Мне не нужен мир

Ему дали жену и трон, советников и простор для отдыха, но мысли вертелись вокруг страшной тайны, оставленной в подземельях, куда не было хода никому, кроме крыс и несчастного узурпатора. Они видели его жестоким человеком, захватчиком, нарушителем спокойствия, их семьи не пострадали от огня драконов так, как его. Красавица-жена напоминала мертвую Лианну, но холод ее губ и презрение слов прогоняли всякое желание. Союз с Ланнистерами необходим — вот в чем было дело. Скользкий отец, брат-клятвопреступник и язвительный ребенок-карлик — вот каким было приданое Серсеи.

В очередной раз спустившись под город, Роберт открыл клетку и вошел внутрь. У него осталось лишь одно поле боя — крохотная камера на самом дне, с единственным врагом. Рейгар лежал спиной к двери, уже много месяцев он не видел света, не чувствовал вкуса другой еды, кроме черствого хлеба, дышал пропитанным вонью сточной ямы воздухом.

Роберт положил факел на пол, чтобы подойти к пленнику и проверить, жив ли он, но Рейгар дотянулся до дерева быстрей напуганной гадюки, бросил факел в яму и в полной темноте бросился на врага. У него было преимущество — он знал камеру так же хорошо, как свое тело, и знал ее на ощупь. Преимущество позволило ему нанести несколько ударов, но он не мог победить. Роберт перехватил его руку и оттолкнул к стене, услышав сдавленный крик, ударил наотмашь, отыскав источник звука, и попал точно в грудь — туда, где совсем недавно заживала страшная рана. Он ждал, что Рейгар вновь закричит, но тот не издал больше ни звука, и это взбесило Роберта сильнее, чем жалкая попытка нападения.

— На что ты надеешься? — спросил он в полной темноте, слыша, каким уверенным и едким стал его голос. Он больше не мог говорить так наверху, там он был победителем, которому надлежало быть благородным с побежденными врагами.

— Надеюсь, что ты сдохнешь тут вместе со мной, — ответил Рейгар, закашлявшись на последнем слове.

Он был в отчаянии — Роберт чувствовал это, но отчаяние Рейгара не позволило ему покончить с собой, он жил, цепляясь за что-то, и это давало Роберту время для мести. Теперь можно начать — враг успел залечить прежние раны.

Следующим вечером Роберт оставил факел перед решеткой. Ему нужно было видеть пленника для того, чтобы исполнить план. Он решил, что позволит себе быть безрассудным в первый день, и взял один моток бинта с чистой водой — на случай, если его безрассудство перейдет границы. Рейгар должен жить, до тех пор, пока Лианна не будет отмщена.

Дракон снова лежал спиной к решетке, и Роберт подумал, что его снова ждет сюрприз, но ошибся. Рейгар безучастно смотрел в стену, и взгляд его был отрешенным все время, пока Роберт старался поставить его на ноги. Мыслями Рейгар был далеко, и Роберта раздражало, что он не может туда дотянуться. Он ударил по лицу, толкнул Рейгара в грудь, ударил по лицу еще раз, и остановился лишь когда заметил осмысленное выражение — презрение, и его было достаточно.

— Ты убил ее, — сказал Роберт. Кулак взлетел в воздух, описал дугу и столкнулся с ребрами, защищенными тонкой кожей, покрытой синяками. Рейгар похудел — лихорадка после ранения и долгий голод превратили его в хрупкое подобие самого себя. Сейчас он бы не смог надеть доспех, который Роберт утопил в Трезубце.

— Кого? — спросил Рейгар, почти равнодушно.

— Лианну! — закричал Роберт в ответ. — Ты убил Лианну! — он радовался, что никто не услышал его. У него есть красивая жена, он не должен думать о мертвой женщине — не имеет права. Теперь он — Король, и у него есть обязанности.

— Нет, — ответил Рейгар. Подбородок его упал на грудь, он осел, прижимая колени. — Нет.

— Ты убил ее, — повторил Роберт. — Ты изнасиловал и убил ее. Из-за тебя она умерла. Ты — чудовище. Отвратительное чудовище, такое же, как твоя семья. И теперь они все подохли.

— Нет! — Рейгар поднял голову — на лице Роберта растянулась улыбка — он понял, что задел врага за живое.

— Они все подохли, один за другим. Твой безумный папаша, твоя шлюха-жена и маленькие ящерицы, которые вылезли из ее живота.

— Нет! — Рейгар попытался подняться, но ноги не послушались его.

— Они умирали медленно, — Роберт подошел ближе, наклонился над Рейгаром. — Твоя шлюха-жена перед смертью раздвинула ноги перед Горой. Ей понравилось, как он разделал её сыночка. Не так-то она тебя любила! — он говорил, а к горлу подступала тошнота. Что он делает? Зачем говорит такое? Разве можно говорить эти вещи мужу, отцу?

— Нет, — прошептал Рейгар, и Роберт увидел в его глазах слезы — лицо Дракона было воздето к потолку, он шарил взглядом, как безумный.

— Ты остался один, — закончил Роберт, ему было тяжело дышать. Рейгар убил Лианну — он достоин смерти и пыток, но его жена, его дети — они не заслужили такого. Их память не заслужила такого.

— Будь ты проклят, — сказал Рейгар, но теперь вместо слез, на лице его поселилась безумная улыбка.