Фандом: Гарри Поттер. Это школьная история о ботанике и плохом парне, приправленная любовными интригами, интернет-знакомствами, ночными смс-переписками, глупостями, сексом, проблемой отцов и детей и, конечно же, всепоглощающей безнадежной подростковой влюбленностью.
Добавить в моё избранное
397 мин, 49 сек 20101
— Темой сегодняшнего урока является Великая французская революция, повлекшая за собой свержение монархии и провозглашение республики де-юре. Перед тем, как вы отвлеклись на мистера Флинта, вы рассказывали о взятии Бастилии четырнадцатого июля.
— Спасибо, мистер Вуд, — почти по-отечески улыбнулся ему мистер Бинс, и Оливер еле заметно кивнул.
— Выскочка, — тут же раздался шепот позади него.
Оливеру не надо было поворачиваться, чтобы понять, кто это был. У Теодора Нотта было какое-то нездоровое увлечение Вудом, так что он никогда не мог сдержаться от того, чтобы прокомментировать ответ Оливера на уроке. Как всегда безукоризненный ответ.
Маркус тоже смерил Вуда неприязненным взглядом. И как можно столько всего уместить в этой башке? Его всегда поражала способность Оливера вызывать ярую ненависть всех учеников в классе до единого. Вуда не любил никто. Тщедушный, прилизанный, с тонкими пальцами, бледной кожей и огромными глазами — Оливер смахивал на инопланетянина. А уж его мозг сто пудово был искусственным. А что, Флинт слышал об искусственном разуме. Сверхинтеллект? Суперкомпьютер? Что-то вроде того. В любом случае, нормальный человек не мог знать столько, сколько умещала вудовская голова. Маркус иногда даже думал, когда замечал Оливера в коридоре, что она должна была тянуть его к полу, учитывая, каким худым и тонким Вуд был, что не скрывали даже извечные широкие классические брюки и длинный пиджак.
Впрочем, наблюдать с интересом получалось лишь, когда дело не касалось самого Маркуса: когда кто-то другой не мог ответить, было забавно выслушивать едкие самодовольные комментарии Оливера. Но когда сам Флинт страдал от этого, он невольно присоединялся к желанию начистить Вуду смазливую мордашку.
Оливер безошибочно уловил брошенный на него взгляд со стороны Маркуса и поджал губы. При всей своей тяге к Флинту он не мог не порицать такое вопиющее пренебрежение знаниями. И прав был мистер Бинс, планирующий устроить перекрестный опрос на следующем уроке. В конце концов, можно было бы потратить время с пользой на то, чтобы открыть учебник истории, нежели отправиться с неизменной компанией в какой-нибудь клуб. Показав Оливеру средний палец, Маркус снова достал телефон, нисколько не смущаясь укоризненного взгляда мистера Бинса, на этот раз решившего проигнорировать этот факт, и что-то набрал. Вуд почувствовал, как его собственный телефон подал признаки жизни, но доставать его не спешил. Лишь когда прозвенел звонок с урока, он вытащил его, чтобы прочитать:
«Тебе встречались такие люди, которые бесят своей правильностью до зубовного скрежета и желания подправить их внешний облик?»
Почему-то у Оливера даже вопроса не возникло, кого имел в виду Маркус в своем сообщении. К счастью, тот и не догадывался, что пишет непосредственно объекту своей неприязни.
«Если тебя раздражает чья-то правильность, то ты сам скорее всего попал впросак», — написал Оливер в ответ. Ему хотелось еще многое добавить, но в этом случае он мог бы либо выдать себя, либо повздорить с Маркусом. А ему этого хотелось в последнюю очередь.
Маркус даже подвис на мгновение, так и оставшись сидеть за партой, раз за разом перечитывая полученное сообщение. Настроение испортилось разом, а шею залило жаром, словно ему действительно стало стыдно. Почему-то было обидно, что Шон не поддержал его и даже, вероятно, разочаровался в нем. Маркус нахмурился, начиная строчить в ответ что-то вроде «Пошел ты», но тут же стер написанное. «Зануда», — и снова стер. Шумно вздохнул, потер переносицу и наконец определился: «Возможно, ты прав».
Когда Маркус поднял голову, в классе почти никого не осталось. Пара девчонок из класса по химии и Вуд, педантично укладывающий свои вещи в портфель. Флинт дернул рюкзак с пола и пихнул Оливера плечом, проходя мимо.
Оливер ниже опустил голову и поправил сумку. Маркус, на его взгляд, вел себя несправедливо, и почему-то именно сейчас, после того, как Вуд смог пообщаться с ним нормально, это было особенно обидно. Да, Флинт не знал, что его новый сетевой собеседник это Оливер, но и сам Вуд не заслуживал того, чтобы на него спускали собак просто так. В отместку до конца дня он решил не отвечать Флинту, единственно с той целью, чтобы тот помучился, почему его игнорирует новый знакомый.
И лишь оказавшись в машине, Оливер провел по экрану, чтобы разблокировать его, и сдержанно улыбнулся, предвкушая, что сейчас напишет Маркусу. В зеркало заднего вида на него покосился его постоянный шофер, не привыкший к хорошему настроению Вуда, но Оливеру было не до него.
«Я всегда прав, — с самодовольством написал он, — просто ты этого еще не знаешь».
Подумав, что это может звучать резко, Оливер добавил приписку — «Шутка» — и на всякий случай решил перевести тему:«Так зомбиапокалипсис все еще актуален?»
Долгожданное сообщение не застало Маркуса врасплох: он то и дело проверял, не пришло ли чего в ответ, да так часто, что к концу учебного дня почти посадил телефон.
— Спасибо, мистер Вуд, — почти по-отечески улыбнулся ему мистер Бинс, и Оливер еле заметно кивнул.
— Выскочка, — тут же раздался шепот позади него.
Оливеру не надо было поворачиваться, чтобы понять, кто это был. У Теодора Нотта было какое-то нездоровое увлечение Вудом, так что он никогда не мог сдержаться от того, чтобы прокомментировать ответ Оливера на уроке. Как всегда безукоризненный ответ.
Маркус тоже смерил Вуда неприязненным взглядом. И как можно столько всего уместить в этой башке? Его всегда поражала способность Оливера вызывать ярую ненависть всех учеников в классе до единого. Вуда не любил никто. Тщедушный, прилизанный, с тонкими пальцами, бледной кожей и огромными глазами — Оливер смахивал на инопланетянина. А уж его мозг сто пудово был искусственным. А что, Флинт слышал об искусственном разуме. Сверхинтеллект? Суперкомпьютер? Что-то вроде того. В любом случае, нормальный человек не мог знать столько, сколько умещала вудовская голова. Маркус иногда даже думал, когда замечал Оливера в коридоре, что она должна была тянуть его к полу, учитывая, каким худым и тонким Вуд был, что не скрывали даже извечные широкие классические брюки и длинный пиджак.
Впрочем, наблюдать с интересом получалось лишь, когда дело не касалось самого Маркуса: когда кто-то другой не мог ответить, было забавно выслушивать едкие самодовольные комментарии Оливера. Но когда сам Флинт страдал от этого, он невольно присоединялся к желанию начистить Вуду смазливую мордашку.
Оливер безошибочно уловил брошенный на него взгляд со стороны Маркуса и поджал губы. При всей своей тяге к Флинту он не мог не порицать такое вопиющее пренебрежение знаниями. И прав был мистер Бинс, планирующий устроить перекрестный опрос на следующем уроке. В конце концов, можно было бы потратить время с пользой на то, чтобы открыть учебник истории, нежели отправиться с неизменной компанией в какой-нибудь клуб. Показав Оливеру средний палец, Маркус снова достал телефон, нисколько не смущаясь укоризненного взгляда мистера Бинса, на этот раз решившего проигнорировать этот факт, и что-то набрал. Вуд почувствовал, как его собственный телефон подал признаки жизни, но доставать его не спешил. Лишь когда прозвенел звонок с урока, он вытащил его, чтобы прочитать:
«Тебе встречались такие люди, которые бесят своей правильностью до зубовного скрежета и желания подправить их внешний облик?»
Почему-то у Оливера даже вопроса не возникло, кого имел в виду Маркус в своем сообщении. К счастью, тот и не догадывался, что пишет непосредственно объекту своей неприязни.
«Если тебя раздражает чья-то правильность, то ты сам скорее всего попал впросак», — написал Оливер в ответ. Ему хотелось еще многое добавить, но в этом случае он мог бы либо выдать себя, либо повздорить с Маркусом. А ему этого хотелось в последнюю очередь.
Маркус даже подвис на мгновение, так и оставшись сидеть за партой, раз за разом перечитывая полученное сообщение. Настроение испортилось разом, а шею залило жаром, словно ему действительно стало стыдно. Почему-то было обидно, что Шон не поддержал его и даже, вероятно, разочаровался в нем. Маркус нахмурился, начиная строчить в ответ что-то вроде «Пошел ты», но тут же стер написанное. «Зануда», — и снова стер. Шумно вздохнул, потер переносицу и наконец определился: «Возможно, ты прав».
Когда Маркус поднял голову, в классе почти никого не осталось. Пара девчонок из класса по химии и Вуд, педантично укладывающий свои вещи в портфель. Флинт дернул рюкзак с пола и пихнул Оливера плечом, проходя мимо.
Оливер ниже опустил голову и поправил сумку. Маркус, на его взгляд, вел себя несправедливо, и почему-то именно сейчас, после того, как Вуд смог пообщаться с ним нормально, это было особенно обидно. Да, Флинт не знал, что его новый сетевой собеседник это Оливер, но и сам Вуд не заслуживал того, чтобы на него спускали собак просто так. В отместку до конца дня он решил не отвечать Флинту, единственно с той целью, чтобы тот помучился, почему его игнорирует новый знакомый.
И лишь оказавшись в машине, Оливер провел по экрану, чтобы разблокировать его, и сдержанно улыбнулся, предвкушая, что сейчас напишет Маркусу. В зеркало заднего вида на него покосился его постоянный шофер, не привыкший к хорошему настроению Вуда, но Оливеру было не до него.
«Я всегда прав, — с самодовольством написал он, — просто ты этого еще не знаешь».
Подумав, что это может звучать резко, Оливер добавил приписку — «Шутка» — и на всякий случай решил перевести тему:«Так зомбиапокалипсис все еще актуален?»
Долгожданное сообщение не застало Маркуса врасплох: он то и дело проверял, не пришло ли чего в ответ, да так часто, что к концу учебного дня почти посадил телефон.
Страница 2 из 111
