Основатели

Лорд Годрик практически всегда выглядел веселым и добродушным, но сейчас, с ребенком на руках, он смотрелся как-то по-особенному. Его огромные руки крайне осторожно держали худенькую фигурку девочки, и, целуя ее, мужчина очень нежно и бережно коснулся губами гладкой щеки.

— Здравствуй, принцесса, — поприветствовал Гриффиндор малышку, все еще держа ее на руках. — Где Салазар, не знаешь?

— Ну вот, — Саласия надулась. — А я-то думала, ты ко мне пришел.

— Извини, — Годрик присел на мягкий табурет и разместил девочку у себя на коленях. — Времени совсем нет. Что-то мы не просчитали: учеников становится все больше, а нас всего четверо. К тому же, — он заговорщицки склонился к черноволосой головке, — помнишь, когда мы играли в лошадку? Салазару это тогда очень не понравилось.

Саласия хихикнула. Аннис поразило, как она изменилась, находясь рядом с Гриффиндором. От капризности и командного тона не осталось и следа. Девочка льнула к мужчине, выглядя нежной и беззащитной. И… счастливой.

— О да, — согласилась Сэл, потеревшись щекой о плечо Годрика. — Он тогда так сердился на тебя…

— Ну вот, а я всего лишь играл с моей маленькой принцессой. А ты, — Гриффиндор огляделся, — одна?

— Да, — Саласия снова надулась. — Хелена уехала куда-то с тетей Ровеной. А отца до вечера не будет. Они там с Грегори что-то делают. Опять меня все оставили… Но, — добавила она, — может, к себе он вернется раньше.

— Спасибо, — Годрик снова поцеловал ее, теперь уже в макушку.

В этот момент дверь распахнулась вновь, и в комнату вошел Слизерин. Увидев Гриффиндора со своей дочерью на руках, лорд сузил глаза, и его тонкие губы сами собой сжались в единую линию. Саласия мгновенно, неуловимым движением соскользнула с колен Годрика и поскорее ушла с линии огня. Атмосфера в комнате накалилась, однако рыжеволосый мужчина, казалось, этого не заметил. Поднявшись на ноги, он улыбнулся и шагнул к Слизерину.

— Салазар, я как раз тебя искал! — он подошел к корнуольцу и положил руку ему на плечо. — Я хотел обсудить…

Он говорил, а Слизерин тем временем смотрел на дочь. Та опять преобразилась: идеально прямая спина, сложенные руки, кротко опущенный взгляд. Казалось, весь ее облик говорит: я — самая что ни на есть тихая и послушная девочка.

Салазар позволил Годрику увлечь себя из игровой комнаты, и, стоило двери за мужчинами захлопнуться, Саласия без сил опустилась на табурет. Аннис осторожно выползла из своего укрытия.

— А ты у нас, оказывается, та еще актриса, — переведя дыхание, пробормотала девушка. Черноволосая девочка лишь презрительно пожала плечами.

— Отец говорит, что только идиоты ведут себя со всеми одинаково. Поведение зависит от собеседника и обстоятельств.

Аннис лишь покачала головой. Она не понимала этого и не желала понимать.

А в это время Ровена переступала порог «Трех метел», крепко держа Хелену за руку. Девочка молча шла рядом с матерью, не пытаясь ничего спрашивать. Баронесса искренне любила дочь, но, пока та была совсем маленькой, не представляла, что с ней делать. Едва надобность в кормилице отпала, ее отослали обратно в Лондон, и Ровена наняла женщину из местных. Вместе с кормилицей Саласии та заботились о девочках. Вместе — потому что девочки почти все время проводили вместе. Только ночевать Хелена возвращалась наверх: Ровена была твердо уверена, что детям в подземельях не место. Она и Салазара пыталась убедить, что ребенку нужен свежий воздух, но Слизерин предпочитал, чтобы его дочь оставалась рядом с ним.

Когда же девочки подросли, Ровена начала давать им задания, которые и Хелена, и Саласия выполняли с большим интересом. Учиться нравилось обеим, и это полностью удовлетворяло леди.

Она не желала лишиться дочери, а то, что должно было произойти сегодня, могло стать причиной подобного.

Войдя в трактир, неожиданно пустой, баронесса обнаружила вольготно расположившегося там высокого черноволосого мужчину. При ее появлении мужчина встал и сделал несколько шагов вперед. Свет упал на его лицо, и Ровена узнала Джильбертуса Гонта. Годы, прошедшие с момента их последней встречи, ничуть не умалили его красоты, напротив, черты окончательно оформились, превратив тоненького юношу в представительного мужчину.

— Мое почтение, госпожа баронесса, — Джильбертус склонился в церемонном поклоне. Ровена машинально протянула ему руку, которую мужчина галантно поцеловал.

— Добрый день, — негромко, стараясь не выдать своего волнения произнесла леди. — Признаться, я удивлена, увидев Вас здесь.

Лорд Гонт тонко улыбнулся.

— Я здесь ради Мастера Салазара. Он… просил составить компанию человеку, желающему увидеться с Вами. Я, разумеется, не буду присутствовать при семейной встрече, однако…

Взгляд глубокий черных глаз встретился со взглядом Ровены, и женщина поняла то, чего он недоговорил.