Фандом: Ориджиналы. Хуже нужды покидать обжитый замок отца и отправляться в заброшенный храм, чтобы добыть Рог Изобилия, не может быть ничего. Так думала владелица разоренного феода, леди Морена. Ошибка стала очевидной, когда ей пришлось взять в напарники Артраана — преследующего свои цели дракона с вполне человеческими замашками, анекдоты о котором ходят по всему Северу…
Добавить в моё избранное
292 мин, 36 сек 13542
— Кое-что в этом храме принадлежит нам, и мы намерены взять это. Рушить ничего не будем. Уступи дорогу.
— Тебе здесь ничего не принадлежит, гадкая полуптица! Уходите, покуда мы стражу не позвали! Моя госпожа вам этого богохульства так не оставит…
— Теперь я ваш господин, — Йолис достал из-за пазухи бумажный сверток и бросил его к ногам Миррарда. В одной из страниц медленно разворачивающейся стопки желтоватых бумаг узнавался титульный лист договора купли-продажи. — Отныне и земля, и стража, и этот храм, и даже ты сам — принадлежите мне. Повторяю в последний раз: уступи дорогу.
— Нет… Это ложь! Морена никогда не продала бы нас! — отступил священник.
— Корабль, на котором Морена инф Сеолдар отправилась в плаванье, затонул неделю тому назад. Не выжил никто. Сожалею, — сказал Йолис, проходя мимо старика. Монахи отпустили рукава незваных гостей и в ужасе отпрянули от них. Больше гробовую тишину не нарушало ничего, кроме мечей, трущихся и ударяющихся о доспехи.
Известие стало для Миррарда громом среди ясного неба. Он потерял дар речи и перестал двигаться. Слышал священник лишь глухой стук сердца. «Нет, нет, этого не может быть»… — твердил он сам себе, качая головой. «Неделю назад? Но феод нельзя продать так быстро!» — вдруг осенило его. Старик обернулся и посмотрел на чужаков. Один из них держал пергамент, исчерченный символами и оттого походивший на карту. Еще шестеро ползали по полу близ алтаря, ощупывая камни. А тот, что был главным, да его приближенная, за подчиненными наблюдали.«Они пришли сюда за ларцом. Я должен помешать им,» — твердо решил Миррард. Он взял молодого голубоглазого монаха за рукав и шепотом сказал ему:
— У меня есть поручение для тебя, Кейхой. Иди в Сеймурд, найди там, на площади, лавку сапожника. Спроси юношу Авейно. Белокурый кудрявый мальчишка, узнаешь его сразу. Передай ему эти слова: «Белый волк у ворот. Пусть лес домом нам будет». И попроси его взять теплые вещи. Понял?
— Я все сделаю.
— Возьми Мышонка. Избегай больших дорог и чьего-либо внимания. Спеши.
Кейхой кивнул и покинул здание. Миррард же проводил его взглядом и скрылся за широкой колонной.
— Нашел! — крикнул один из приспешников Йолиса, тыча когтем в ничем не примечательный камень, неотличимый от сотен других, умащивающих пол. Д`Экейм Подошел ближе.
— Вытащи его, Кадо, — приказал он. Кадо кивнул и принялся выскребать землю и глину вокруг до блеска натертого тысячами сопог камня. Когда он достал булыжник, на обратной его стороне, погруженной в землю, стала заметна резная фигурка, похожая на ключ. — Прекрасно, — сказал Йолис, приняв ее, и взошел на алтарь. Внимательно осмотрев скульптуры, изображающие сотворение животных, Ревном подаренных людям, он подошел к стоящей где-то сбоку каменной собаке. Выдув из пасти пса веками скапливающуюся пыль, предводитель отряда обнаружил отверстие, подходящее для его фигурного камня. Несколькими секундами позже ключ оказался в собачьей пасти и с тихим скрипом исчез в ней.
Что-то щелкнуло. Раздался глухой грохот, посыпалась штукатурка; из-под потолка упали и разбились несколько расписных птиц. Любопытствующие до того монахи попятились и выбежали из храма прочь. В центре алтаря отошла от стены и начала поворачиваться фигура коня с восседающим на ней человеком — Лайердом Пламенное Сердце. За скульптурой открылся темный проход.
— Достать фонари, — приказал д`Экейм, извлекая из своей сумки хрустальный шарик. Отряд последовал его примеру (неподвижной осталась лишь Риддигэй). Двух ударов о ладонь вполне хватило, чтобы шарики начали источать рассеянный свет. Йолис взял широкий пергамент из рук помощника. — Карта у нас одна, поэтому идем за мной цепочкой. Не отставать, не расходиться. Тебя это тоже касается, д`Сейфрид, — раздал он указы и двинулся вперед, держа магический светильник перед собой. Отряд последовал за ним.
Когда в тоннеле стал исчезать свет, ведущем под землю, Миррард вышел из-за колонны и, сняв со стены и погасив другой хрустальный шар, отправился за отрядом следом. «Одна у них, значит, карта? Необходимо забрать ее. Посмотрим, что они сделают против человека, который знает об этом подземелье все»…
Тоннель уходил все ниже и ниже под землю. Йолис шел впереди, держа на вытянутой руке фонарь, и время от времени сверяясь с картой. Рядом с ним шагала ученица. Ход становился все уже и уже, по бокам появились мрачные провалы — ответвления, ведущие невесть куда. Под ногами путников разбегались пауки и многоножки, а над их головами свисали клочья паутины.
Их преследователь же держался на приличном расстоянии, но огоньков из виду не выпускал. В один момент он отвел в сторону левую руку, коснувшись стены, и нащупал один из провалов. Смело в него шагнул и зажег свой фонарик. Он был в лабиринте, план которого знал еще с детства. И был он тут не в первый раз: в храме находился лишь «парадный» вход в подземелье.
— Тебе здесь ничего не принадлежит, гадкая полуптица! Уходите, покуда мы стражу не позвали! Моя госпожа вам этого богохульства так не оставит…
— Теперь я ваш господин, — Йолис достал из-за пазухи бумажный сверток и бросил его к ногам Миррарда. В одной из страниц медленно разворачивающейся стопки желтоватых бумаг узнавался титульный лист договора купли-продажи. — Отныне и земля, и стража, и этот храм, и даже ты сам — принадлежите мне. Повторяю в последний раз: уступи дорогу.
— Нет… Это ложь! Морена никогда не продала бы нас! — отступил священник.
— Корабль, на котором Морена инф Сеолдар отправилась в плаванье, затонул неделю тому назад. Не выжил никто. Сожалею, — сказал Йолис, проходя мимо старика. Монахи отпустили рукава незваных гостей и в ужасе отпрянули от них. Больше гробовую тишину не нарушало ничего, кроме мечей, трущихся и ударяющихся о доспехи.
Известие стало для Миррарда громом среди ясного неба. Он потерял дар речи и перестал двигаться. Слышал священник лишь глухой стук сердца. «Нет, нет, этого не может быть»… — твердил он сам себе, качая головой. «Неделю назад? Но феод нельзя продать так быстро!» — вдруг осенило его. Старик обернулся и посмотрел на чужаков. Один из них держал пергамент, исчерченный символами и оттого походивший на карту. Еще шестеро ползали по полу близ алтаря, ощупывая камни. А тот, что был главным, да его приближенная, за подчиненными наблюдали.«Они пришли сюда за ларцом. Я должен помешать им,» — твердо решил Миррард. Он взял молодого голубоглазого монаха за рукав и шепотом сказал ему:
— У меня есть поручение для тебя, Кейхой. Иди в Сеймурд, найди там, на площади, лавку сапожника. Спроси юношу Авейно. Белокурый кудрявый мальчишка, узнаешь его сразу. Передай ему эти слова: «Белый волк у ворот. Пусть лес домом нам будет». И попроси его взять теплые вещи. Понял?
— Я все сделаю.
— Возьми Мышонка. Избегай больших дорог и чьего-либо внимания. Спеши.
Кейхой кивнул и покинул здание. Миррард же проводил его взглядом и скрылся за широкой колонной.
— Нашел! — крикнул один из приспешников Йолиса, тыча когтем в ничем не примечательный камень, неотличимый от сотен других, умащивающих пол. Д`Экейм Подошел ближе.
— Вытащи его, Кадо, — приказал он. Кадо кивнул и принялся выскребать землю и глину вокруг до блеска натертого тысячами сопог камня. Когда он достал булыжник, на обратной его стороне, погруженной в землю, стала заметна резная фигурка, похожая на ключ. — Прекрасно, — сказал Йолис, приняв ее, и взошел на алтарь. Внимательно осмотрев скульптуры, изображающие сотворение животных, Ревном подаренных людям, он подошел к стоящей где-то сбоку каменной собаке. Выдув из пасти пса веками скапливающуюся пыль, предводитель отряда обнаружил отверстие, подходящее для его фигурного камня. Несколькими секундами позже ключ оказался в собачьей пасти и с тихим скрипом исчез в ней.
Что-то щелкнуло. Раздался глухой грохот, посыпалась штукатурка; из-под потолка упали и разбились несколько расписных птиц. Любопытствующие до того монахи попятились и выбежали из храма прочь. В центре алтаря отошла от стены и начала поворачиваться фигура коня с восседающим на ней человеком — Лайердом Пламенное Сердце. За скульптурой открылся темный проход.
— Достать фонари, — приказал д`Экейм, извлекая из своей сумки хрустальный шарик. Отряд последовал его примеру (неподвижной осталась лишь Риддигэй). Двух ударов о ладонь вполне хватило, чтобы шарики начали источать рассеянный свет. Йолис взял широкий пергамент из рук помощника. — Карта у нас одна, поэтому идем за мной цепочкой. Не отставать, не расходиться. Тебя это тоже касается, д`Сейфрид, — раздал он указы и двинулся вперед, держа магический светильник перед собой. Отряд последовал за ним.
Когда в тоннеле стал исчезать свет, ведущем под землю, Миррард вышел из-за колонны и, сняв со стены и погасив другой хрустальный шар, отправился за отрядом следом. «Одна у них, значит, карта? Необходимо забрать ее. Посмотрим, что они сделают против человека, который знает об этом подземелье все»…
Тоннель уходил все ниже и ниже под землю. Йолис шел впереди, держа на вытянутой руке фонарь, и время от времени сверяясь с картой. Рядом с ним шагала ученица. Ход становился все уже и уже, по бокам появились мрачные провалы — ответвления, ведущие невесть куда. Под ногами путников разбегались пауки и многоножки, а над их головами свисали клочья паутины.
Их преследователь же держался на приличном расстоянии, но огоньков из виду не выпускал. В один момент он отвел в сторону левую руку, коснувшись стены, и нащупал один из провалов. Смело в него шагнул и зажег свой фонарик. Он был в лабиринте, план которого знал еще с детства. И был он тут не в первый раз: в храме находился лишь «парадный» вход в подземелье.
Страница 52 из 86
