Фандом: Изумрудный город. Беллиорцы устраивают в Ранавире диверсию за диверсией, а с Ильсором творится что-то странное.
Добавить в моё избранное
90 мин, 2 сек 15563
С потолка капала вода, и этот звук подсказывал направление. В разных местах капли ударяли по-своему: одни глухо, другие звонко, и если замереть и прислушаться, можно было различить ритм. Карта подземелий, составленная по звукам воды, — такого, кажется, ещё никто не придумал. Впрочем, она не пригодится, когда в подвале замка устроят склад, трещины заделают, вода уйдёт, и станет сухо, светло и неинтересно.
Фонарь Ильсора выхватывал из темноты очертания камней, составляющих стены, потолок и дальняя часть коридора терялись в темноте. Коридор строили гигантским, как и всё остальное в замке, чтобы хозяин мог пройти. Этих кладовок хватит надолго, раз уж они решили здесь обосноваться. На полки, где, вероятно, раньше хранилась всякая снедь, можно закатывать бочки с топливом, когда его будет много, чтобы не хранить всё наверху и не подвергать опасности при нападении врагов. Нужно только придумать подъёмник, который позволит это делать быстро и безопасно.
Подвалы наверняка были предназначены не только для хранения припасов, тут должны были располагаться и другие помещения. Коридор заканчивался крутой лестницей. Ильсор лёг на край и посветил вниз, свет потонул в темноте, и стало холодно. Впрочем, это не от страха перед тем, что можно встретить внизу, а только оттого, что лёг животом на каменный пол.
Первая ступенька далась тяжело, вторая легче, потом он приноровился прыгать аккуратнее, не думая о том, как будет подниматься назад. Простая лестница для хозяйственных нужд, винтовая, без перил; если смотреть сверху, будет похоже на глаз, которым таращится подвальная темнота.
На одиннадцатой ступеньке он подвернул ногу и грохнулся, ободрав о безжалостный камень ладони и колени. Фонарь отлетел, громыхнул ступенькой ниже, перевернулся, мазнув светом по глазам, и провалился вниз. Внизу звякнуло стекло.
Накатила тьма, которая только и ждала этого момента. Ильсор прислушался, но слышал только своё дыхание. Капли воды остались наверху, слабая искорка света тлела внизу, но до неё ещё нужно было добраться.
Он сел и зализал ссадины на ладонях, досадуя на то, что не догадался захватить аптечку. Правда, которую он раньше не замечал, в темноте оказалась реальнее, чем при свете. Главный техник не мог пойти в подвал один, только с фонарём, кто бы его отпустил на такую опасную разведку? В подвал ещё никто не спускался, предпочитали осваивать пространство наверху. А он незаменим, это все понимали, но всё равно кто-то послал его вниз. Кому же он так неосторожно взглянул в глаза, что оказался здесь? Ильсор попробовал вспомнить, но память застилал блаженный белёсый туман. Значит, ещё и приказали забыть. Вывод напрашивался один: его послали с тем, чтобы он не вернулся.
Он отполз к стене и прислонился к ней, пытаясь успокоиться. Как хорошо, что гипноз развеялся в самый нужный момент. И всё же — кто? И зачем? Раскрыли? Значит, ему в самом деле лучше не возвращаться. Его милосердно послали на смерть, это лучше, чем оставшуюся жизнь провести рабом по-настоящему.
И всё же как не хватало информации!
— Домыслы, домыслы! — прошипел Ильсор, дуя на ладони. Любой поспешный вывод мог его погубить. Может, никто его и не раскрыл, просто какой-нибудь безмозглый менвит отдал приказ, совершенно не заботясь о том, как он будет его выполнять. Но кто прикажет слуге генерала? Только сам генерал. И надо было так глупо попасться, не успев отвести взгляд!
Снова и снова Ильсор пробовал восстановить в памяти события сегодняшнего дня, но воспоминания упорно заканчивались на расшитой орденами куртке Мон-Со. Рапорт полковника Ильсор выслушивал вместе с генералом, и ни о каком подвале там речи не шло. Командующий эскадрильей доложил, что запасная площадка для вертолётов оборудована и готова к работе. Запасной площадкой был великанов стол в комнате на втором этаже, куда вертолёты попадали через исполинское окно. Может, в связи с этим речь зашла и о подвалах? Баан-Ну не упустил бы возможности порассуждать о поджидающих там опасностях, а потом настрочить, как он героически победил их все до единой. А сначала послать на разведку раба.
Фонарь призывно мерцал внизу. Ильсор мельком подумал, что, может быть, в огромном замке и крысы под стать всему остальному, и осторожно сполз на двенадцатую ступень.
Его трясло — не от страха, а от холода. Ещё один признак того, что он был под гипнозом: бросился выполнять приказ, даже не подумав, что надо одеться потеплее. Как во сне, как в тумане. Это чувство было жутким и непривычным, осознание, что он не хозяин себе, полностью выбивало из колеи. Пока действие гипноза не кончилось, он даже думал менвитскими мыслями. Опасность при нападении врагов!
Допустим, он вернётся назад. Придётся вести себя как обычно. Он всего лишь раб, которому приказали забыть всё. Если спросят, расскажет про подвал. Важно другое — кто именно спросит…
Фонарь становился всё ближе, это немного обнадёживало.
Фонарь Ильсора выхватывал из темноты очертания камней, составляющих стены, потолок и дальняя часть коридора терялись в темноте. Коридор строили гигантским, как и всё остальное в замке, чтобы хозяин мог пройти. Этих кладовок хватит надолго, раз уж они решили здесь обосноваться. На полки, где, вероятно, раньше хранилась всякая снедь, можно закатывать бочки с топливом, когда его будет много, чтобы не хранить всё наверху и не подвергать опасности при нападении врагов. Нужно только придумать подъёмник, который позволит это делать быстро и безопасно.
Подвалы наверняка были предназначены не только для хранения припасов, тут должны были располагаться и другие помещения. Коридор заканчивался крутой лестницей. Ильсор лёг на край и посветил вниз, свет потонул в темноте, и стало холодно. Впрочем, это не от страха перед тем, что можно встретить внизу, а только оттого, что лёг животом на каменный пол.
Первая ступенька далась тяжело, вторая легче, потом он приноровился прыгать аккуратнее, не думая о том, как будет подниматься назад. Простая лестница для хозяйственных нужд, винтовая, без перил; если смотреть сверху, будет похоже на глаз, которым таращится подвальная темнота.
На одиннадцатой ступеньке он подвернул ногу и грохнулся, ободрав о безжалостный камень ладони и колени. Фонарь отлетел, громыхнул ступенькой ниже, перевернулся, мазнув светом по глазам, и провалился вниз. Внизу звякнуло стекло.
Накатила тьма, которая только и ждала этого момента. Ильсор прислушался, но слышал только своё дыхание. Капли воды остались наверху, слабая искорка света тлела внизу, но до неё ещё нужно было добраться.
Он сел и зализал ссадины на ладонях, досадуя на то, что не догадался захватить аптечку. Правда, которую он раньше не замечал, в темноте оказалась реальнее, чем при свете. Главный техник не мог пойти в подвал один, только с фонарём, кто бы его отпустил на такую опасную разведку? В подвал ещё никто не спускался, предпочитали осваивать пространство наверху. А он незаменим, это все понимали, но всё равно кто-то послал его вниз. Кому же он так неосторожно взглянул в глаза, что оказался здесь? Ильсор попробовал вспомнить, но память застилал блаженный белёсый туман. Значит, ещё и приказали забыть. Вывод напрашивался один: его послали с тем, чтобы он не вернулся.
Он отполз к стене и прислонился к ней, пытаясь успокоиться. Как хорошо, что гипноз развеялся в самый нужный момент. И всё же — кто? И зачем? Раскрыли? Значит, ему в самом деле лучше не возвращаться. Его милосердно послали на смерть, это лучше, чем оставшуюся жизнь провести рабом по-настоящему.
И всё же как не хватало информации!
— Домыслы, домыслы! — прошипел Ильсор, дуя на ладони. Любой поспешный вывод мог его погубить. Может, никто его и не раскрыл, просто какой-нибудь безмозглый менвит отдал приказ, совершенно не заботясь о том, как он будет его выполнять. Но кто прикажет слуге генерала? Только сам генерал. И надо было так глупо попасться, не успев отвести взгляд!
Снова и снова Ильсор пробовал восстановить в памяти события сегодняшнего дня, но воспоминания упорно заканчивались на расшитой орденами куртке Мон-Со. Рапорт полковника Ильсор выслушивал вместе с генералом, и ни о каком подвале там речи не шло. Командующий эскадрильей доложил, что запасная площадка для вертолётов оборудована и готова к работе. Запасной площадкой был великанов стол в комнате на втором этаже, куда вертолёты попадали через исполинское окно. Может, в связи с этим речь зашла и о подвалах? Баан-Ну не упустил бы возможности порассуждать о поджидающих там опасностях, а потом настрочить, как он героически победил их все до единой. А сначала послать на разведку раба.
Фонарь призывно мерцал внизу. Ильсор мельком подумал, что, может быть, в огромном замке и крысы под стать всему остальному, и осторожно сполз на двенадцатую ступень.
Его трясло — не от страха, а от холода. Ещё один признак того, что он был под гипнозом: бросился выполнять приказ, даже не подумав, что надо одеться потеплее. Как во сне, как в тумане. Это чувство было жутким и непривычным, осознание, что он не хозяин себе, полностью выбивало из колеи. Пока действие гипноза не кончилось, он даже думал менвитскими мыслями. Опасность при нападении врагов!
Допустим, он вернётся назад. Придётся вести себя как обычно. Он всего лишь раб, которому приказали забыть всё. Если спросят, расскажет про подвал. Важно другое — кто именно спросит…
Фонарь становился всё ближе, это немного обнадёживало.
Страница 1 из 26
