Дуэт для Авады с оркестром

Да, собственно, и я странный, уехал сюда, в глушь, бросил кафедру, все бросил, открыл бакалейную лавку. Это, кажется, нынче называют дауншифтингом? Да не смейтесь вы. Я за два года в этом городишке совсем мхом порос. Не читал, не писал, торговал, сплетничал, перезнакомился со всей округой. Пока он не появился.

Кто он? Да Эйвери. Ти Джей. Кривился все время, когда его кто-то так называл.

… Чем странный? Ну, простите, не каждый день ко мне в магазин заходят люди, берут еду быстрого приготовления, а потом спрашивают, нет ли у меня почитать чего-то типа Голдинга. Или Фаулза. Фаулза! Да местные и комиксов-то не покупают, разве что детям.

… Он, оказывается, читал почти всю классическую англоязычную литературу. И не только, собственно, англоязычную. Полиглот. Свободно говорит на испанском, хотя это не редкость, неплохо по-французски, но вот латынь и древнегреческий… Честное слово, не ожидал. И тем не менее у него нет высшего образования. Он самоучка. Гуманитарий. Еще он, по-моему, изучал русский, хотя я не могу оценивать его знания, в славянских языках я не силен. А ведь он молод, ему едва ли сорок. Я ему даже не в отцы гожусь, а в деды.

… Ох, и спорили же мы с ним! Острый, умный, но никакой академической базы! Ну как, как, скажите мне, можно допускать в наше время существование закрытых тайных обществ каких-то отличающихся людей? Это нонсенс! Ладно еще, во времена царя Ашоки и тому подобное. Я ему привел пример масонов, а он ответил: ерунда эти ваши масоны, читал я про них, если бы они действительно как-то отличались, никто бы о них не узнал. Это меня зацепило, сказал ему: как будто в Британии масонов не было. Он отмахнулся: при чем здесь Британия?

… Выписал ради него трилогию каких-то братьев Стругацки. Для себя в переводе, разумеется, но ему не сказал, показал оригинал. Прочитал первую книгу, «Обитаемый остров», кажется. Обычная фантастическая чушь. Антиутопия. Но он потребовал, чтобы я прочел все, а потом сказал, что думаю, а не судил по фрагментам.

… Да, он прав, психология толпы, отличающиеся люди — это как красная тряпка для быка. Но я тем не менее не верю ему, да и с какой стати мне признавать реальное существование этих самых тайных обществ? Нигилист он. Фрик. Таких в школах травят, хотя, по-моему, он учился в какой-то очень дорогой частной школе, его манеры, его речь… Тогда почему нет высшего образования?

И наш шериф, до того, как его забрали в клинику, его невзлюбил. Была какая-то история про фальшивые деньги… Хотя шерифа на днях признали невменяемым, сказали, парноидальная шизофрения…

Не знаю, не знаю, не так все просто, коллега, как кажется. Но мне неохота докапываться до истины. Говорят, он уехал на запад, а мне теперь и поговорить не с кем, вот разве что с вами. Не хотите пропустить по стаканчику? Уважьте старика.

Мы были возле его дома, шериф сказал мне, чтобы я занял позицию у заднего входа, пока он будет с ним говорить, и по сигналу забежал внутрь… Я слышал разговор, шеф потребовал, чтобы Эйвери открыл дверь, и он открыл. Мне было слышно, как шериф кричал, а этот все повторял спокойно так и холодно, мол, а где ваш ордер, вы не можете меня обыскать и арестовать без ордера.

А я знал, что у шефа его нет? Я знал?! Услышал сигнал, вышиб дверь, закричал: «Не двигаться, это полиция, буду стрелять!»

У Эйвери не было пушки, истинно вам говорю, не было. Что это было — не знаю… Шериф навел на него пистолет, закричал: «Руки за голову, сукин сын, ты во всем у меня признаешься!», я тоже держал его на прицеле… Как? Он рукой взмахнул, что-то выкрикнул… «Идиот», вроде… и… и… п-п-по шефу красным! Луч красный, как в кино!

П-почему я это только сейчас вспомнил, а?

Я выстрелил в него всю обойму, а потом смотрю… пули на полу лежат, а он смеется. Но я же стрелял! Руки, наверное, тряслись, но пули на полу… А он в меня рукой целится. В руке фигня какая-то, вроде палки. Больше ничего не помню, все в глазах потемнело…

Стоп, что это вы де…

— Сейчас будем смотреть фрагмент о знакомстве. Тут условно чисто.

— Лицо зафиксировал? Смотрит в пол. Сразу, при слове «полиция».

— Да. И руку не пожал.

— Твою мать, снова сбои. Видишь, как размыто? Терли качественно.

— Не тер он знакомство.

— После маггловской терапии, что ли?

— Нет, это ты напортачил. Я же говорил…

— Не нуди. Важно, что у нас есть данные.

— Так, этот момент понятен. Что скажешь?

— На колдографии в деле точно он.

— Смотрим дальше. Так, это он уже тер, поэтому очень мутно и с пробелами.

— Это где он?

— В участке. Сверяет доллары.

— У нас есть образцы?

— Да, есть штук пять. Обычное Джеминио. Надо будет обратиться к нашему представителю в Казначействе, чтобы…

— Надо, надо… Давай дальше.

— Ага, это окружной прокурор. Ордер выдать отказался.