Четыре закона логики

Майкрофт, ты слышишь меня? Ну, Ма-а-айкрофт!

— Ч-что, Шерлок? Что-то случилось?

— Это у тебя случилось! — взволнованно возражает тот. — Ты что, плакал?

Нахмурившись, Майкрофт осторожно касается щеки рукой и смотрит на неё. В свете включённого телевизора видно, как поблёскивают мокрые кончики пальцев.

— Всё в порядке, Шерлок.

— Не всё. Ты плакал. Почему ты плакал? Ты же не плачешь!

— Шерлок, всё хорошо, — вытерев ладонью лицо, Майкрофт затаскивает братишку на диван. — А тебе вообще на полу сидеть нельзя. Ты болеешь.

— Я не болею! — упрямо возражает Шерлок. — А ты плакал! Почему ты не говоришь мне? Я же видел. Что-то случилось, да? Что-то с… с мамой?

Окончательно успокоившись, Майкрофт набрасывает брату на плечи плед и прижимает ко лбу тыльную сторону ладони, проверяя температуру.

— С мамой всё будет хорошо, Шерлок. Она скоро вернётся к нам.

— Но ты плакал из-за неё!

— Нет.

— Да! Я всё слышал! Если мама вернётся, почему ты плакал?

Несколько секунд Майкрофт молчит, кусая губы, потом всё же признаётся:

— Мне приснился плохой сон. Но сейчас я понимаю, что это был сон, и больше плакать не буду.

— Точно не будешь? — недоверчиво уточняет Шерлок, шмыгая носом.

— Обещаю. А вот тебе я сейчас принесу таблетку, а то ты снова замёрз.

— Я не хочу таблетку, — тут же принимается ныть Шерлок. — Она горькая.

— Если ты её не съешь, попадёшь в больницу, как мама. Ты хочешь, чтобы доктор и тебя лечил?

Шерлок быстро мотает головой.

— Нет. Нет, туда я не хочу. Там совсем плохо.

— Тогда ты съешь и выпьешь всё, что я тебе дам.

Виолетту Холмс доктор Льюис выписывает через три дня, вручая список рекомендаций, без особой, правда, надежды, что их станут выполнять. Дети бросаются обнимать её с двух сторон, едва она переступает порог дома.

— Мама! Мама вернулась!

И долго вот так стоят в коридоре, улыбаясь друг дружке. Затем мамуля берёт сыновей за руки и ведёт к кухне пить чай.

— Сильно испугались?

Братья переглядываются.

— Мы просто очень тебя ждали, — отвечает Майкрофт, а Шерлок кивает. — Посиди, я сам поставлю чайник.

— Со мной всё хорошо, сынок.

— Мне виднее.

Шерлок, не отпуская пальцы ни на миг, упрямо сажает маму за стол. Потом обнимает, поднырнув под руку, и Майкрофт, включив чайник, не может сдержать радостную улыбку. Он не собирается рассказывать о том, как они вдвоём с братом, устроившись под одним пледом в гостиной, все эти три ночи с трудом пытались уснуть. Как докучали вопросами врачу, отлавливая его в коридоре клиники и требуя говорить только правду. Их вообще там как-то сразу стали воспринимать как одно целое — по одинаковой мимике, пониманию друг друга с полуслова и хождению нога в ногу.

И наблюдатели не ошиблись. Всё-таки братья Холмсы, старший и младший, — это два чрезвычайно разных по внешнему виду человека, способных одинаково счастливо обнимать мамулю.

Глава 2. Закон (не)противоречия

Майкрофту одиннадцать, и он готовится к предварительным экзаменам в Итон. Занимается по нескольку часов в день, не давая себе поблажек. В конце концов, о перспективах обучения в Итоне он узнал ещё в шесть лет от отца, тогда же пообещав ему и себе непременно войти в число тех нескольких сотен счастливчиков, раз в году отбираемых со всей Британии. Мамуля, на которую больше никто устроить покушение не решается, не возражает.

Шерлоку только четыре, и он впервые осознает, что ждать новых игр от брата особо-то и не надо. Их вполне можно придумать самому.

Сначала — по мелочи, подражая героям мультфильмов и сказок. В ход идут подручные материалы и собственная фантазия, но без чего-то опасного, так что Майкрофт с мамулей лишь снисходительно улыбаются, наблюдая со стороны. Некоторое время.

Но после, одной тёмной весенней ночью, Майкрофт просыпается от шороха и лёгкого дискомфорта. Почти в ту же секунду вспыхивает свет, и пока Майкрофт жмурится, привыкая к нему, Шерлок тыкает его в горло пластмассовым мечом и, поставив правую ногу на рёбра, торжественно провозглашает:

— Сдавайся, трус!

— Шерлок… — с бесконечным терпением выдыхает Майкрофт. — Сейчас ночь…

И тут же получает в лицо водой из опрокинутого стакана.

— Ты подлый трус! Я взял тебя в плен!

Рефлекторно дёрнувшись, чтобы вытереть в лицо, Майкрофт видит собственные запястья перемотанными поясом маминого халата. Быстрая проверка подтверждает, что и ноги постигла схожая участь. Ну а Шерлок…

Кстати, Шерлок. Размалёванное красками лицо (пальцевая живопись, не иначе). Чёрная повязка на левом глазу, не особо чистая рубашка и брюки с закатанной штаниной. И ещё меч в руке. Настоящий пират с обложки сборника рассказов, без рыжеволосой пленницы только.