Четыре закона логики

Зато на него прекрасно действует угроза лишить возможности заниматься любимым делом, если что-то не будет сделано. Шантаж — лучший инструмент политики на все времена.

Своё обещание мамуля Холмс выполняет в течение двух дней: в графике Майкрофта, заполненном им же на альбомном листе, появляются часы тренировок на закрытой базе МИ-6. Физические приёмы ему малоинтересны, а вот в тире стреляет с большим удовольствием. Это отличный шанс сбросить напряжение и усталость от подготовки к поступлению в Итон. И он с огромным удовольствием им пользуется.

Время от времени в гости заглядывает дядя Гарнет. Майкрофт непременно играет с ним в шахматы, а однажды дядя приносит подарок — шикарный взрослый зонт-трость из особо прочного материала. Как две капли воды похожий на тот, с которым ходит сам.

Послушав счастливые восклицания брата, Шерлок хмурится и с задумчивой миной идёт в кабинет, где мамуля сразу отвлекается от чтения отчета.

— Да, сынок? Ты что-то хотел?

Приблизившись к столу матери, Шерлок резко кивает.

— Да. Мам, почему ты делаешь так? — и, повернувшись боком, сцепляет пальцы за спиной.

Виолетта улыбается уголками губ.

— Чтобы прятать мысли, Шерлок. Умный человек может, глядя на твои руки, узнать по их движению: говоришь ты правду или нет, какое у тебя настроение. В некоторых странах ведущих новостей специально показывают только по грудь, чтобы в кадр не попадали руки, потому что по рукам можно многое узнать.

— А как? — заинтересовано подходит ещё ближе. — Как узнать?

— За твоей спиной, на второй снизу полке стоит синяя книжка с картинками. Там подробно написано о языке жестов. Ты можешь взять её почитать.

— Я возьму!

— Бери… Есть ли у тебя ещё вопросы?

— Да. Мам, почему Майкрофт хочет быть как дядя Гарнет? Он так же говорит, так же улыбается. А ещё теперь дядя подарил ему зонт, и он вообще будет такой же.

Выслушав ребёнка, мамуля вздыхает и, протянув руку и взяв Шерлока за запястье, подводит к себе.

— Видишь ли, на самом деле, Майкрофт хочет быть похож на папу. Ваш папа любил зонты, шахматы и политику. А дядя Гарнет как папин брат очень на него похож.

— А почему надо быть похожим? Он же Майкрофт, один такой.

Смирившись, что поработать пока не удастся, Виолетта сажает Шерлока себе на колено, приобнимая за плечи.

— Потому что Майкрофт очень любил папу и хочет быть как он.

— Зачем? — Шерлок искренне не понимает. — Я не хочу быть как кто-то. Это скучно.

— Так удобнее, сынок, — мамуля ласково убирает ему со лба кудрявую прядь. — Когда человек видит, что кому-то что-то хорошо удаётся, он думает, что и у него всё будет хорошо, если он так же станет себя вести. Это называется подражанием. Подражать — то есть ходить похоже на кого-то, говорить, улыбаться, одеваться…

— То есть Майкрофт хочет, чтобы у него всё было как у дяди?

— Да. Дядя Гарнет занимается политикой. И Майкрофт хочет заниматься ею.

— Политика. Пф! — скептически фыркает Шерлок. — Я открыл его книжку. Она скучная.

— Каждому своё, Шерлок. Ему нравится политика. Тебе — книжка о Питере Пэне.

— Питер Пэн лучше! У него свой остров и своя команда! Он делает, что хочет!

— Конечно.

Помолчав, Шерлок звонко целует маму в щёку. Шустро слезает с колена и, уже подойдя к двери, оборачивается.

— У Майкрофта теперь зонт как у Мэри Поппинс. Он тоже будет летать?

— Вряд ли он об этом подумает.

— Ага.

Взлохматив кудри на затылке, Шерлок в задумчивости возвращается в гостиную. Там несколько минут наблюдает за партией двоих родственников: судя по количеству белых фигур на доске, Майкрофт не продержится долго, — и переводит взгляд на зонт.

«Майкрофт не подумает летать с зонтом. Очевидно. Он скучный. Он учит уроки и политику. А вот я смогу».

Цапнув зонт, Шерлок тихонечко уносит его в детскую. Там, раскрыв, долго изучает, трогает спицы, ткань, держится за большую деревянную ручку. Идея полетать кажется всё более заманчивой.

Распахнув окно, он ложится на широкий подоконник. Внизу Виолетта и Гарнет как раз забираются в машину — им по пути на работу. Дождавшись, пока автомобиль скроется за поворотом, Шерлок приносит к окну скамейку и зонт. Забравшись на подоконник, он подтягивает раскрытый зонт и двумя руками берётся за ручку, не без усилий удерживая его над головой. Внизу зеленеет газон.

«Зонт должен мне помочь. Тут второй этаж. Трава далеко. Я медленно полечу вниз. Как те, по телевизору».

Он делает глубокий вдох.

Этажом ниже Майкрофт, уложив в коробку последнего ферзя, убирает её вместе с шахматной доской в шкаф. Сцепив пальцы за спиной, прохаживается по комнате — последний проигрыш всё-таки был очень глупым.

Краем глаза он замечает, как за окном мелькает что-то тёмное, и почти сразу раздаётся крик.