Основатели

— Итак, мои юные друзья, — начал Годрик своим зычным голосом, отразившимся по всему залу, — мы рады приветствовать в нашей школе. Сейчас вы пройдете небольшую процедуру распределения, и мы выясним, в чьем Доме вы будете учиться.

Гриффиндор приподнял шляпу и на мгновение замер с ней в руках. Хельга поспешно подтолкнула к нему пергаментный свиток, на котором были перечислены имена будущих учеников. Эта мысль в самый последний момент пришла в голову Ровене, которая поинтересовалась, а в каком собственно порядке Годрик собирается вызывать кандидатов.

Однако прежде, чем рыжеволосый мужчина успел прочитать хоть слово, заговорила сама шляпа. Где-то в районе тульи образовалась складка, напоминающая ротовое отверстие, и оттуда донеслось нечто, что через некоторое время присутствующими идентифицировалось как пение.

Я создана была, друзья,

Чтоб защищать от непогоды:

От снега, солнца и дождя -

О да, в любое время года

Я службу верную несла,

И так прошел б мой век недлинный,

Когда вдруг приобщилась я

К чудесной магии. Великий

Волшебник, сняв меня с главы,

Решил неплохо спор горячий.

На мне глаз не найдете вы,

Но моя сущность стала зрячей.

Я разгляжу в вас, молодежь,

Все планы и все устремленья

Скажу вам правду, а не ложь,

И передам на обученье:

Коль вы смелы, и коль в сердцах

Горят отвага и задор,

Вас поведет в лихих боях

Великий воин Гриффиндор.

Коли познаньем грезит дух,

И к книге тянется рука,

Вам Рейвенкло покажет путь

И наставленье даст всегда.

Коль жаждет славы и побед

Тот, кто честолюбив душой,

Тому — и здесь сомнений нет -

Поможет Слизерин легко.

А коли вы душой добры

И цените прилежный труд,

Откройте вы сердца свои,

Найдя у Хаффлпафф приют.

Я вам даю, друзья, совет:

Познайте самое себя.

А коль не слышите ответ -

То я решу за вас сама.

Пока шляпа пела, все остальные хранили гробовое молчание. Салазар столь сильно сжал кулаки, что ногти впились в ладони. Ни Годрик, ни он сам не планировали ничего подобного. Оставалось только признать, что происходящее — печальное последствие перекрестного заклинания. Бросив взгляд на Гриффиндора, лорд едва слышно скрипнул зубами. Голубые глаза Годрика были настолько широко распахнуты, что Слизерину захотелось немедленно одернуть его, попросив закрыть рот и сделать лицо поумнее. К счастью, будущие ученики настолько заслушались бредом, которой нес злосчастный головной убор, что этого времени хватило хозяевам замка, дабы прийти в себя.

Помолчав после окончания песни немного и убедившись, что больше никакой самодеятельности со стороны шляпы не будет, Годрик снова сосредоточил свое внимание на пергаменте. Взгляд Гриффиндора скользнул по списку, где каждое имя было выписано аккуратным почерком Ровены, и начал читать:

— Гонт, Грегори.

От толпы подростков отделился высокий тоненький юноша. На мгновение Годрик встретился с ним взглядом: черные глаза смотрели слишком высокомерно для столь нежного возраста. Рыжеволосый мужчина узнал в нем черты того молодого человека, что с отрядом солдат сопровождал их сюда более года назад, и вспомнил, как тот просил Салазара принять на обучение его брата.

Юноша остановился перед Годриком, и тому пришлось высоко поднять руку со шляпой, ибо ростом отрок ненамного уступал ему самому. «Табуретку им, что ли, подставить… А то неудобно тянуться.» — мелькнула мысль у Гриффиндора.

Шляпа едва коснулась лба юноши и тут же произнесла скрипучим голосом:

— Слизерин!

Грегори Гонт тут же отстранился от Гриффиндора и, почтительно поклонившись своему наставнику, отошел в сторону одного из четырех столов, расположенных перед столом лордов.

Остальные, видя, что ничего страшного не происходит, облегченно перевели дыхание, и некоторые начали нетерпеливо переминаться с ноги на ногу, дожидаясь своей очереди.

Вскоре распределение было закончено. Ровена с некоторым удивлением отметила, что за столом Салазара сидят только четверо подростков. Они изо всех сил старались удерживать на лицах маски равнодушия, однако по молодости лет это им не слишком хорошо удавалось, и в их взглядах чувствовалось удовлетворение.

У самой себя баронесса обнаружила шестерых, причем двое из них, как ни странно, наверняка были земляками Салазара. Юноши несколько раз оглядывались на правый стол, однако промолчали. У Годрика и Хельги сидело по семь человек, причем среди них Ровена не разглядела ни одной черноволосой головы.

Первые дни прошли спокойно. Ровена, тщательно подошедшая к вопросу обучения, была довольна своими студентами.