Фандом: The Elder Scrolls. Все наслышаны о подвиге Довакина, победителя Алдуина, но никто не может точно сказать, ни кем он был, ни как выглядел. Некоторые вообще утверждают, что Довакином была девица. Но звучат баллады, и восхваляет народ величайший Подвиг. Лишь Довакин может сказать, сколько правды и вымысла в историях о нём. И помните: барды не то, чем кажутся.
Добавить в моё избранное
106 мин, 3 сек 19077
По крайней мере, теплее, чем снаружи!
Устроились они по-простому, на кухне, с другой стороны, а ведь и правда, зачем Седобородым церемонии, когда они тут вчетвером живут? Ни слуг, ни учеников, вот, один Довакин за невесть сколько лет появился.
Глинтвейн оказался вкусным и, что самое главное, горячим. За разговорами о том, о сём бард и отшельник незаметно перешли на «ты». Дин вообще умел располагать к себе людей, так получилось.
— Тебе осталось пройти наше традиционное испытание Довакина, — сказал Арнгейр.
Дин, разомлевший в тепле, умиротворённо улыбнулся в ответ.
— И в чём заключается испытание? Надо будет показать владение Голосом?
— Нет, больше показывать не надо, — немного слишком поспешно отозвался Арнгейр. — Тебе предстоит добыть рог Юргена из Устенгрева и принести его сюда.
— Ага, — сказал Дин. — А потом?
— Потом мы продолжим твоё обучение…
— Нет-нет, — перебил Дин. — Что потом будет с рогом? Если это традиционное испытание, значит, его постоянно достают. А кто потом приносит рог обратно в Устенгрев и заряжает ловушки?
Седобородый смущённо кашлянул.
— Признаться, ты первый проходящий это испытание Довакин, и мы как-то не до конца продумали некоторые мелкие детали…
— Ну, я пока за ним схожу, а вы размышляйте, — предложил Дин. — Вот распогодится — и двинусь.
— Если ждать хорошей погоды, то ты у нас жить останешься, — незло усмехнулся Арнгейр.
— Ну, значит, завтра утром, переночевать-то у вас тут есть где?
Устенгрев располагался далеко на северо-западе от Глотки Мира, аккурат в центре треугольника Морфал-Солитьюд-Данстар, так что Седобородые не ждали Дина скоро. Можно было отправиться по городам и весям, отрабатывать практический зачёт и готовиться к экзаменам, чем бард с чистой совестью и занялся.
Начать Дин решил с Ривервуда, потому что после драконов, летающих над деревней туда-сюда, бегающих по лесам Братьев Бури и шныряющих талморцев жители должны были приобрести определённый философский пофигизм. В самом деле, что им начинающий бард после такого?
В Вайтране Дин останавливаться не стал — не хотел попасть в цепкие любопытные руки Фаренгара. Мэтр, конечно, как личность достоин уважения, но вдруг исследовательский азарт перевесит?
Потом был Рорикстед, потом Картвастен, потом неожиданно крошечная деревня Анга во владении Белый Берег… Довольно странный маршрут, все поселения расположены далеко друг от друга, и непонятно, как Дин добирался так быстро. Тот, кто знал о природе довакинов и о маршруте барда, предположил бы использование крика Элементной ярости, позволяющего двигаться быстрее, или Стремительного рывка, толкающего в спину. Может быть, комбинации этих Криков. Потом, конечно, эта осведомлённая личность разворчалась бы, мол, зачем Довакин тратит Крики на ерунду, когда драконы над Скайримом чуть ли не стаями летают, так что хорошо, что никому не было дела до того, где именно Дин шатается.
Вот, наконец, и Устенгрев. Снаружи Дин застал картину прошедшей битвы. В трупах опознавались некроманты (больше никто не наденет чёрные балахоны с зелёным черепом) и разбойники (больше никто не носит броню беспорядочно, когда даже наплечники взяты от разных доспехов). Выживших не было видно ни с одной из сторон, но тела ещё не начали пахнуть и разлагаться.
— Это что же, мне их хоронить, что ли? — раздражённо спросил Дин в пустоту. — Щаз. YOL TooR!
Вырвавшееся из его рта пламя разошлось широким веером, опаляя тела, но щадя пожухлую траву. Всё заволокло густым чёрным дымом, Дин выругался, прикрыл лицо рукавом и поспешил уйти в сторону — ветер погнал дым, воняющий жжёной тряпкой, палёными перьями и жареным мясом, прямо на него.
Обогнув дымное пятно, Дин уселся на ближайшую корягу, ждать. Главное было следить за ветром.
Догорал закат. Тела горели. Брошенный в эпицентр дыма YOL TooR Shul ситуацию не изменил нисколько. Дин понял, что немного поторопился с организацией похорон. Мог же сначала сходить за рогом, а потом устраивать огненное шоу!
Трупы догорели только к утру, и не сказать, чтобы это сильно добавило Дину хорошего настроения. Всклоченный и недовольный бард двинулся к спуску в Устенгрев, расшвыривая со своего пути обугленные кости и лёгкий, уносимый ветром пепел.
Древние развалины встретили его тишиной и совсем не затхлым воздухом. Неужели настолько хорошая вентиляция? Впрочем, Дин не был намерен идти вглубь и проверять.
— HET, ZaaMME! HUZRah NeyL ZUL.
Но драугры не спешили откликнуться на зов драконьей речи. Лишь спустя несколько томительных минут ожидания до чуткого слуха барда донеслись шаркающие шаги. Нежитей было всего двое, и на повеление принести Рог Юргена они никак не отреагировали, оставшись в позе покорности.
— Да что ж такое-то! — в сердцах воскликнул Дин. — Я так на экзамены опоздаю!
Устроились они по-простому, на кухне, с другой стороны, а ведь и правда, зачем Седобородым церемонии, когда они тут вчетвером живут? Ни слуг, ни учеников, вот, один Довакин за невесть сколько лет появился.
Глинтвейн оказался вкусным и, что самое главное, горячим. За разговорами о том, о сём бард и отшельник незаметно перешли на «ты». Дин вообще умел располагать к себе людей, так получилось.
— Тебе осталось пройти наше традиционное испытание Довакина, — сказал Арнгейр.
Дин, разомлевший в тепле, умиротворённо улыбнулся в ответ.
— И в чём заключается испытание? Надо будет показать владение Голосом?
— Нет, больше показывать не надо, — немного слишком поспешно отозвался Арнгейр. — Тебе предстоит добыть рог Юргена из Устенгрева и принести его сюда.
— Ага, — сказал Дин. — А потом?
— Потом мы продолжим твоё обучение…
— Нет-нет, — перебил Дин. — Что потом будет с рогом? Если это традиционное испытание, значит, его постоянно достают. А кто потом приносит рог обратно в Устенгрев и заряжает ловушки?
Седобородый смущённо кашлянул.
— Признаться, ты первый проходящий это испытание Довакин, и мы как-то не до конца продумали некоторые мелкие детали…
— Ну, я пока за ним схожу, а вы размышляйте, — предложил Дин. — Вот распогодится — и двинусь.
— Если ждать хорошей погоды, то ты у нас жить останешься, — незло усмехнулся Арнгейр.
— Ну, значит, завтра утром, переночевать-то у вас тут есть где?
Устенгрев располагался далеко на северо-западе от Глотки Мира, аккурат в центре треугольника Морфал-Солитьюд-Данстар, так что Седобородые не ждали Дина скоро. Можно было отправиться по городам и весям, отрабатывать практический зачёт и готовиться к экзаменам, чем бард с чистой совестью и занялся.
Начать Дин решил с Ривервуда, потому что после драконов, летающих над деревней туда-сюда, бегающих по лесам Братьев Бури и шныряющих талморцев жители должны были приобрести определённый философский пофигизм. В самом деле, что им начинающий бард после такого?
В Вайтране Дин останавливаться не стал — не хотел попасть в цепкие любопытные руки Фаренгара. Мэтр, конечно, как личность достоин уважения, но вдруг исследовательский азарт перевесит?
Потом был Рорикстед, потом Картвастен, потом неожиданно крошечная деревня Анга во владении Белый Берег… Довольно странный маршрут, все поселения расположены далеко друг от друга, и непонятно, как Дин добирался так быстро. Тот, кто знал о природе довакинов и о маршруте барда, предположил бы использование крика Элементной ярости, позволяющего двигаться быстрее, или Стремительного рывка, толкающего в спину. Может быть, комбинации этих Криков. Потом, конечно, эта осведомлённая личность разворчалась бы, мол, зачем Довакин тратит Крики на ерунду, когда драконы над Скайримом чуть ли не стаями летают, так что хорошо, что никому не было дела до того, где именно Дин шатается.
Вот, наконец, и Устенгрев. Снаружи Дин застал картину прошедшей битвы. В трупах опознавались некроманты (больше никто не наденет чёрные балахоны с зелёным черепом) и разбойники (больше никто не носит броню беспорядочно, когда даже наплечники взяты от разных доспехов). Выживших не было видно ни с одной из сторон, но тела ещё не начали пахнуть и разлагаться.
— Это что же, мне их хоронить, что ли? — раздражённо спросил Дин в пустоту. — Щаз. YOL TooR!
Вырвавшееся из его рта пламя разошлось широким веером, опаляя тела, но щадя пожухлую траву. Всё заволокло густым чёрным дымом, Дин выругался, прикрыл лицо рукавом и поспешил уйти в сторону — ветер погнал дым, воняющий жжёной тряпкой, палёными перьями и жареным мясом, прямо на него.
Обогнув дымное пятно, Дин уселся на ближайшую корягу, ждать. Главное было следить за ветром.
Догорал закат. Тела горели. Брошенный в эпицентр дыма YOL TooR Shul ситуацию не изменил нисколько. Дин понял, что немного поторопился с организацией похорон. Мог же сначала сходить за рогом, а потом устраивать огненное шоу!
Трупы догорели только к утру, и не сказать, чтобы это сильно добавило Дину хорошего настроения. Всклоченный и недовольный бард двинулся к спуску в Устенгрев, расшвыривая со своего пути обугленные кости и лёгкий, уносимый ветром пепел.
Древние развалины встретили его тишиной и совсем не затхлым воздухом. Неужели настолько хорошая вентиляция? Впрочем, Дин не был намерен идти вглубь и проверять.
— HET, ZaaMME! HUZRah NeyL ZUL.
Но драугры не спешили откликнуться на зов драконьей речи. Лишь спустя несколько томительных минут ожидания до чуткого слуха барда донеслись шаркающие шаги. Нежитей было всего двое, и на повеление принести Рог Юргена они никак не отреагировали, оставшись в позе покорности.
— Да что ж такое-то! — в сердцах воскликнул Дин. — Я так на экзамены опоздаю!
Страница 13 из 31
