Кот в мешке

Александр учтиво склонил голову — Жнецы повторили жест и гордо вышли через предупредительно распахнутую Ником дверь. На всякий случай Ник тоже неуклюже поклонился, но на него не обратили внимания.

— Хорошо быть Гриммом на службе Совету, — довольно улыбаясь, проговорил Александр, когда дверь снова закрылась, и с ноткой сожаления добавил: — Плохо, что они теперь думают, будто Совет вас курирует.

— Ты сейчас испортил мою репутацию, — буркнул Ник, проходя мимо, и даже нечаянно толкнул плечом — хотя выглядело, будто специально, — но на самом деле Александр всего лишь занял центр прохода, где разойтись было сложно. Немного смутившись, Ник прямиком направился к холодильнику и наконец-то достал свои хорошо охлаждённые вещи.

— Тем, что Совет вас курирует? — удивился Александр.

Ник поставил ботинки на пол, свалил всё остальное кучей на кровать и, обернувшись, язвительно сморщил нос.

— Тем, что портлендский Гримм встречается в мотеле с каким-то драным кошаком.

— Ты к себе слишком строг, — усмехнулся Александр, — вполне приличный кошак. Будь я портлендским Гриммом, я бы пригласил.

Ник закатил глаза.

— Они думают, будто это я работаю на Совет. Тебя приняли за меня — ты что, не понял?

— Каким образом меня могли перепутать с тобой? — Александр удивлённо хмыкнул. — Мы разве похожи?

— Конечно, как близнецы, — бросил Ник. Посмотрел в клубящиеся тьмой провалы глаз, оценил высоко поднятые брови и вздохнул: — Слушай… Ты ведь не понимаешь, каково быть Гриммом. Думаешь, это одни только способности и никаких проблем? Так вот, не имеет никакого значения, кто ты, какой ты, чего хочешь, не важны твои самые мирные намерения. Все везены смотрят только на твои глаза, точнее, на то, что у тебя вместо них, и думают: «Гримм!». Всё, этого им достаточно, чтобы сделать вывод.

— Мы говорим о Жнецах, а они не боятся Гриммов, чтобы от ужаса не замечать ничего, кроме глаз. Хотя бы рост — я выше…

— Ты их видел? Для них высокие — это те, кто выше пяти с половиной футов. Всё совпало: тёмные волосы, высокий, европейский тип — кстати, судя по акценту, сами они азиаты, значит, плохо различают черты европейцев.

Александр кивнул и припомнил бородатую шутку:

— «Эти американцы все на одно лицо»? Да ты расист, — восхищённо протянул он.

— Я — расист? — возмутился Ник. — Они пришли меня убивать — имею право на неприязненное отношение. Здесь не образовалось два трупа только потому, что они растерялись и не кинулись на тебя сразу.

— Вот для этого я и постучал.

— Понял, что в номере есть кто-то ещё? Как?

— Окно закрыто.

— Ага. То есть если бы Жнец догадался не трогать окно, сегодня кого-то точно бы упаковали в чёрный мешок.

— Я бы всё равно постучал, даже если бы окно было открыто, — заверил Александр и, многозначительно снизив голос, пояснил: — Вдруг бы ты ещё не закончил… вычёсываться.

Ник зашипел и махнул на него рукой. Александр примиряюще улыбнулся — в сочетании с глазами, казалось, будто кровожадный монстр-Гримм уже приблизительно решил, на какие порционные куски будет разделывать оказавшуюся перед ним добычу, и улыбается в предвкушении. Надо будет это учесть и, когда они снова обменяются сущностями, следить за своей мимикой перед везенам. Однако мысли уже свернули в сторону еды.

— Ты за ужином ездил, — напомнил Ник, — привёз?

— Да, в машине. Не высовывайся на улицу в таком виде, сейчас принесу.

И это он назвал их с капитаном параноиками. Ник фыркнул и, вернувшись к вороху одежды, попытался с ней справиться, пока Александр ходил, хлопал дверцами и шуршал на улице бумажным пакетом. Футболку удалось надеть, но на спине постоянно что-то мешало, носки приходилось натягивать против шерсти, а затем оказалось, что изменённая стопа несколько шире человеческой, и в ботинки придётся буквально втискиваться. Поэтому в итоге свитер с носками отправились на стул, ботинки встали рядом, а значок и пистолет легли на папки с материалами дела.

Ник поднял с покрывала наволочку, так и оставшуюся лежать отдельно, понюхал её и следом — подушку на другой кровати. Порошком они воняли одинаково. Выбирать было не из чего, значит, его будет та, где наволочка отдельно — лучше накрыть подушку свитером, чем всю ночь дышать химией.

Вернувшись, Александр без вопросов поставил пакет на доставшуюся ему кровать — дальнюю от двери — и, присев на край, начал разбирать вкусно пахнущие вредным фастфудом красные бумажные свёртки и контейнеры.

— Кофе мне взял? — спросил Ник, стараясь не принюхиваться — кончик носа всё равно предательски алчно подрагивал.

— Ты и так взбудоражен — пей воду, — Александр вручил ему прозрачную пластиковую бутылку.

Ник разочарованно поморщился.

— Мог бы сок купить.

— Апельсиновый фрэш? — хохотнул Александр. — Могу на завтрак привезти молоко.