В тихом омуте

— М-м-м, — многозначительно заметил он, нервно щелкнул суставами на пальцах.

Горло тут же перехватило, и Оливер осекся. Говорить в подобных ситуациях высокопарно и сложно, как это преподносилось в каких-нибудь романах, оказалось на деле совсем не просто. Потому что хотелось одновременно улыбаться, полезть целоваться к Флинту, отчего-то сгореть со стыда, спрятаться и еще миллион вещей.

— Если ты не планируешь потом сообщить, что высокая температура повлияла на твое умение думать, то я соглашусь.

— Ну, предположим, что проблески сознания у меня были, — ответ Оливера заставил сердце сделать радостный кульбит, и Маркус даже смог, на свой собственный некритичный взгляд, неплохо пошутить. Правда, удовлетворил ли Вуда его ответ, было непонятно, потому Флинт для верности переспросил: — Так что? Ты не против?

Надежда, что Оливер согласится, была хотя бы только потому, что тот сейчас находился здесь. У Маркуса было много времени подумать, и он рассчитывал не оставить Вуду шансов. Тот ведь, судя по отклику, был в принципе не против кандидатуры Флинта, просто сам Маркус, как идиот последний, ляпнул не то и не в то время. Перспектива отношений с таинственным Шоном меркла по сравнению с перспективой встречаться с Вудом. Что не обещало быть простым, но Маркус сходил с ума лишь только от одной мысли об этом.

— А? — снова подал голос он, потому что Оливер продолжал молчать.

— Да, это да, — повторил тот, глядя куда угодно, но не на Флинта. — Я слабо представляю, как оно должно работать, и так далее, но я не против.

«Как должно работать» вообще включало в себя многое. За пару секунд Оливер успел запариться на тему того, какими будут их отношения при одноклассниках, стоит ли уведомлять бабушку, что он все-таки гей и, значит, разочаровал ее до конца дней, признаваться Маркусу, что он и Шон — одно и тоже лицо, и так далее. К счастью, их отношения на данный момент не заставляли делать ничего из вышеперечисленного, но Оливер сразу выискивал возможные проблемы.

Маркус на эту фразу фыркнул — громко и облегченно.

— Это тебе не атомный коллайдер. Ты же знаешь, было бы желание, — он придвинулся еще ближе и взял руку Оливера в свою. — Я офигеть как рад, что ты приехал и что не против. До сих пор не понимаю, чем я это заслужил, но кто я такой, чтобы спорить, — Флинт заерзал, засуетился, продолжая сжимать руку Вуда в своей. Хотелось дернуть его на себя, затащить на кровать и наконец-то поцеловать. Но он был уверен, что Оливер от его сопливых — в прямом смысле слова — объятий решит отказаться.

Оливер ошарашенно моргнул. По словам Маркуса выходило, что это Флинту невероятно повезло, в то время как Вуд был уверен, что это на его улице неожиданно случился праздник. Но это не помешало ему вычленить из слов Флинта основное. И, чтобы не добавлять себе еще миллион проблем, Вуд сознался.

— В отношениях я — дерево, — он скривился от получившегося каламбура. Маркус хмыкнул, очевидно, подумав о том же. — Так что не жди от меня мгновенного понимания, что происходит. И нам все еще надо разобраться с заданием по английской литературе.

Ему самому это показалось сказанным несколько невпопад, так что Оливер поспешил признаться, пока его не бросили через пару минут после официального начала отношений:

— Я не очень эмоционально открыт, что ты, наверное, заметил.

— Но ты очень эмоциональный, — резонно заметил Маркус и погладил тонкое запястье. — Я следил за тобой достаточно, чтобы в этом удостовериться, — он намеренно употребил именно это слово — «следил», невольно желая продемонстрировать Вуду свою давнюю им увлеченность. — И, знаешь, у меня опыта в отношениях тоже не было. Может, это убавит мне очков в твоих глазах, не знаю, но я тоже буду тупить.

— Откровенность за откровенность? — Оливер чуть криво улыбнулся, до последнего сомневаясь, стоит ли говорить. — Но я тоже следил за тобой. Просто в моем случае это должно быть выглядело еще и жутко, возможно. Не знаю.

Он прижал ладонь тыльной стороной к щеке Маркуса, заметив, что тот раскраснелся.

— Мы однозначно ненормальные. Все счастливо целуются вместо таких разговоров, но я не собираюсь набираться от тебя микробов, так что вынужден нести этот бред, потому что молчание будет еще более неловким.

Маркус пару секунд пытался сдержать рвущийся наружу смех, но не выдержал и громко расхохотался. Прямолинейность Оливера ему нравилась.

— Да, но ненормальным быть лучше, чем больным, поэтому не подумай, что я тебя выгоняю, но дуй домой. Если ты заразишься от меня, школа не переживет такой потери, — Маркус и сам не знал, откуда в нем взялось столько рассудительности. Наверное, ему слишком хотелось предстать перед Оливером в максимально положительном свете — не только чтобы оправдать предыдущую неудачу, но и добавить себе очков на будущее. Но все-таки Маркус не сдержался и, чуть повернув голову, мягко коснулся губами прижатой к щеке ладони.