В тихом омуте

— Ну, — Оливер задумался, — мы с профессором Каркаровым застряли в лаборатории на весь день, как и вчера, и позавчера, и неделю назад. Никак не можем сдвинуться с мертвой точки, у меня ощущение, что мы ходим кругами.

— Хреново, — согласился Маркус.

— Точно, — Оливер вдруг спохватился. — А знаешь, что еще более хреново?

— Что? — поинтересовался Флинт с опаской, безошибочно узнавая этот тон.

— Твой дружок Пьюси какого-то хрена названивает на домашний, чтобы узнать, как там твой обед с матерью.

— Снова сцепились, — догадливо кивнул Маркус, закончив переодеваться, и перебрался с заднего сидения на переднее. Оливер отвлекся, и машина дернулась в сторону, к счастью, на пустой дороге.

— К счастью, только по телефону. Но лучше нам не видеться в ближайшие лет сто, чтобы избежать очередной безобразной драки, — меланхолично отозвался Вуд, а Маркус покачал головой.

— Ты неисправимый ублюдок, — почти с нежностью протянул он.

— Почему гадости в мой адрес от тебя всегда звучат как комплименты? — фыркнул Оливер, но Флинт не ответил, улыбнулся и пожал плечами.

— Что мы сегодня отмечаем? — спросил Маркус спустя пару минут. — Я уверен, что ты знаешь, так что не надо напускать таинственности.

— Я и не собирался, — пожал плечами Оливер. — Мама подписала документы о разводе.

— Да ладно? — неверяще переспросил Флинт. — Она же, кажется, упиралась, что никогда не подпишет.

— Мне кажется, что у нее кто-то появился, — Оливер остановился перед пешеходным переходом и кинул быстрый взгляд на Маркуса, закопавшегося в бардачке в поисках сигарет. — Надеюсь, этот вечер не закончится предложением создать новую ячейку общества. Отец с возрастом становится все сентиментальней.

— Со стороны совсем незаметно, — поспешил успокоить его Маркус, не скрывая сарказма.

— Иди ты, — беззлобно отозвался Оливер и проворчал, когда Флинт закурил: — Я же просил тебя не курить в машине!

— Да? — притворно удивился Маркус. — Не припоминаю ничего подобного, — он нагло усмехнулся и открыл окно. — У меня был стресс, мне простительно.

Оливер резко затормозил, и Флинт, чуть не впечатавшись в приборную панель носом, припечатал:

— Горе-водитель!

— Я только месяц назад на права сдал, — огрызнулся Вуд. — Может, я рассчитывал, что меня всю жизнь возить будут.

— От тебя даже Перси сбежал, — хмыкнул Флинт, — а я думал, что его вообще ничем пронять нельзя.

— Он не сбежал, отец просто предложил ему работу поинтересней, — возразил Вуд. — И я могу тебе напомнить, что он даже подыскал мне другого водителя, но тебе это не понравилось. Так что теперь пристегнись и молчи. Не надо отвлекать водителя, если хочешь доехать в целости и сохранности.

В действительности они уже были на месте, потому что Оливер как раз высматривал место для парковки, а увидев свободное, так резво дернулся в ту сторону, что Маркус сжал зубы на фильтре. Вообще-то Вуд водил не то чтобы совсем плохо, но было что-то опасное в его манере вождения. Как будто он постоянно менял мнение в последнюю секунду, порывался разогнаться, резко тормозил, красуясь, перестраивался так, что перед глазами успевала промелькнуть вся жизнь.

Едва Вуд припарковался, в окне со стороны Маркуса показалось довольное лицо Флинта-старшего: за прошедшие годы он почти не изменился — все те же мальчишеские шмотки и растрепанная прическа. Маркус иногда даже чувствовал себя неловко, понимая, что чем старше становится, тем все больше походит на отца.

— Здорово, молодёжь! — поприветствовал он неразборчиво, потому что сжимал в зубах сигарету — руки его были заняты большой коробкой с пивом.

— Я смотрю, намечается отвязная вечеринка, — хмыкнул Маркус, выбираясь из машины. Джош, неудобно перенеся вес коробки на одну руку, протянул ладонь для рукопожатия Оливеру, а сына непринужденно хлопнул по плечу.

— Пойдём, поможешь установить мангал, — попросил он.

Уже гораздо позже, сидя у костра, потягивая пиво и предаваясь философским размышлениям о жизни, Маркус счастливо улыбался. Оливер устало посапывал на плече, отец ловко переворачивал мясо, напевая под нос какую-то белиберду, и Флинт чувствовал себя до неприличия хорошо. Оставалось только найти нужный момент… Маркус сжал в кармане маленькую бархатную коробочку: сентиментальным был отнюдь не Даррен, но Оливеру ещё только предстояло узнать об этом.