Две цепочки следов

— Плохо. Незаметно не угнать… — Морена повернула коня и зашагала куда-то вглубь комнаты.

— Куда ты?

— Искать тех, кто знает, как расхлебывать вашу кашу. Что мне делать еще? — женщина обнажила меч и, отведя руку, провела острием по стене, сложенной из грубо отесанных каменных блоков.

— Позволь идти с тобой!

Швы между каменными плитами засветились. В конце залы открылось еще три портала.

— Милости прошу, — бросила через плечо Хранительница. Отряд воинов Риддигэй приблизился к самой правой каменной арке, в которой мерцало изображение небольшой скромно обставленной комнатушки. Морена вместе с лошадью исчезла в портале. Следом за ней прошли и осейю.

По ту сторону магических врат оказалось вполне пригодное для проживания помещение: скромно обставленная теплая комнатушка, в которую свет попадал сквозь маленькие застекленные окошки. Где-то в темноте виднелась широкая лавка, чуть поодаль — стол, на котором стояла почти до основания сгоревшая свеча. Хранительница знала, что это был маленький домик, затерянный где-то в глуши тысячелетних лесов Восточного Озерного Края на территории соседнего королевства — Хардостала. Именно тут она надеялась застать бежавших Миррарда и Авейно, но домик, очевидно, был пуст. Морена спешилась и, настороженно осмотревшись, подошла к камину, дотронулась до камней, из которых был сложен очаг.

— Еще теплые… — сказала она. Затем приблизилась к столу и провела по его поверхности ладонью. — И пыли нет. Они были тут, это точно. Скажи, Риддигэй, куда мог направиться человек, потерявший дом и надежду встретить боевого товарища?

— Говорят, где-то около верхних порогов реки Эдги ополченцы разбили большой лагерь. Обездоленные стекаются туда.

— Значит, и наш путь теперь туда лежит. Пороги Эдги… Ближе всего к этому месту расположен портал Черной Башенки. А в Башенку можно попасть через Олений Грот, — размышляла вслух Морена, стараясь припомнить, через какие магические врата следует пройти, чтобы не пришлось долго тащиться до лагеря пешком. Густая сеть порталов, которой пользовались Хранители, позволяла им быстро добраться до любой точки на карте Эрдарэя. — У нас есть маршрут, дамы и господа! — наконец, объявила она. — Идемте.

Хранительница взяла свою лошадь под уздцы и, откинув занавеску с большого старого зеркала, постучала по его поверхности. Металл, некогда отполированный до блеска, а ныне едва отражающий силуэты приблизившихся людей, засветился и показал широкую сумрачную пещеру с высокими сводами. Еще несколько таких переходов, и, если верить расчетам Морены, отряд должен был оказаться в Черной Башенке — заброшенной колокольне, которая стоит неподалеку от первых порогов могучей реки Эдги.

Решение

Духи предков редко являлись живым людям, и чаще всего оказывались бесплотными. Те из них, кого называли добрыми, могли защитить, дать мудрый совет или принести предостережение об опасности. Их любили, к ним во все времена относились с почтением. Но эти духи не имели ничего общего с нежитью, что пришла с Гиблых Пустошей сегодня.

Эти еще свежие, промерзшие до костей и твердые, словно камень, туши животных да немногочисленные человеческие скелеты словно созданы были для того, чтобы нести смерть. В них не осталось и следа от характеров ручных питомцев и, должно быть, незлых людей, что гуляли по этой земле еще несколько лет назад: добрые глаза заменили злобные зеленоватые огоньки, а милосердие и осторожность уступили место кровожадности, стремлению рушить и убивать все на своем пути. Сражаться с ними, по словам ополченцев, было несложно, и восставшие мертвецы рубились ими без жалости, какая обычно бывает в схватке с живыми противниками: угасающих под мечами и топорами родственных душ не видел никто.

Отдельные группы восставших, состоящих в основном из злобного зверья, бродили в окрестных лесах, нападали на любого встречного и нередко устраивали набеги на лагерь ополченцев. В таком положении последним ставалось радоваться лишь тому, что здесь, на Севере, принято сжигать покойников на погребальных кострах, а не закапывать их в землю, которая большую часть года остается твердой, словно лед: опыт вояк из южных краев показал, что стычки с человеческими скелетами, нашедшими себе кое-какое оружие, имеют обыкновение заканчиваться очень плохо…

Чтобы защититься от внезапных нападений отрядов нежити и получить широкий обзор, ополченцы разбили лагерь прямо на хребтах холмов Клоуз<sup>1</sup>, глубокие лощины меж которыми соединяли протянувшуюся вдоль Эдги узкую, словно ремень, равнину и ледяную гладь реки. Здесь, окруженные крутыми склонами и кое-как сколоченными защитными ограждениями, укрылись ряды палаток и костры, у которых грелись и готовили пищу люди.

Вернулись тяжелые времена; вояки, и раньше относившиеся к черным драконам с уважением, были рады увидеть их в лагере; мирные же жители, бежавшие сюда из разоренных селений, старались, по крайней мере, не выказывать неприязнь к «порождениям Тьмы».