Фандом: Гарри Поттер. Будьте осторожны с арманьяком из погребов лорда Малфоя: он может не только развязать вам язык, но и затянуть узел на вашей шее.
Добавить в моё избранное
21 мин, 54 сек 6471
Мешали они мне, понимаешь? Просто мешали! А теперь Белла вспомнит твои дурацкие домыслы и… о, Мордред, мне конец… Мне конец, Северус, ты это понимаешь?
Угольки ярко вспыхнули, когда полы широкой светло-лиловой мантии снова взметнулись рядом с застывшей у камина мрачной фигурой.
— Да лучше бы я в Азкабане остался… Эта гадюка обязательно скажет Лорду, если еще не сказала… Я теперь понял, почему она молчала… Выжидала, гадина, подходящего момента. Теперь, когда я со всех сторон в опале и за мной нет больше ничьей поддержки, она наконец-то сможет до меня добраться. Ты ведь знаешь, Северус, прекрасно знаешь, за что она меня так ненавидит…
Малфой, зажав Снейпа в угол, шипел ему на ухо не хуже разъяренной кобры.
— И теперь она наконец-то пройдет по моему дому как хозяйка, а я и пикнуть не посмею. И Нарси не посмеет. А Драко будет на все это смотреть… О, Мерлин, почему я не отправил их отсюда, пока была такая возможность… А теперь уже поздно.
Малфой ударил кулаком по стене рядом с головой Снейпа, но тот даже не пошевелился, устремив неподвижный взгляд куда-то в пространство.
— Послушай, друг мой, — холеные пальцы аккуратно расправили смятые было ими же уголки воротника. — Слушай меня внимательно. Тебе не кажется, что ты мне кое-что задолжал? Причем очень сильно задолжал? Тебе теперь придется так же очень сильно постараться, чтобы твой длинный нос и не менее длинный язык не стали причиной гибели еще одной семьи. Моей семьи. И я знаю, чем ты со мной расплатишься.
— И чем же? — хриплый возглас походил, скорее, на воронье карканье, чем на человеческий голос.
— Ты сваришь мне зелье, — поймав наконец, взгляд Снейпа, потребовал Малфой. — Особое зелье. Уникальное. Похожее на то, что подняло из могилы этого недотепу Уизли, только более мощное, более совершенное, чтобы для излечения хватило всего лишь одной дозы. И ты сделаешь его для меня, для Нарциссы и для Драко. Знаешь ведь, как Лорду нравится его чешуйчатая игрушка и какое применение он ей находит в последнее время. Ты же не хочешь, чтобы мои жена и сын погибли по твоей вине страшной смертью?
— Такого зелья не существует, — Снейп подчеркнуто спокойно отстранил Малфоя и стряхнул с лацкана сюртука длинный серебристый волос. — Уизли просто повезло — у него оказался крепкий организм, хорошая устойчивость к ядам и повышенная свертываемость крови и, к тому же, Сметвику удалось подобрать подходящий для его организма комплекс, позволяющий быстро вывести яд и восстановить силы.
К концу фразы голос Снейпа снова обрел уверенность и звучность опытного лектора.
Отброшенное кресло тем временем вернулось на место, бутылка снова звякнула о бокал.
— Друг мой, — проникновенно заявил Малфой, располагаясь поудобнее, — только не рассказывай мне сказки дядюшки Биддля. Ты же сам всегда утверждал, что этот болван Сметвик ничего приличнее зелья для излечения прыщей сварить не способен. Кто-то ему помог, и я даже догадываюсь, кто. И вот этот кто то, — бокал поднялся в безмолвном салюте, — сварит мне уникальное противоядие, которое поспособствует снятию тяжкого груза с его больной совести. И мы будем в расчете. Слово Малфоя.
В камине громко стрельнуло полено, подведя незримую черту под сказанными словами.
Наступившую за этим тишину разорвали три резких хлопка.
— Браво, ваше сиятельство, браво! — Снейп холодно улыбнулся. — Я впечатлен. В вас действительно погиб великий актер. Вот только финал вы слегка смазали. Не дотянули.
— Что поделаешь, друг мой, — неожиданно мирно вздохнул Малфой, — сказывается отсутствие практики. В Азкабане, знаешь ли, условия для этого неподходящие — как говорится, присутствует отрицательная энергетика зрительного зала.
— А у меня здесь, в подземельях, значит, положительная?
— Северус, друг мой, не злись, — Малфой обворожительно улыбнулся. — Ты ведь сам виноват — я и так после Азкабана ночей не сплю, а тут еще ты со своими экскурсами в прошлое и сенсационными сообщениями в стиле вездесущей Риты. Не обессудь, но я позволил себе немного развлечься.
— За мой счет, как всегда? — Снейп раздраженно покрутил рукой, разминая пострадавшее запястье. — А просто попросить у меня это зелье нельзя? Обязательно было разыгрывать тут юаньскую драму в трех актах, с павлинами и драконами на заднем плане?
Малфой закатил глаза с видом утомленного провинциалами столичного гида:
— Северус, должен заметить, что ты абсолютный профан в искусстве. Юаньская драма — это совсем, как говорит мой сын, из другой оперы, из пекинской. А я тебе предложил изысканный моноспектакль с лирико-драматическим сюжетом.
Не встретив должного понимания в глазах собеседника, он ворчливо заметил:
— Надо было тебе не в лабораториях у Слизнорта над испарениями чахнуть, а к нам в театральный кружок хоть иногда заглядывать.
Угольки ярко вспыхнули, когда полы широкой светло-лиловой мантии снова взметнулись рядом с застывшей у камина мрачной фигурой.
— Да лучше бы я в Азкабане остался… Эта гадюка обязательно скажет Лорду, если еще не сказала… Я теперь понял, почему она молчала… Выжидала, гадина, подходящего момента. Теперь, когда я со всех сторон в опале и за мной нет больше ничьей поддержки, она наконец-то сможет до меня добраться. Ты ведь знаешь, Северус, прекрасно знаешь, за что она меня так ненавидит…
Малфой, зажав Снейпа в угол, шипел ему на ухо не хуже разъяренной кобры.
— И теперь она наконец-то пройдет по моему дому как хозяйка, а я и пикнуть не посмею. И Нарси не посмеет. А Драко будет на все это смотреть… О, Мерлин, почему я не отправил их отсюда, пока была такая возможность… А теперь уже поздно.
Малфой ударил кулаком по стене рядом с головой Снейпа, но тот даже не пошевелился, устремив неподвижный взгляд куда-то в пространство.
— Послушай, друг мой, — холеные пальцы аккуратно расправили смятые было ими же уголки воротника. — Слушай меня внимательно. Тебе не кажется, что ты мне кое-что задолжал? Причем очень сильно задолжал? Тебе теперь придется так же очень сильно постараться, чтобы твой длинный нос и не менее длинный язык не стали причиной гибели еще одной семьи. Моей семьи. И я знаю, чем ты со мной расплатишься.
— И чем же? — хриплый возглас походил, скорее, на воронье карканье, чем на человеческий голос.
— Ты сваришь мне зелье, — поймав наконец, взгляд Снейпа, потребовал Малфой. — Особое зелье. Уникальное. Похожее на то, что подняло из могилы этого недотепу Уизли, только более мощное, более совершенное, чтобы для излечения хватило всего лишь одной дозы. И ты сделаешь его для меня, для Нарциссы и для Драко. Знаешь ведь, как Лорду нравится его чешуйчатая игрушка и какое применение он ей находит в последнее время. Ты же не хочешь, чтобы мои жена и сын погибли по твоей вине страшной смертью?
— Такого зелья не существует, — Снейп подчеркнуто спокойно отстранил Малфоя и стряхнул с лацкана сюртука длинный серебристый волос. — Уизли просто повезло — у него оказался крепкий организм, хорошая устойчивость к ядам и повышенная свертываемость крови и, к тому же, Сметвику удалось подобрать подходящий для его организма комплекс, позволяющий быстро вывести яд и восстановить силы.
К концу фразы голос Снейпа снова обрел уверенность и звучность опытного лектора.
Отброшенное кресло тем временем вернулось на место, бутылка снова звякнула о бокал.
— Друг мой, — проникновенно заявил Малфой, располагаясь поудобнее, — только не рассказывай мне сказки дядюшки Биддля. Ты же сам всегда утверждал, что этот болван Сметвик ничего приличнее зелья для излечения прыщей сварить не способен. Кто-то ему помог, и я даже догадываюсь, кто. И вот этот кто то, — бокал поднялся в безмолвном салюте, — сварит мне уникальное противоядие, которое поспособствует снятию тяжкого груза с его больной совести. И мы будем в расчете. Слово Малфоя.
В камине громко стрельнуло полено, подведя незримую черту под сказанными словами.
Наступившую за этим тишину разорвали три резких хлопка.
— Браво, ваше сиятельство, браво! — Снейп холодно улыбнулся. — Я впечатлен. В вас действительно погиб великий актер. Вот только финал вы слегка смазали. Не дотянули.
— Что поделаешь, друг мой, — неожиданно мирно вздохнул Малфой, — сказывается отсутствие практики. В Азкабане, знаешь ли, условия для этого неподходящие — как говорится, присутствует отрицательная энергетика зрительного зала.
— А у меня здесь, в подземельях, значит, положительная?
— Северус, друг мой, не злись, — Малфой обворожительно улыбнулся. — Ты ведь сам виноват — я и так после Азкабана ночей не сплю, а тут еще ты со своими экскурсами в прошлое и сенсационными сообщениями в стиле вездесущей Риты. Не обессудь, но я позволил себе немного развлечься.
— За мой счет, как всегда? — Снейп раздраженно покрутил рукой, разминая пострадавшее запястье. — А просто попросить у меня это зелье нельзя? Обязательно было разыгрывать тут юаньскую драму в трех актах, с павлинами и драконами на заднем плане?
Малфой закатил глаза с видом утомленного провинциалами столичного гида:
— Северус, должен заметить, что ты абсолютный профан в искусстве. Юаньская драма — это совсем, как говорит мой сын, из другой оперы, из пекинской. А я тебе предложил изысканный моноспектакль с лирико-драматическим сюжетом.
Не встретив должного понимания в глазах собеседника, он ворчливо заметил:
— Надо было тебе не в лабораториях у Слизнорта над испарениями чахнуть, а к нам в театральный кружок хоть иногда заглядывать.
Страница 5 из 7
