Фандом: Шерлок BBC. Большая история о детстве и юности братьев Холмс, их взаимной заботе и причинах вражды: от детских шалостей до взрослых удовольствий и юношеских экспериментов.
Добавить в моё избранное
154 мин, 25 сек 13372
— Я слышала шум, — в коридор из кабинета выходит мамуля. — О, Майкрофт. Ты уже вернулся.
— Да, мам. Мы выехали раньше.
Положив рюкзак у двери, Майкрофт вместе с Шерлоком проходит в гостиную и там садится на диван.
— Шерлок, может, ты отпустишь меня уже?
Шерлок мотает головой, не расцепляя пальцев, и широко улыбается.
— Май-крофт, — произносит он, впервые выговаривая все буквы.
— Отлично, брат!
— Майкрофт, — повторяет Шерлок и, прикрыв глаза, прижимается к брату лбом к щеке. — Ма-май-крофт.
— Что?!
В этот раз отцепить братишку всё же удается. Усадив его рядом на диван, Майкрофт требовательно переспрашивает:
— Что ты сказал?
— Мамайкрофт, — уверенно повторяет Шерлок со шкодливой улыбкой. — Мамайкрофт, ыгхы!
— Шерлок, ты не понимаешь, что говоришь.
— О, он прекрасно понимает, что говорит, — возражает мамуля, заходя в гостиную с подносом с чашками и чайничком. — Даже не сомневайся, Майкрофт.
Шерлок весело хлопает в ладоши, глядя на смущённое лицо брата, не знающего, как ему реагировать. Разлив чай по чашкам, Виолетта протягивает одну Майкрофту.
— Согревайся, сынок.
— Мама, — тыкает Шерлок в сторону мамы. — Мамайкрофт, — тыкает в брата. — Ыгхы.
— Именно, родной, — мамуля усаживается рядом с Шерлоком и принимается поить его чаем. — Но если ты ещё раз выйдешь на холод неодетым, я буду очень недовольна.
Хлюпнув чаем, Шерлок тут же мрачнеет и, оставив чашку матери, подползает по дивану к брату.
— Майкрофт, — жалобно заглядывает он ему в глаза.
— Я тоже буду недоволен, Шерлок.
— Ма-айкрофт.
— Но я рад тебя видеть, — Майкрофт убирает опустевшую чашку на поднос. — Иди сюда.
Снова разулыбавшись, Шерлок бросается обнимать брата.
— Мамайкрофт приехал, — довольным голосом сообщает он, и Виолетта улыбается, допивая чай.
Она не станет рассказывать, как сильно ждал Шерлок возвращения брата. Выглядывал в окна, бродил по дому, как потерянный, иногда принимался плакать. И каким серьёзным испытанием для ребёнка стала разлука с человеком, привыкшим не отходить ни на шаг.
Но и Майкрофту было полезно немного отдохнуть, вспомнить, что есть мир и за пределами этого дома и парка неподалёку.
Не собирается рассказывать она и о визите молодого доктора психиатрии, консультанта МИ-6 Питера Лурье, наблюдавшего за Шерлоком весь день, а потом заявившего, что, судя по аномально сильной сосредоточенности ребёнка на некоторых вещах и чувствительности к звукам, есть смысл подозревать у него признаки высокофункционального аутизма. Однако при должном воспитании обычные люди их даже не заметят. Ну и, разумеется, это всё неточно, слишком рано что-то утверждать, и вообще, «у вас чудесный, умный малыш, миссис Холмс… Кстати, где он?».
Зато о печальной судьбе дивана в детской сообщить можно: после случайного попадания в руки Шерлока ножниц пришлось заказывать новую кровать. И шторы на окнах. Ну и обивку на стуле заменить не помешало… О разрезанной сетке манежа не приходится и говорить — всё-таки на многое способен человек с интеллектом, даже если ему всего два года.
У Виолетты достаточно новостей для вернувшегося старшего сына.
Удивительное дело: когда что-то в новинку и приходится перестраивать налаженную жизнь, дни тянутся невероятно долго. Но стоит лишь немного привыкнуть, подстроиться под ритм и рутину, — и незаметно пролетать начинают уже даже не недели, а месяцы или годы. Майкрофт и привыкает: учится, читает, пробует готовиться к поступлению в элитную частную школу, занимаясь со специально приглашенными учителями. В такие моменты Шерлок возится с игрушками в детской или смотрит телевизор, понемногу пробует читать то, до чего может дотянуться, не особо понимая, правда, смысл слов. И достаёт вопросами экономку, шофёра или маму — в зависимости от того, кому из них посчастливилось оказаться поблизости. Периоды его невероятной активности и нытья чередуются с целыми часами, посвящаемыми какому-либо заинтересовавшему делу. Шерлок вполне может приняться сосредоточено выстраивать дом из кубиков по разноцветной картинке, отмахиваясь от попыток мамы и брата отвлечь его пообедать, и не двигаться с места до тех пор, пока дом не будет закончен. И неважно, что стрелка часов к этому моменту уже давно перевалит за полночь. Работа должна быть завершена.
Самое сложное — подобрать Шерлоку такую вот задачу.
Искренне стремясь всё время заниматься чем-то новым, Шерлок стабильно делает исключение для двух вещей: музыка и шахматы. Он может заворожено долго смотреть на то, как Майкрофт с дядей Гарнетом передвигают фигуры на доске. И он непременно стаскивает с дивана за угол подушку, кладёт её в центр комнаты и усаживается на неё, когда Майкрофт на пианино разучивает какую-нибудь пьесу. Под Бетховена, правда, постоянно засыпает, чем частенько пользуется старший брат.
— Да, мам. Мы выехали раньше.
Положив рюкзак у двери, Майкрофт вместе с Шерлоком проходит в гостиную и там садится на диван.
— Шерлок, может, ты отпустишь меня уже?
Шерлок мотает головой, не расцепляя пальцев, и широко улыбается.
— Май-крофт, — произносит он, впервые выговаривая все буквы.
— Отлично, брат!
— Майкрофт, — повторяет Шерлок и, прикрыв глаза, прижимается к брату лбом к щеке. — Ма-май-крофт.
— Что?!
В этот раз отцепить братишку всё же удается. Усадив его рядом на диван, Майкрофт требовательно переспрашивает:
— Что ты сказал?
— Мамайкрофт, — уверенно повторяет Шерлок со шкодливой улыбкой. — Мамайкрофт, ыгхы!
— Шерлок, ты не понимаешь, что говоришь.
— О, он прекрасно понимает, что говорит, — возражает мамуля, заходя в гостиную с подносом с чашками и чайничком. — Даже не сомневайся, Майкрофт.
Шерлок весело хлопает в ладоши, глядя на смущённое лицо брата, не знающего, как ему реагировать. Разлив чай по чашкам, Виолетта протягивает одну Майкрофту.
— Согревайся, сынок.
— Мама, — тыкает Шерлок в сторону мамы. — Мамайкрофт, — тыкает в брата. — Ыгхы.
— Именно, родной, — мамуля усаживается рядом с Шерлоком и принимается поить его чаем. — Но если ты ещё раз выйдешь на холод неодетым, я буду очень недовольна.
Хлюпнув чаем, Шерлок тут же мрачнеет и, оставив чашку матери, подползает по дивану к брату.
— Майкрофт, — жалобно заглядывает он ему в глаза.
— Я тоже буду недоволен, Шерлок.
— Ма-айкрофт.
— Но я рад тебя видеть, — Майкрофт убирает опустевшую чашку на поднос. — Иди сюда.
Снова разулыбавшись, Шерлок бросается обнимать брата.
— Мамайкрофт приехал, — довольным голосом сообщает он, и Виолетта улыбается, допивая чай.
Она не станет рассказывать, как сильно ждал Шерлок возвращения брата. Выглядывал в окна, бродил по дому, как потерянный, иногда принимался плакать. И каким серьёзным испытанием для ребёнка стала разлука с человеком, привыкшим не отходить ни на шаг.
Но и Майкрофту было полезно немного отдохнуть, вспомнить, что есть мир и за пределами этого дома и парка неподалёку.
Не собирается рассказывать она и о визите молодого доктора психиатрии, консультанта МИ-6 Питера Лурье, наблюдавшего за Шерлоком весь день, а потом заявившего, что, судя по аномально сильной сосредоточенности ребёнка на некоторых вещах и чувствительности к звукам, есть смысл подозревать у него признаки высокофункционального аутизма. Однако при должном воспитании обычные люди их даже не заметят. Ну и, разумеется, это всё неточно, слишком рано что-то утверждать, и вообще, «у вас чудесный, умный малыш, миссис Холмс… Кстати, где он?».
Зато о печальной судьбе дивана в детской сообщить можно: после случайного попадания в руки Шерлока ножниц пришлось заказывать новую кровать. И шторы на окнах. Ну и обивку на стуле заменить не помешало… О разрезанной сетке манежа не приходится и говорить — всё-таки на многое способен человек с интеллектом, даже если ему всего два года.
У Виолетты достаточно новостей для вернувшегося старшего сына.
Удивительное дело: когда что-то в новинку и приходится перестраивать налаженную жизнь, дни тянутся невероятно долго. Но стоит лишь немного привыкнуть, подстроиться под ритм и рутину, — и незаметно пролетать начинают уже даже не недели, а месяцы или годы. Майкрофт и привыкает: учится, читает, пробует готовиться к поступлению в элитную частную школу, занимаясь со специально приглашенными учителями. В такие моменты Шерлок возится с игрушками в детской или смотрит телевизор, понемногу пробует читать то, до чего может дотянуться, не особо понимая, правда, смысл слов. И достаёт вопросами экономку, шофёра или маму — в зависимости от того, кому из них посчастливилось оказаться поблизости. Периоды его невероятной активности и нытья чередуются с целыми часами, посвящаемыми какому-либо заинтересовавшему делу. Шерлок вполне может приняться сосредоточено выстраивать дом из кубиков по разноцветной картинке, отмахиваясь от попыток мамы и брата отвлечь его пообедать, и не двигаться с места до тех пор, пока дом не будет закончен. И неважно, что стрелка часов к этому моменту уже давно перевалит за полночь. Работа должна быть завершена.
Самое сложное — подобрать Шерлоку такую вот задачу.
Искренне стремясь всё время заниматься чем-то новым, Шерлок стабильно делает исключение для двух вещей: музыка и шахматы. Он может заворожено долго смотреть на то, как Майкрофт с дядей Гарнетом передвигают фигуры на доске. И он непременно стаскивает с дивана за угол подушку, кладёт её в центр комнаты и усаживается на неё, когда Майкрофт на пианино разучивает какую-нибудь пьесу. Под Бетховена, правда, постоянно засыпает, чем частенько пользуется старший брат.
Страница 6 из 46
