Фандом: Гарри Поттер. Рон Уизли очень любит конфеты. Однако «коварные» сладости иногда заставляют его переживать незапланированные приключения.
Добавить в моё избранное
44 мин, 20 сек 10178
— он расположился так, чтобы прикрывать собой Поттера от посягательств «дамы с орудием для членовредительства».
— Рон, успокойся! — Гарри силой вернул друга на место. — Гермиона, не обращай внимания. Тройная доза зелья приворота — это тебе не шутки. Видишь же, он даже не понял, что ты грозила ему, а не мне, — со вздохом пояснил Поттер, утешая подругу, в глазах которой заблестели слезы то ли от обиды, то ли от гнева на непутевого мужа. А Рон почему-то решил, что его заступничество оценено по заслугам, потому что начал восхвалять себя:
— Видишь, дорогой, как я о тебе забочусь. Ты всегда будешь за мной, как за каменной стеной — никто не посмеет тебя обидеть. Ты же тоже любишь меня? Да? Ну скажи, зайка, ты же любишь своего Рона? Правда, милый? — Рон потешно сложил губы бантиком, заставив Гарри отвернуться, пряча смех. Все же рядом с подругой Поттеру было намного легче переносить все эти приставания и вполне прозрачные намеки.
Гермиона недоуменно покачала головой, понаблюдав за ужимками мужа, и побежала в детскую, где сработала сигналка — Роза проснулась и требовала присутствия мамы. Вернувшись с дочкой на руках и детским манежем, левитируемым следом, она застала все ту же картину — Рон щебетал, называя Гарри «своим солнышком», без которого ему свет не мил.
— Он неправильно себя ведет. Амортенция не должна превращать его в… придурка, — все же отважилась на грубость Гермиона, так и не найдя более мягкого аналога, чтобы описать состояние мужа. Она посадила малышку в манеж с игрушками и продолжила приготовления к приему гостей — на плите что-то шипело, скворчало и дышало паром. За годы брака Гермиона научилась отлично справляться на кухне, не в последнюю очередь для того, чтобы доказать свекрови, что делает это не хуже нее.
— Понимаешь, это зелье заставляет почувствовать влюбленность, не спрашивая о твоих предпочтениях и вкусах. Разум просто подстраивается к ситуации. Рон ведет себя так, как подсознательно предполагает должны вести себя геи, раз уж ему «посчастливилось» после принятия зелья увидеть меня, а не какую-нибудь дамочку, — невесело усмехаясь, пояснил Гарри. — Ты же знаешь, как бы он ни заявлял, что ему безразлично, с кем я создал семью, у него все равно по этому поводу остался пунктик. Рон, видимо, так и не понял, что мы с Северусом ничем не отличаемся от других мужчин в плане личного общения. Он почему-то представляет меня, — Гарри покачал головой, — кем-то вроде женщины с мужским телом, ну или мужчины с самосознанием женщины. Это неприятно.
— Эти его тараканы в голове невыводимы, так что тебе придется смириться, — Гермиона махнула рукой, признавая бесполезность приложения любых усилий для изменения этой ситуации к лучшему. — Но откуда он набрался этого манерничанья? Эти его сюси-пуси… Тьфу! Даже мне было бы неприятно, чтобы со мной так носились, словно я слабоумная, — возмутилась Гермиона, стараясь все же, чтобы ее голос оставался более-менее ровным — она не хотела напугать Розу, которая, как и все дети, была очень чувствительна к тону речи.
— В учебке у нас был чуть ли не целый курс о сексуальной ориентации, о субкультурах и даже о психологических отклонениях, связанных со всем этим. Мы же должны разбираться — человек слетел с катушек, или это его внутренняя природа заставляет так выглядеть и вести себя особым образом. Нам показывали специальные фильмы, — Гарри пожал плечами, вполуха прислушиваясь к рассуждениям Рона о том, как им будет здорово просыпаться в одной постели. — Видимо, у него в голове все спуталось. Манерные люди есть не только среди тех, кто предпочитает однополые отношения. Я вот теперь знаю, как он представляет мою семейную жизнь, — Поттер насмешливо фыркнул и спародировал Рона: — Северус, пупсик, потри мне спинку и вылижи ушко, — он рассмеялся. Роза, таскавшая за лапу пушистого сиреневого зайца, застыла на месте, прислушавшись, а затем и сама засмеялась, вызвав улыбки умиления у Гермионы и Гарри.
— Какой Северус? Меня зовут Рон. Ты разве забыл, дорогой? Я могу и обидеться, — Уизли схватил Гарри за руку и поднес ее к своим губам — тот еле успел отобрать собственную конечность, пока друг не начал целовать его пальцы.
— Быстрее бы Северус справился. Я уже устал от этого всего, — пожаловался Поттер Гермионе, понимающе кивнувшей ему в ответ.
— Скоро наши начнут собираться, может его слегка отпустит, когда людей будет много, — предположила она.
— Не надейся, — разочаровал ее Гарри. — Его не смущали ни ребята из нашего отделения, ни Робардс с Северусом, — он безнадежно вздохнул. Гости начали прибывать уже минут через двадцать после разговора о пользе или бесполезности их присутствия в ситуации с Роном. Благо — все приглашенные были исключительно родственниками плюс, конечно же, Гарри, потому что ни Рон, ни Гермиона никогда не думали о нем как о чужом человеке. Дом постепенно наполнился шумом, гамом, писком и визгом многочисленных малолетних отпрысков семейства Уизли.
— Рон, успокойся! — Гарри силой вернул друга на место. — Гермиона, не обращай внимания. Тройная доза зелья приворота — это тебе не шутки. Видишь же, он даже не понял, что ты грозила ему, а не мне, — со вздохом пояснил Поттер, утешая подругу, в глазах которой заблестели слезы то ли от обиды, то ли от гнева на непутевого мужа. А Рон почему-то решил, что его заступничество оценено по заслугам, потому что начал восхвалять себя:
— Видишь, дорогой, как я о тебе забочусь. Ты всегда будешь за мной, как за каменной стеной — никто не посмеет тебя обидеть. Ты же тоже любишь меня? Да? Ну скажи, зайка, ты же любишь своего Рона? Правда, милый? — Рон потешно сложил губы бантиком, заставив Гарри отвернуться, пряча смех. Все же рядом с подругой Поттеру было намного легче переносить все эти приставания и вполне прозрачные намеки.
Гермиона недоуменно покачала головой, понаблюдав за ужимками мужа, и побежала в детскую, где сработала сигналка — Роза проснулась и требовала присутствия мамы. Вернувшись с дочкой на руках и детским манежем, левитируемым следом, она застала все ту же картину — Рон щебетал, называя Гарри «своим солнышком», без которого ему свет не мил.
— Он неправильно себя ведет. Амортенция не должна превращать его в… придурка, — все же отважилась на грубость Гермиона, так и не найдя более мягкого аналога, чтобы описать состояние мужа. Она посадила малышку в манеж с игрушками и продолжила приготовления к приему гостей — на плите что-то шипело, скворчало и дышало паром. За годы брака Гермиона научилась отлично справляться на кухне, не в последнюю очередь для того, чтобы доказать свекрови, что делает это не хуже нее.
— Понимаешь, это зелье заставляет почувствовать влюбленность, не спрашивая о твоих предпочтениях и вкусах. Разум просто подстраивается к ситуации. Рон ведет себя так, как подсознательно предполагает должны вести себя геи, раз уж ему «посчастливилось» после принятия зелья увидеть меня, а не какую-нибудь дамочку, — невесело усмехаясь, пояснил Гарри. — Ты же знаешь, как бы он ни заявлял, что ему безразлично, с кем я создал семью, у него все равно по этому поводу остался пунктик. Рон, видимо, так и не понял, что мы с Северусом ничем не отличаемся от других мужчин в плане личного общения. Он почему-то представляет меня, — Гарри покачал головой, — кем-то вроде женщины с мужским телом, ну или мужчины с самосознанием женщины. Это неприятно.
— Эти его тараканы в голове невыводимы, так что тебе придется смириться, — Гермиона махнула рукой, признавая бесполезность приложения любых усилий для изменения этой ситуации к лучшему. — Но откуда он набрался этого манерничанья? Эти его сюси-пуси… Тьфу! Даже мне было бы неприятно, чтобы со мной так носились, словно я слабоумная, — возмутилась Гермиона, стараясь все же, чтобы ее голос оставался более-менее ровным — она не хотела напугать Розу, которая, как и все дети, была очень чувствительна к тону речи.
— В учебке у нас был чуть ли не целый курс о сексуальной ориентации, о субкультурах и даже о психологических отклонениях, связанных со всем этим. Мы же должны разбираться — человек слетел с катушек, или это его внутренняя природа заставляет так выглядеть и вести себя особым образом. Нам показывали специальные фильмы, — Гарри пожал плечами, вполуха прислушиваясь к рассуждениям Рона о том, как им будет здорово просыпаться в одной постели. — Видимо, у него в голове все спуталось. Манерные люди есть не только среди тех, кто предпочитает однополые отношения. Я вот теперь знаю, как он представляет мою семейную жизнь, — Поттер насмешливо фыркнул и спародировал Рона: — Северус, пупсик, потри мне спинку и вылижи ушко, — он рассмеялся. Роза, таскавшая за лапу пушистого сиреневого зайца, застыла на месте, прислушавшись, а затем и сама засмеялась, вызвав улыбки умиления у Гермионы и Гарри.
— Какой Северус? Меня зовут Рон. Ты разве забыл, дорогой? Я могу и обидеться, — Уизли схватил Гарри за руку и поднес ее к своим губам — тот еле успел отобрать собственную конечность, пока друг не начал целовать его пальцы.
— Быстрее бы Северус справился. Я уже устал от этого всего, — пожаловался Поттер Гермионе, понимающе кивнувшей ему в ответ.
— Скоро наши начнут собираться, может его слегка отпустит, когда людей будет много, — предположила она.
— Не надейся, — разочаровал ее Гарри. — Его не смущали ни ребята из нашего отделения, ни Робардс с Северусом, — он безнадежно вздохнул. Гости начали прибывать уже минут через двадцать после разговора о пользе или бесполезности их присутствия в ситуации с Роном. Благо — все приглашенные были исключительно родственниками плюс, конечно же, Гарри, потому что ни Рон, ни Гермиона никогда не думали о нем как о чужом человеке. Дом постепенно наполнился шумом, гамом, писком и визгом многочисленных малолетних отпрысков семейства Уизли.
Страница 8 из 13
