У сфинкса женские глаза

Это считается, — он натягивает куртку под пристальным взглядом Драко. — Правда, инспектор.

Они выходят на улицу, садятся в потёртый «Форд» и едут в сторону Мюррей-стрит. Времена, когда Драко мог позволить себе всё что угодно, прошли, но он в состоянии сводить ребёнка, которому отчаянно не хватает внимания (и нездоровой пищи), в крошечное бистро.

Уильям — хороший парень. Драко впервые наткнулся на него, возвращаясь однажды в участок. Трое крупных мальчишек поколачивали четвёртого, а тот отчаянно сопротивлялся. Драко вмешался, отконвоировал хулиганов к родителям, а потом отвёз домой их жертву. Жертва вопила, что её вовсе не обязательно было спасать, сверкала глазами, светила фингалом, а потом надулась и затихла. Драко выслушал благодарности немолодой матери чада, неловко отказался от чая и сбежал, как только представилась возможность. Он, возможно, никогда не любил размахивать кулаками, но ведь у него была палочка, чтобы повеселиться на славу. До этого дня ему казалось, что удушающий стыд за прошлое удалось оставить позади, но не тут-то было. В тот вечер он напился — дёшево и сердито, а на следующее утро об этом пожалел. Мучаясь страшным похмельем и ещё более страшной неудовлетворённостью самим собой, Драко уверовал, что у него начались галлюцинации: давешний мальчишка (разумеется, он не запомнил имя!) явился в участок — пробормотал невнятные извинения, а потом на полном серьёзе потребовал, чтобы Драко научил его драться.

Уильям был слишком умным для своих лет, слишком заносчивым для своего окружения и слишком гордым, чтобы хоть кому-то уступить. Вопреки голосу здравого смысла, Драко был очарован.

Строго говоря, он не собирался — действительно не собирался! — во всё это ввязываться, но выяснилось, что Уильям, которому тогда было шесть, в тот день сбежал из школы, чтобы его найти, и отступать было некуда. По совету Драко родители определили мальчика в какую-то секцию борьбы (разумеется, он не запомнил название… Уильяма хватило ровно на три месяца — научившись прицельно давать обидчикам в нос, он тут же бросил занятия и стал периодически заявляться к Драко на работу, очаровывая женщин-офицеров и шумно восхищаясь стареющими детективами.

После второго выговора от начальства Драко застал Симмонса, увлечённо растолковывающего Уильяму, как надо собирать улики, пока тот внимал с открытым ртом. После этого выговоры прекратились, а Драко Малфой — чистокровный волшебник и новоявленный детектив-инспектор полиции Перта — оказался нянькой непоседливого маггловского мальчишки. На полставки.

И вот они сидят в бистро. Уильям ест пиццу ножом и вилкой, что примечательно. Ещё он умудряется разговаривать за едой, но не с набитым ртом — искусство, которому Драко учился несколько лет. Ему интересно, учат ли этому Уильяма или он просто повторяет за родителями.

— Как дела в школе? — спрашивает Драко. Он знает, что это не лучший ход, но ему правда интересно.

Уильям одаривает его тяжёлым взглядом.

— Учительница математики сочла мои знания неудовлетворительными, потому что я решил задачу не так, как все.

Сочла. Неудовлетворительными. Интересный выбор слова для восьмилетки.

— И как же ты её решил?

— Я составил уравнение.

— Разве тебе положено знать, как это делается? — Драко давно привык, что Уильям не чета сверстникам. Хорошо бы это поняли его учителя.

— Погуглил. А потом сходил в библиотеку.

— Интернета недостаточно?

— Интернет никогда не заменит хорошую книгу.

Драко против воли улыбается.

— А что с твоим научным проектом?

— Я хотел сделать вулкан, но потом передумал. Решил, что сделаю макет скелета. Я собирался сделать человеческий, но учительница сказала, что, наверное, стоит отложить на пару лет. Чтобы наверняка, а то вдруг я сейчас не успею вовремя? Я хочу успеть, — он задумчиво цедит колу через трубочку. — Наверное, сделаю макет какого-нибудь чудовища. Может, динозавра. Что скажете?

— Динозавры… очень… экзотично, — Драко поздравляет себя с удачным выбором слова. Уильям раздувается от гордости. — Что думают твои родители по этому поводу?

Из мальчишки словно выпускают воздух.

— Что мне надо заняться математикой и меньше пропадать непонятно где. Это глупо! Они знают, что я не пропадаю. Я иду в библиотеку или к вам в участок. У вас интересно. И вообще, я же не маленький.

— Тебе восемь.

— Я и говорю: не маленький, — Уильям вздыхает так, что может дать фору Драко. — А что вы делали эти три дня? Ловили преступников?

— Ты ведь знаешь, что мне запрещено об этом рассказывать?

— Только если дело не закрыто. А если закрыто, то можно. Я читал.

— В вашей библиотеке очень странные книжки, — замечает Драко.

— А, это не библиотека. Я погуглил.

— Тебе стоит меньше сидеть в Интернете.

Уильям вспыхивает как спичка.