Игроки

Игроки

Джон открыл глаза и удивленно уставился на незнакомый потолок — серый, с обвалившейся штукатуркой и местами в трещинах. В ставшей родной спальне на Бейкер-стрит потолок был исключительно белые, и на них уж точно не было ни одной трещины — Джон любил разглядывать его спросонья.

Осознав, что находится в неизвестном месте, он попытался сесть, но не смог пошевелиться — запястья и лодыжки были крепко связаны. Он решил осмотреться, но из-за связанных над головой рук ему увидеть удалось лишь дверь и окно.

Комната, судя по обозримой ее части, была не очень большой. Стены выглядели так же плохо, как потолок, — свисавшие тут и там оборванные куски обоев были серого цвета. Больше ничего Джон рассмотреть не сумел.

Зато сразу ощутил, что в комнате воняет плесенью. Это наводило на мысль о близком расположении здания к воде. Правда, на этом его дедуктивные способности закончились — больше он ничего понять не смог.

Последнее, что помнил Джон, — он заснул в своей постели, так и не дождавшись Шерлока. Облегченно вздохнув, он решил, что ему просто снится не очень приятный сон. Это его весьма обрадовало.

«Да, но можно ли во сне так отчетливо помнить, что ты ложился спать?» — задался вопросом Джон, и его радость заметно поубавилась.

Он решительно не понимал, где находится и как, а главное — почему сюда попал. И это его пугало. Почувствовав, что его начинает накрывать паника, Джон медленно вдохнул и выдохнул. Пришлось повторить это несколько раз, прежде чем удалось взять себя в руки.

— Что происходит? — тихо поинтересовался он у потолка — то ли в надежде услышать ответ, то ли в попытке разбавить тишину.

Но ни то, ни другое не удалось. Джон бессильно вздохнул. Он не понимал, как себя вести и что делать. Единственной надеждой оставался Шерлок. Джон прикрыл глаза и приготовился ждать. Он вслушивался в тишину, надеясь уловить хоть какие-нибудь звуки, но уши словно залили воском. Странное ощущение тягучести заполнило разум, и Джону даже показалось, что он уже мертв.

Шерлок проснулся ровно в восемь часов и две минуты. Он всегда просыпался именно в это время. Почему — не мог объяснить. Конечно, его могли разбудить и раньше, но тогда все пошло бы наперекосяк. Когда Шерлок открывал глаза и видел на часах нужные цифры, он вздыхал с облегчением и даже позволял себе улыбнуться.

В этот раз все было точно так же. Шерлок поднялся, потянулся и поплелся в ванную. Однако дошел только до двери спальни, когда мозг подкинул ему проблему — отсутствие Джона. За последние полгода Шерлок настолько привык быть рядом с Джоном, что порой ему казалось, будто он попал в аномальную зону. Ведь он точно знал, что чувствовать человека нереально — ни одна наука не доказала эту возможность. Но он же чувствовал. Шерлок точно знал, когда Джон был расстроен или сердит. И когда счастлив тоже. Или просто… был.

А теперь Шерлок чувствовал, что Джона нет. Ладно, даже отбросив в сторону глупости вроде ощущений, он мог наверняка сказать, что произошло какое-то из ряда вон выходящее событие. Джона не было в квартире — чуткий слух Шерлока не уловил ни единого звука. При этом Джон не мог уйти — ящик его комода с одеждой был открыт ровно на дюйм, как и накануне ночью, когда Шерлок ложился спать.

Медленно развернувшись и окинув комнату взглядом, он понял, что все даже хуже, чем показалось поначалу. Джон никогда никуда не ушел бы без телефона — ведь ему могут звонить его ненаглядные пациенты! Но сейчас — Шерлок знал наверняка — телефон благополучно лежал под подушкой: она была помятой, хотя Джон перед уходом всегда ее взбивал.

Как будто Джон просто вышел в туалет.

И Шерлок едва не поддался странному порыву поверить в эту наиглупейшую надежду, но все же решил проверить. Он быстро спустился по лестнице и дернул нужную дверь, чуть ли не молясь, чтобы она была закрыта. Но она поддалась так легко, что Шерлок едва успел отдернуть пальцы — ручка с громким стуком врезалась в стену.

Внутри было темно.

Шерлок внезапно почувствовал, как его накрывает паникой, как виски сжимает болью, как перехватывает дыхание. Он знал эти симптомы и ненавидел их больше всего на свете. Панических атак у него не было со школы. И сейчас (чертов Джон, который так сильно его к себе привязал) Шерлок чувствовал себя двенадцатилетним мальчишкой. Только рядом не было ни мамы, ни брата. Справляться надо было самому.

Шерлок несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, сжал пальцами виски и крепко зажмурился.

— Торий, протактиний, уран, нептуний, плутоний, америций, кюрий, берклий, калифорний, эйнштейний, фермий, менделевий, нобелий, лоуренсий, — медленно проговорил он, вспоминая основные характеристики каждого элемента. Мама всегда говорила ему, что во время панических атак главное — отвлечься.

— Ты нужен Джону, — раздраженно добавил Шерлок. — Давай же, успокаивайся. Ра-ци-о-наль-ность, Шерлок.