Фандом: Гарри Поттер. Законы привлекательности через призму зельеварения, и не только…
Добавить в моё избранное
76 мин, 11 сек 13236
— это к делу не относится.
Специально поехала на конференцию, чтобы…
Я вычислил Золушку!
Это Грейнджер!
О Мерлин!
Я ещё раз прокрутил в голове всё, что было в тот день.
Она постоянно пила воду с лимоном.
Лимон — это кислота.
От внезапно пришедшей догадки у меня перехватило дыхание и больно застучало в висках. Я прикрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов-выдохов. Мир снова обрёл звуки и запахи.
Окислитель!
Не зря подобные добавки так любят производители парфюмерии и косметики. Я сам всегда добавляю окислитель в туалетную воду и лосьоны для Нарциссы, чтобы скрыть непрезентабельный внешний вид. А зелье для обесцвечивания волос? Волосы же у Нарциссы раньше чёрными были, как и у её сестры Беллатрисы. Кто придумал, как их осветлить?
Позор, Северус, на твою и без того больную голову.
«А ты говорил, что косметология не заслуживает твоего внимания, — поддел меня мой внутренний голос. — Оказывается, даже там много чего интересного можно подчерпнуть».
Я усмехнулся. Да, такой ход вполне могла придумать женщина.
В кои-то веки моё желание взять Грейнджер в ученики совпало с пожеланием моего Мозгоклюя. Мне действительно было бы интересно поработать вместе с ней. Подумать только, если бы ещё месяц назад мне кто-то сказал, что я буду ломать голову над загадкой этой выскочки и всезнайки, посчитал бы этого смельчака сумасшедшим!
Сам я уже давно решил модифицировать оборотное зелье, но за пять лет смог добиться лишь продления срока его действия до шести часов. А лучшая выпускница Хогвартса умудрилась сделать то, что пока не удалось мне.
Фантастика.
«Если бы не твои амбиции и предвзятое отношение к некоторым — не будем уточнять каким — студентам, то ты обратил бы на неё внимание ещё тогда, когда она варила это сложнейшее зелье в школьном туалете», — мой внутренний голос резал правду-матку без обиняков.
«Мне было не до этого. Влезать в дебри стратегии и тактики Дамблдора у меня тогда не было ни времени, ни желания», — огрызнулся я, лишь бы это не звучало, будто я оправдываюсь.
«Я знаю. Хоть я и был под твоей окклюменцией, но всё помню. И приказ Дамблдора помню, чтобы ты позволил ей украсть у себя ингредиенты. И как ты накладывал на туалет отвлекающее заклинание, чтобы никто туда не заходил целый месяц, и даже как ты по ночам ходил контролировать процесс варки».
«Было такое. Признаю — был удивлён, что у неё получилось».
«Заметь, она работала без дополнительных подручных средств и специальных лабораторных условий».
Ладно, чего уж теперь.
Я отправился в лабораторию. Два часа работы, и вот, наконец, в котле прозрачная, как слеза, субстанция. Отлив в мензурку порцию зелья, я кинул туда волосок. Зелье зашипело, как газировка, но осталось прозрачным. Для полноты картины я налил в стакан воду и влил туда порцию готового зелья. Вода немного помутнела, что было вполне предсказуемо, ведь в воде содержатся соли. Взяв другой стакан, я бросил в воду ломтик лимона и только потом добавил зелье.
Передо мной было именно то, что я видел на столе перед Грейнджер-Легран.
Я взял стакан в руку и, не обращая внимания на предостерегающие вопли внутреннего голоса, выпил получившийся коктейль.
Меня охватило странное, непривычное ощущение. Лёгкой волной по всему телу прокатилось слабое жжение. Да это же небо и земля по сравнению с ощущениями от классического рецепта. И на вкус просто конфетка.
Из зеркала на меня смотрел Джеймс и самодовольно улыбался.
Зафиксировав в журнале результат эксперимента, я вдруг подумал, что если туда ещё добавить найденный мной компонент для продления срока действия — получится шедевр. Это тянуло, как минимум, на открытие мирового масштаба.
Мой полёт мысли прервал голос вездесущего Мозгоклюя: «А ты про Грейнджер не забыл?»
Нет, конечно, не забыл. Я никогда не имел намерений присваивать себе чужие открытия.
Поймал себя на том, что факт возможного общения с Грейнджер уже не кажется мне чем-то неприемлемым. Мало того, теперь я находил эту перспективу заманчивой. Гермионе Грейнджер удалось то, что я считал невозможным — она заставила меня думать о женщине, как о возможном партнёре.
«Вот-вот. А если Тайлер прав, и к общим интересам добавится ещё кое что… — многозначительно намекнул мой внутренний голос. — Северус, хоть сейчас не упусти свой шанс на нормальную, полноценную жизнь».
«Не забегай впереди паровоза. Как говорится, будет день — будет пища».
«А я всё равно верю в лучшее, — оптимистично провозгласил мой внутренний голос. — Всё будет хорошо!»
«Посмотрим».
До скорой встречи, мисс Грейнджер. Первый раунд остался за вами — вам удалось заинтересовать меня во всех отношениях. Я разгадывал вашу загадку непозволительно для себя долго.
Специально поехала на конференцию, чтобы…
Я вычислил Золушку!
Это Грейнджер!
О Мерлин!
Я ещё раз прокрутил в голове всё, что было в тот день.
Она постоянно пила воду с лимоном.
Лимон — это кислота.
От внезапно пришедшей догадки у меня перехватило дыхание и больно застучало в висках. Я прикрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов-выдохов. Мир снова обрёл звуки и запахи.
Окислитель!
Не зря подобные добавки так любят производители парфюмерии и косметики. Я сам всегда добавляю окислитель в туалетную воду и лосьоны для Нарциссы, чтобы скрыть непрезентабельный внешний вид. А зелье для обесцвечивания волос? Волосы же у Нарциссы раньше чёрными были, как и у её сестры Беллатрисы. Кто придумал, как их осветлить?
Позор, Северус, на твою и без того больную голову.
«А ты говорил, что косметология не заслуживает твоего внимания, — поддел меня мой внутренний голос. — Оказывается, даже там много чего интересного можно подчерпнуть».
Я усмехнулся. Да, такой ход вполне могла придумать женщина.
В кои-то веки моё желание взять Грейнджер в ученики совпало с пожеланием моего Мозгоклюя. Мне действительно было бы интересно поработать вместе с ней. Подумать только, если бы ещё месяц назад мне кто-то сказал, что я буду ломать голову над загадкой этой выскочки и всезнайки, посчитал бы этого смельчака сумасшедшим!
Сам я уже давно решил модифицировать оборотное зелье, но за пять лет смог добиться лишь продления срока его действия до шести часов. А лучшая выпускница Хогвартса умудрилась сделать то, что пока не удалось мне.
Фантастика.
«Если бы не твои амбиции и предвзятое отношение к некоторым — не будем уточнять каким — студентам, то ты обратил бы на неё внимание ещё тогда, когда она варила это сложнейшее зелье в школьном туалете», — мой внутренний голос резал правду-матку без обиняков.
«Мне было не до этого. Влезать в дебри стратегии и тактики Дамблдора у меня тогда не было ни времени, ни желания», — огрызнулся я, лишь бы это не звучало, будто я оправдываюсь.
«Я знаю. Хоть я и был под твоей окклюменцией, но всё помню. И приказ Дамблдора помню, чтобы ты позволил ей украсть у себя ингредиенты. И как ты накладывал на туалет отвлекающее заклинание, чтобы никто туда не заходил целый месяц, и даже как ты по ночам ходил контролировать процесс варки».
«Было такое. Признаю — был удивлён, что у неё получилось».
«Заметь, она работала без дополнительных подручных средств и специальных лабораторных условий».
Ладно, чего уж теперь.
Я отправился в лабораторию. Два часа работы, и вот, наконец, в котле прозрачная, как слеза, субстанция. Отлив в мензурку порцию зелья, я кинул туда волосок. Зелье зашипело, как газировка, но осталось прозрачным. Для полноты картины я налил в стакан воду и влил туда порцию готового зелья. Вода немного помутнела, что было вполне предсказуемо, ведь в воде содержатся соли. Взяв другой стакан, я бросил в воду ломтик лимона и только потом добавил зелье.
Передо мной было именно то, что я видел на столе перед Грейнджер-Легран.
Я взял стакан в руку и, не обращая внимания на предостерегающие вопли внутреннего голоса, выпил получившийся коктейль.
Меня охватило странное, непривычное ощущение. Лёгкой волной по всему телу прокатилось слабое жжение. Да это же небо и земля по сравнению с ощущениями от классического рецепта. И на вкус просто конфетка.
Из зеркала на меня смотрел Джеймс и самодовольно улыбался.
Зафиксировав в журнале результат эксперимента, я вдруг подумал, что если туда ещё добавить найденный мной компонент для продления срока действия — получится шедевр. Это тянуло, как минимум, на открытие мирового масштаба.
Мой полёт мысли прервал голос вездесущего Мозгоклюя: «А ты про Грейнджер не забыл?»
Нет, конечно, не забыл. Я никогда не имел намерений присваивать себе чужие открытия.
Поймал себя на том, что факт возможного общения с Грейнджер уже не кажется мне чем-то неприемлемым. Мало того, теперь я находил эту перспективу заманчивой. Гермионе Грейнджер удалось то, что я считал невозможным — она заставила меня думать о женщине, как о возможном партнёре.
«Вот-вот. А если Тайлер прав, и к общим интересам добавится ещё кое что… — многозначительно намекнул мой внутренний голос. — Северус, хоть сейчас не упусти свой шанс на нормальную, полноценную жизнь».
«Не забегай впереди паровоза. Как говорится, будет день — будет пища».
«А я всё равно верю в лучшее, — оптимистично провозгласил мой внутренний голос. — Всё будет хорошо!»
«Посмотрим».
До скорой встречи, мисс Грейнджер. Первый раунд остался за вами — вам удалось заинтересовать меня во всех отношениях. Я разгадывал вашу загадку непозволительно для себя долго.
Страница 17 из 23
