Стакан воды

Йогг-Сотот!» — выводили полупереваренные сливы.

— Интересно, Гермиона запланировала такой эффект в качестве мести за то, что я не женился на Джинни, или это трагическая случайность? — спросил Гарри у Гермеса.

«Сходил бы ты за продуктами, дружок», — телепатировала ему статуя.

В дверь постучали. Гарри бросил взгляд на часы. Стрелки остановились на цифре «три».

Кто бы это мог быть? Наверное, Рон. Неужели трудно сообразить, что невежливо наносить визиты в такую рань? Приличные люди к этому часу только приступают к завтраку. Выругавшись, Гарри отставил чашку с недопитым чаем и пошел открывать.

— Ну, какого черта тебя принесло? — начал он и осекся.

На пороге стоял Малфой.

Если бы Гарри специально выбирал самое неподходящее начало для беседы, вряд ли он сумел бы придумать худшее.

— Хочешь поразить меня своей вежливостью? Не утруждайся, — сказал Драко после секундного замешательства. — Я знаю, что ты из себя представляешь. Иногда мне кажется, что вас со Снейпом воспитывал один и тот же тролль.

Гарри открыл рот. Потом снова закрыл и растерянно поглядел на гостя.

— Что ж, раз мне настолько не рады, придется уйти, — Драко сделал шаг назад.

— Нет, нет, — очнулся Гарри. — Я ждал другого человека. Заходи.

— Не хотелось бы мне быть этим «другим», — заметил Драко, переступая порог.

— Не стоит беспокоиться. Ты — единственный в своем роде.

— Это неискренний комплимент или неуместная ирония?

— Это констатация приятного факта. Будь таких, как ты, много, мир превратился бы в филиал Ада.

— Таких, как я, не может быть много. К счастью, к таким, как ты, это тоже относится. Стоит подумать о мире, заполненном полоумными грязнокровками с манией величия, как хочется освежить в памяти запас непростительных проклятий.

— Нравится тебе оскорблять людей, как я погляжу.

— Ты прав. Нравится.

— Это потому, что сам ты ничего из себя не представляешь. Надо же тебе как-то самоутверждаться.

— Не путай роли, Поттер. Это была моя реплика.

— Ты всегда так ведешь себя в гостях?

— Нет, только у тебя. Ты меня раздражаешь.

— Наши чувства взаимны. И сядь ты, ради Мерлина! Не понимаю, почему мы разговариваем стоя.

— Потому что гость не должен садиться, пока ему не предложат этого сделать, — пояснил Драко светским тоном. — Если только он не инвалид и не немощный старец. Ты же не считаешь меня инвалидом?

Он выбрал кресло, на котором не валялись носки и газеты, и опустился в его пыльные глубины.

— Я считаю тебя… — начал Гарри, но продолжить ему не удалось: из живота снова послышались таинственные звуки, подобные тем, которые издавала легендарная Гримпенская топь.

Хозяин и гость переглянулись, после чего хозяин сделал вид, что звуки не имеют к нему никакого отношения, а гость сделал вид, будто этому поверил.

— Видимо, я должен тебя чем-нибудь угостить, — сказал Гарри после неловкой паузы.

— Так принято, — согласился Драко. — Нелепые предрассудки, но что поделаешь? Приходиться им следовать, если не хочешь прослыть человеком, не ведающим приличий. Впрочем, тебе терять нечего. Погубить твою репутацию так же невозможно, как потопить швейцарский флот.

— Флер тонко подметила: ты — просто душка, — ухмыльнулся Гарри. — Что будешь пить?

— Кофе, если тебя не затруднит.

Гарри поплелся на кухню, ругая себя за непредусмотрительность, — он очень сомневался, что среди его скудных припасов обнаружится кофе. Сливы совершенно распоясались и квакали, как лягушачий хор по весне.

Распахнув шкафчик, Гарри взмолился о чуде, и чудо свершилось: за неряшливо надорванными пакетами с корнфлексом стояла баночка, наполненная коричневым порошком. Вздыхая, Гарри потыкал в нее ножом, раздробив слежавшийся кофе на несколько кусков, нашел не совсем грязную чашку и со всем этим добром вернулся в гостиную. Зачарованный чайник плыл следом, наклоняясь в такт шагам Гарри и выплескивая кипяток из носика на затоптанный ковер.

Драко поглядел на гостеприимного хозяина, и уголки его губ поползли вверх.

— Будешь ухмыляться, как Мона Лиза — деревянная рама тебе обеспечена, — буркнул Гарри, локтем спихивая со стола стопку пыльных детективов.

— Грубиян, — Драко достал носовой платок, обернул им руку и помог Гарри расчистить место для чайника. — Почему у тебя так грязно? Неужели Добби от тебя сбежал?

— Нет, я попросил его пожить в доме на площади Гриммо — Люпину и Тонкс нужна помощь по хозяйству.

— Так его, — Драко ухмыльнулся. — Наверное, уже жалеет о том, что решил сменить хозяев.

— Он любит меня, — холодно сказал Гарри, бросая в чашку кусок окаменевшего кофе и заливая его кипятком.

— Он так говорит, Поттер. Эльфы — хитрые твари, как все потомственные рабы.