Я подарю тебе звезду

Когда он, наконец, перестал тормошить и обнимать Гермиону, и они все уселись в клесла, Гарри начал ей объяснять:

— Понимаешь, бельчонок, Малфои живут сейчас в Новой Зеландии, очень уединённо.

«А вот и Новая Зеландия», — оторопело подумала Гермиона, только недавно её вспоминавшая. А Гарри между тем продолжал:

— Они и не знали, что происходит здесь у нас. Но позавчера Нарцисса вернулась домой и написала мне. Мы встретились, и я случайно рассказал ей о твоей проблеме. Ты же знаешь, что она не уникальна. Такое уже случалось с магглорожденными раньше: когда они сильно и помногу расходовали свою магическую энергию, их неприспособленные и менее… э-э-э… эластичные? — Гарри вопросительно глянул на Нарциссу, та кивнула, и он более уверенно продолжил. — Их менее эластичные энергоканалы у ментального и астрального тела… ну… как бы сводило «судорогой» от перенапряжения. И любые попытки пробить этот естественный блок только усиливали отторжение. И получалась исключительная ситуация, когда магические проводники не проводят магию, реагируя на неё, как на… м-м-м… аллерген. Раздражитель. Сжимаясь всё сильнее. Ну, это ты знаешь… — смутился он и прочистил горло. — Чтобы снять этот«спазм» энергоканалов, нужен«спазмолитик». Магическая энергия, которую ты не отвергнешь и которая снимет зажимы, чтобы постепенно твои «сосуды» снова смогли перегонять энергию.

— И у миссис Малфой есть этот «спазмолитик»? — уточнила Гермиона.

— Я сама и есть ваше лекарство, Гермиона, — глубоким, хорошо поставленным голосом ответила Нарцисса. — Видите ли, у каждого мага с рождения есть свои уникальные способности, которым большая часть колдунов и ведьм предпочитает не придавать значения и развитию которых не уделяет должного времени. Но одной из традиций семьи Блэк было внимание к особым талантам ребёнка: нас обучали чувствовать свою магию. Мне вот досталось умение входить в резонанс практически с любым волшебником. Это как игра на музыкальных инструментах: когда один попадает в такт с другим, и из их общего звучания рождается музыка. Ваш инструмент сломан, но его можно починить и настроить заново… Если вы готовы со мной работать.

Глава вторая. Надежда

Гермиона застыла. В голове совершенно не было мыслей.

Она так долго убеждала себя: проблема нерешаема, что всем сердцем поверила в это. Искала другие пути, новый смысл жизни. Она закопала надежду так глубоко, что сейчас даже не смогла почувствовать воодушевление.

Зато Гарри, казалось, радовался за двоих.

Несправедливо так мучить друга, он ведь даже с невестой ругается из-за неё. Джинни считает, что Гарри слишком носится с Гермионой.

И сама Гермиона тоже так считала. Но Гарри никогда не удастся убедить сложить руки. Он будет биться головой в кирпичную стену, пока не пробьёт. Хорошо, если стену.

— Я готова с вами работать, — сдалась Гермиона. Нарцисса встала и повернулась к Гарри.

— Думаю, нам понадобится уединение. Вашей подруге сейчас нужно избегать любого влияния посторонней магии, кроме моей. Это будет мешать ослаблению блоков. Гарри, постарайтесь убедить ваших друзей временно не приходить сюда.

«Они и так не очень-то приходят», — язвительно прокомментировала это Гермиона. Про себя, чтобы не расстраивать Гарри.

— Я так понимаю, — оглядывая дом, уточнила Нарцисса, — никаких магических вещей и артефактов здесь сейчас нет? — Гарри закивал. — Хорошо. И боюсь, вам самому тоже пока не стоит приходить.

— Как долго? — расстроился тот.

— Я не знаю. Всё зависит от Гермионы.

Гарри озабоченно запустил руку в вихры на затылке, пару раз дёрнул (видимо для стимуляции мыслительного процесса) и кивнул. Он переводил взгляд с Гермионы на Нарциссу, словно никак не мог решиться попросить одну из них быть осторожней с его подругой, а другую — не обидеть свою спасительницу.

— Я буду осторожна. Я буду паинькой, — хором сказали они, замерли и дружно рассмеялись. Гарри тоже заулыбался, ещё раз контрольно обнял Гермиону… и, к её глубокому изумлению, Нарциссу тоже, пожелал им удачи и ушёл.

— О чём эти книги? — без всякого предисловия спросила Нарцисса, показывая на раскиданные повсюду учебники.

— Это маггловские научные дисциплины, — удивлённо ответила Гермиона, — физика, химия, математика…

— Зачем они вам?

«Что за странный допрос?» — разозлилась Гермиона.

— Я буду поступать на астрофизику в маггловский университет.

— Для чего? — опять раздражающий вопрос. Гермиона закипала. Горящая лампочка над её головой предупреждающе мигнула, а кожа зачесалась, намекая на очередной приступ «кактусовой болезни».

— Я не собираюсь сидеть дома и скорбеть о несбывшемся! — жёстко заявила Гермиона. — Я не только волшебница, но и!

— Ты волшебница, — внезапно прервала её излияния Нарцисса. — Ты умеешь колдовать, а значит, ты волшебница, а не маггла.