь помучается, может, ума прибавится! — сказал, как припечатал, Снейп. — Или и последний разум растеряет, — почти прошептал он, поднимаясь из-за стола. Несмотря на собственные категоричность и злорадство, Северус отменил свое колдовство, не позволявшее Рону раньше вскочить с места, что тот неоднократно порывался сделать, а затем выдернул его из кресла, ставя на ноги, и принялся диагностировать весьма мудреными чарами.

Рон, казалось, только и ждал возможности, чтобы ринуться к Поттеру. Если бы обездвиживание не мешало произведению точной диагностики, Снейп, не раздумывая, его применил бы, а так… ему пришлось сдерживаться изо всех сил, чтобы не проклясть Уизли позаковыристее. Тот неподобающе глядел на Гарри масляными глазками, облизывался, как книзл на сметану, и тянул свои загребущие руки к телу, к которому по определению никто посторонний не имел права прикасаться с сексуальным подтекстом своих действий, тем более в присутствии Северуса.

— Что скажешь? В Мунго? — дождавшись, когда Снейп опустит волшебную палочку, спросил Робардс.

— А что я могу сказать без анализа зелья, которым отравился этот полудурок, тянущий все себе в рот без разбору? — огрызнулся Северус. — Он здоров физически, но как отразится на нем перебор с амортенцией — я не знаю. Зелье стимулирует определенные участки мозга… — Снейп развел руками. — Гарри, выйди из кабинета на минутку — посмотрим, как на это отреагирует Уизли, — мягко попросил Северус, демонстрируя всем, что после выяснения обстоятельств инцидента он считает Поттера в некоторой степени пострадавшей стороной, а никак не виновной в произошедшем.

Гарри молча послушно выполнил требуемое. Все присутствующие стали свидетелями, как Рон кинулся следом, а остановленный связывающим заклинанием, яростно пытался освободиться от магических пут. Его взгляд обезумел, он принялся кусать губы, а из глаз потекли слезы.

— Похоже, дело плохо… — выразил общее мнение Робардс — остальные помалкивали в присутствии начальника.

— Да уж… Сейчас для всех очевидно, что выбор у нас невелик: либо искусственно лишить сознания Уизли, — Северус напрягся, наблюдая, как Рон, закатывая глаза от удовольствия, счастливо обнял «вновь обретенного» Поттера, — либо отправить в Святого Мунго вместе с Гарри. Мы не знаем, как подействует этот вид амортенции на Уизли, если его лишить возможности хотя бы видеть«объект преклонения». Боюсь, сумасшествие в таком случае наивероятнейший исход, — Уизли абсолютно не реагировал на то, что в данный момент в кабинете обсуждалось именно его состояние — он по-идиотски улыбался Поттеру и шептал ему что-то о розовых закатах и совместных завтраках, заставляя Снейпа злобно коситься в их сторону.